Всего за 399 руб. Купить полную версию
Эх, Алла, Алла, мужика тебе надо
Возле прилавка остановился парень в ярко-красном пуховике и протянул книгу.
Так, что тут у нас? Даниил Хармс. Собрание сочинений. Понятно. У меня к вам один вопрос. Трудный был выбор?
Выбор?! неуверенно спросил парень.
Между дозой кокаина и этой книгой?
Женщина, я вас не понимаю.
А что глазки-то забегали?! Осторожнее, можно, как у вас принято говорить, «спалиться».
Вы несете бред. Мне нравится этот писатель. Я покупаю его книгу. Это нормально.
Согласна. Один наркоман читает другого наркомана. Это нормально.
Я не наркоман!
А в красном пуховике ходишь, чтобы с другой планеты было лучше видно?
Вы не в адеквате!
Парень выскочил на улицу. Больше в книжном магазине никого не было. Женщина за кассой села в удобное кресло и продолжила копировать документы. Перед ней лежала стопка бумаг, которые она взяла утром на столе у директора банка.
Она тихонько сказала сама себе:
Ненавижу, когда отвлекают от работы. Ну, что банкир, сгоришь в аду! С такими документами тебе еще и раскаленный свинец кое-куда зальют!
Ремарка автора «16 на 8»
Перед самым Новым годом был с Домиником у родителей. Мама сразу посадила меня за кухонный стол и поставила передо мной огромную тарелку с салатом оливье. Тут же в кухню зашел папа, присел рядом и начал очень внимательно наблюдать за тарелкой с салатом. Как и Доминик. При этом папа как ни в чем не бывало вел диалог со мной и мамой:
Опять снег, да? сказал он, контролируя каждую ложку салата, которую я подносил ко рту.
Немного выпало.
Скоро растает! Саша, а хочешь блины? Я же блины напекла, суетилась мама.
Конечно хочет. Вон, смотри, какой голодный, поддержал ее папа.
Пока мама отвернулась за блинами, папа пододвинул к себе тарелку с салатом, быстро засунул в рот две большие ложки оливье и быстро зажевал.
Вот блины. Мама поставила на стол тарелку со стопкой блинов.
Папа перестал жевать. И показал маме большой палец, «класс». Даже Доминику поведение папы показалось странным. Мы внимательно наблюдали за происходящим.
Спасибо, мам! сказал я.
Да, уже скоро весна Ты бы чаю налила ему, как бы впроброс добавил папа.
Ну сам и налей! резко ответила мама.
Я салат от Доминика охраняю! такому ответу удивился даже сам Доминик.
Мама пошла наливать чай. Папа опять начал быстро есть салат.
Вот чай. Мама присела с нами за стол. Папа перестал жевать.
У нас изменения в жизни с отцом.
Я уж заметил. Не пугай меня, мама.
Шестнадцать на восемь! сказала мама.
Калькулятор нужен. Мам, о чем ты?
Интервальное голодание. Шестнадцать часов не есть, восемь есть. Мы решили с отцом сбросить немного.
Папа внимательно смотрел на салат. Мама продолжила:
И если бы кто-то четко следовал этому принципу, а не воровал салат у сына
Я следую. У меня интервалы чуть меньше, тихо повинился папа.
Пойми, тут важно поддерживать друг друга!
Так я поддерживаю тебя. Я-то при чем. Дачный сезон начнется, я скину.
Вот и как с ним договариваться, Саш?! посмотрела на меня мама.
Я не знал, что ответить. Вмешался папа.
В старину девушку сажали на мешок с грецкими орехами. Если орехи раскалывались, то, значит, пора замуж выдавать.
Мы все многозначительно задумались. Я представил девушку и мешок орехов. Мама спросила:
Это ты к чему сказал?
Что-то так грецких орехов захотелось
Письмо номер восемь
Привет, Мама!
В первом классе перед какой-то школьной ярмаркой, на которую нужно было что-то смастерить своими руками, мы с папой склеили картонный замок со стенами, мостами, башнями. И понесли на эту ярмарку продавать
Короче, я его и купила. Так он мне понравился. Потому что вместе с папой делали. Ему было тогда двадцать семь лет. В этом году шестьдесят восемь Могло бы быть Я помню это, как будто это было вчера.
Еще историю вспомнила, тоже посмеяться. Канун 23 февраля, мужской праздник. Мне лет десять. Думаю, что дарить папе. К парфюмерии я уже тогда была неравнодушна. Пошла, купила на свои деньги одеколон «Саша». Думаю, так, стоп. Папу моего зовут Максим. Нестыковочка. Взяла бритву, стерла бритвой имя «Саша» и фломастером написала «Максим». Делов-то. И гордо вручила папе!
А помнишь, как папа придумывал для меня разные милые прозвища?! Я уже почти все забыла, но одно запомнила на всю жизнь. Когда мне было года четыре, ты купила мне пижамку с зелеными сердечками. В этот же вечер я в ней легла спать, а папа, прочитав мне сказку, решил пересчитать сердечки на моей пижамке. Их получилось 1600. С тех пор он называл меня «мои 1600 сердечек»
Мама, мне его не хватает! Как и тебе
Позвони!
Глава «Мода»
1998 год. Двадцать пять лет назад
Милая, к тебе можно?
Да, мама, входи, ответила девочка, которая рисовала что-то, сидя за небольшим письменным столом.
Что рисуешь?
Васю
А почему у твоего брата голова оторвана?
Много говорит и мало делает, уточнила девочка, добавляя красным карандашом капли крови.
Не поняла?!
Обзывается и в комнате нашей не убирается!
Оля, так нельзя!
Это абстракционизм. По телевизору видела.
Оля, он твой брат!
Художник так видит. Мам, что хотела?!
Соседка заходила. У нее дела какие-то. Попросила, чтобы ты поиграла с ее Анжеликой у нас вечером.
Девочка перестала рисовать и раздраженно сказала:
Ма-а-ам, я не буду играть с этой чикане!
Ольга, не называй ее так.
Пусть Вася с ней играет!
У него тренировка.
Мама, нет! Я не хочу. Она плохая!
* * *
Две девочки сидели в детской. Ольга, не обращая на свою соседку внимания, что-то рисовала в тетради. Вторая девочка с длинными волосами молча сидела на кровати. Через какое-то время она сказала:
А мы с мамой скоро на отдых в Москву полетим! Там у нас фотосессия будет.
А мы с мамой Будем здесь отдыхать, почему-то виновато ответила Ольга.
Потому что у вас денежек нет. Мама говорит, что вы семейка бомжиков, злорадно проговорила Анжелика.
ЧО ТЫ СКАЗАЛА?! Оля сжала кулаки.
Не кричи. В том, что ты бедная, ты не виновата. Родилась такой. Некоторые вообще крысами рождаются, и ничего. Твой папа во всем виноват зачем заводить семью, когда работаешь в шиномонтажке? Маму твою только жалко, нашла бы себе мужика богатого. А так с вами мучается.
Ольга встала. Она хотела ударить Анжелику. Но выбежала из комнаты. Забежала в кухню, умыла лицо холодной водой из-под крана. У нее появилась идея.
Она вернулась в детскую:
Анжелика, какие у тебя волосы красивые и длинные!
Ох, это да. Мама говорит, что самые красивые в классе.
Какая красота! Почти до низа спины! У меня таких никогда не будет.
Нужны специальные шампуни. Вы их позволить себе не можете. Грустно.
Ольга сделала глубокий вдох и выдох.
Жаль, конечно, что в Москве ты будешь немодной.
Почему?!
Я по телику смотрела, там свой, московский стайл.
Какой?!
Как у тебя. Только чуть-чуть покороче. Вы когда летите?
Завтра!
Эх, жаль. Парикмахерские все уже закрыты.
Мама мне ничего про московский стайл не говорила.
Когда ей. Она деньги зарабатывает. Это же отслеживать надо. Только бездельники типа нас
Блин, и как быть.
Не переживай, в шапке походишь. Вот возьми Васькину шапку. Там пятно, правда
Нет! Надо срочно найти маму!
Она только в десять освободится.
Не-е-ет! У девочки на глазах появились слезы.
Анжелика, ну хочешь, я помогу?
Как?!
Я немного умею
Стричь?! Ты в своем уме?!
Я брата постоянно стригу!
Ты его стрижешь, потому что у вас
Денег нет! Да, нет! Но я в итоге стала хорошим парикмахером. Что я тебя уговариваю? Бери шапку!
Хорошо. Давай чуть-чуть. Кончики, говоришь
Прошло десять минут. В центре детской на стуле сидела Анжелика, завернутая в простыню. Ольга ножницами обрезала волосы до плеч.
Готово! Выглядишь, как настоящая москвичка!
Ты сказала чуть-чуть!
Это и есть на языке парикмахеров «кончики подровнять».
Красиво?
Очень красиво!
Никогда не думала, что можно в таком бомжатнике подстричься. Спасибо.
В бомжатнике, говоришь Последний штрих!