Ирин КаХр - Ведомые верой стр 2.

Девчонка молчала недолго, но всё это время её, как показалось Дорику, не по-детски серьезный взгляд скользил по нему, словно в поисках правильного ответа.

 Кое-кто из ваших называет меня Дайной,  произнесла она с ехидцей и ухмыльнулась, отчего лицом стала походить на дикого воорта.  А вот ты наверно Дорик?

 Точно, откуда ты знаешь?

 Думаю, что каждая девушка, которой еще только предстоит замужество, должна знать самого строптивого жениха, который, как иикуйи, отбраковывает всех предлагаемых ему невест.

 Так вот, что обо мне думают в деревне.

Дорик рассмеялся. Дайну его смех почему-то насторожил, и лишь слегка усмехнувшись следом, она осторожно отшагнула. Заметив это, парень утих.

 А что ты делаешь здесь так поздно?

Девочка обвела взглядом недалекий горный пейзаж и берег реки, быстро исчезающие в звездном покрывале ночи. И обернулась к Дорику. В ее глазах стояло изумление.

 Поздно? Вообще- то это обычное для меня время. Да, и вообще, это почти мой дом, а дома не ждут неприятностей.

Дайна замолчала и жестом полноправной хозяйки пригласила Дорика присесть на серые горбатые спины больших валунов выступавших из песчаного берега Прогана. Это ему понравилось, натолкнув на интересное решение его собственной беды. Сев, он не замедлил с новым вопросом, уже размышляя о том, как он поступит, если ответ окажется для него выгодным.

 Сколько тебе лет?

Девочка бросила взгляд на мирно пасущееся стадо и снова посмотрела на Дорика.

 Что- то около четырнадцати.  Ответив она ещё на пару минут замолчала, прищурившись, словно отсветы заката на лице молодого человека, мешали ей его видеть, а потом вдруг проговорила.  Я догадываюсь, что ты задумал.

 И что же?  он уселся удобнее, разрешая ей говорить.

 Ты хочешь предложить мне себя в качестве мужа.  Из-за лёгкости, с которой девочка разгадала его замысел, Дорик почувствовал себя круглым дураком.  Ты,  продолжала девочка, воспользовавшись его молчанием.  Боишься потерять свою свободу, а такая, как я не будет тебя стеснять.  Дайна еще раз внимательно посмотрела на гостя своей речной гостиной и добавила:  Что ты ответишь, если я предложу тебе договор?

От того, как спокойно и серьёзно говорила пастушка, Дорика слегка покоробило. Её речь совсем не походила на говор селян, да и она сама на них не походила. Но всё-таки сейчас она могла стать его единственным выходом из возникших обстоятельств.

 Договор о чем?  уточнил он.

 Этот дурацкий закон Хозяина! Также как ты я не хочу его исполнять, и также как тебе, мне нужна свобода.

 То есть моя свобода в обмен на свободу для тебя?

 Точно спокойно подтвердила девочка.

И Дорик задумался, отстранено рассматривая лицо своей собеседницы, отмечая быстро меняющиеся выражения, словно её тревожил его возможный отказ. А ведь он на самом деле хотел ей предложить выйти за него замуж, и то, что она его раскусила, слегка выбило из колеи.

Он перевел взгляд на дрожащие от холода речной воды звезды, уже размышляя о последствиях такого договора для себя. Свобода на свободу, и плюс у него появятся дополнительные руки для работы по дому.

 Я согласен,  ответил он, наконец.  Но

 Прежде я!  тут же перебила его Дайна.  Мы будем женаты, но ты не будешь требовать право ночи!

Опешив, Дорик сначала открыл рот, но следом откинув изумление, расхохотался.

 Что ж, скучать мне не придётся.

Дайна на его смех не ответила. Лишь, когда звуки его хохота улетели и заблудились далеко среди высоких скальных выступов Сияющей девы, настороженно уточнила.

 Значит, ты согласен?

 Клянусь богами, что "Да"!

И луна, взошедшая на ночном небе своим серебристо- розовым светом подтвердила заключение договора

 Ты мужчина, нареченный по рождению Дориком получаешь эту женщину, нареченную Дайной, и да помогут боги продолжить ваш род на земле.  Провозгласил сельский ракор и вылил под ноги стоящих перед ним Дорика и Дайну вино из маленькой деревянной миски.  И пусть смерть, единственный недруг, разрывающий узы пройдет, как можно дальше от вашего очага!

Едва капли жидкости впитались в землю, молодые развернулись и надели широкие металлические браслеты на предплечья правых рук друг другу, так связывая себя перед людьми и богами узами брака.

В деревне подозревали, что Дорик владевший самым лучшим двором неспроста взял в жены не дочь мельника, а именно бродяжку Дайну. Да только доказать ничего не могли. Закона Хозяина никто не нарушил, а значит, и жаловаться было не на что. Потому и пришлось злым языкам оставить молодых в покое. Но они не смогли не позлословить, когда спустя полгода Дорик вдруг ушёл из деревни, оставив молодую жену присматривать за двором. Полетели слухи, что Дайна слишком уж допекла чем- то своего ненаглядного. Да только они так и остались слухами, и потому скоро сами собой утихли.

Солнце только-только подошло к зениту и теперь обдавало деревню невыносимым жаром, почувствовав который, все стремились поскорее спрятаться куда-нибудь в прохладную тень. Староста деревни Зайнар тоже поднялся со скамьи, намереваясь вернуться в дом, где его жена уже наверно приготовила обед, как вдруг увидел на дороге человека. Одинокая фигура, без рубашки, в кожаных штанах. Со скатанным плащом, перекинутым через плечо и грубым посохом. Так обычно ходят охотники. Стянутые в хвост волосы путника коротким пучком торчали у шеи.

Человек шел медленно, не торопясь. Как тот, кто вернулся в родные места и, идя, вспоминает все связанное с ними. Завидев старосту, он вскинул руку в приветствии и лишь немного прибавил шагу. Зайнар терпеливо ждал. Надо признать, что гости в их деревне появлялись редко. Чёрные отшельники и те нападали чаще. А, потому всякий новый человек таил в себе опасность. Ведь он мог оказаться кем угодно. Хотя именно этого человека староста знал.

 А ты постарел Зайнар,  сочувствующе проговорил Дорик, приблизившись на расстояние пары шагов.

 Вот это да! Ты и спустя четыре года.

 Да, нагулялся, вот возвращаюсь домой, к Дайне.

 К Дайне?  Переспросил старейшина, разглядывая лицо молодого человека, ставшего за эти четыре года взрослым мужчиной. Не стоило, конечно, вот так на улице сообщать плохие вести, но Дорик сам заметил его замешательство. Хотя и истолковал его по-другому.

 Ну да, не стоило оставлять её одну.

 Вот это точно, не стоило.  Пробормотал Зайнар, отирая лоб от пота.  Дайна хорошо следила за твоим двором, она стала бы тебе хорошей хозяйкой.

 Стала бы?  Дорик спросил это напряженно, и сипло, требовательно вглядываясь в лицо старосты.  Она умерла?

 Не знаю,  поторопился ответить тот.  С полгода назад на деревню напали Отшельники, и только Вапур, дочка мельника, успела заметить, как после битвы один из нападавших унес на своём одане твою жену.

Дорик покачнулся как от удара. Пусть он и Дайна провинились перед богами своим обманом, но вряд ли их стоило наказывать так сурово. А ведь узникам Черных отшельников не сулило ничего хорошего. По крайней мере, так Дорик слышал, пока странствовал эти годы.

 А за двором твоим сейчас Вапур просматривает. Тем же годом и она вышла замуж, но Зайнар запнулся. И Дорик догадавшись, кивнул, позволяя старосте продолжать.  А в тот раз, короче, ее муж тоже снова заминка.  Ну, погиб. А, чтобы не оставаться с мужниной семьёй, решила присматривать за твоим двором.

 А она и сейчас там?

 Да. Никто с ней не спорил, да к тому же, как ни как три года прошло. Ты уж её не выгоняй.

 Да, да Хорошо.  Отозвался на беспокойство старика Дорик, и замер. Странствуя, он как-то привык к мысли, что дома у него жена, пусть уже лишь смутно помнил, как она выглядит. И конечно понимал, что за это время могло произойти разное. И думая о доме, он ожидал многого. Но не того что произошло, и потому его голова, как-то сразу превратилась гудящий улей, лишив пришедшие мысли здравого смысла.