Москалева Ксения - Краткое изложение книги «Радикальное Прощение. Духовная технология для исцеления взаимоотношений, избавления от гнева и чувства вины, нахождения взаимопонимания в любой ситуации»

Ксения Москалева

Краткое изложение книги «Радикальное Прощение. Духовная технология для исцеления взаимоотношений, избавления от гнева и чувства вины, нахождения взаимопонимания в любой ситуации»

Введение

Колин Типпинг начинает с утверждения, что нас повсюду окружают жертвы. Так или иначе каждый из нас испытал какие-то драматические и травмирующие события, которые закрепили в нашем сознании архетип жертвы. Чтобы освободиться от него, нам необходимо заменить его чем-то радикально иным. Тем, что поможет освободиться от иллюзий и взглянуть на мир со стороны, выбраться из клетки собственной драмы и постигнуть истину. Нам нужно научиться Радикальному Прощению.

Но чтобы освоить его, нам придется в полной мере испытать архетип жертвы на себе. Ведь как можно пытаться преобразить то, с чем мы ни разу не сталкивались?

Типпинг считает, что архетип жертвы настолько укоренился в нашем сознании с древних времен, что мы не усвоили урок истинного прощения, преподанный Иисусом,  жертв среди нас нет. Более того, мы превратили Иисуса в наивысшую жертву. Истинное прощение, по мнению автора, подразумевает полный отказ от сознания жертвы.

Главная цель этой книги провести четкое разграничение между прощением, которое утверждает архетип жертвы, и Радикальным Прощением, которое освобождает нас от этого архетипа.

Глава 1. История Джилл

Колин Типпинг начинает книгу с истории своей сестры. Он дает читателю представление о том, как Радикальное Прощение спасло ее брак и в корне изменило жизнь. Автор пишет, что подобный метод в корне отличается от традиционной психотерапии и психологических консультаций по проблемам взаимоотношений. Вот пересказ истории Джилл:

Однажды Колина навестили его сестра Джилл и брат Джон. С первого взгляда на сестру Колин понял, что с ней что-то приключилось. Так и было: Джилл рассказала, что у нее проблемы с ее супругом Джефом, и они, вероятно, разведутся. Дело в том, что в последнее время они с мужем почти перестали разговаривать: Джеф отвернулся от жены и винит ее в случившемся.

Джилл с Джефом жили вместе шесть лет, оба состояли в браке прежде. У Джефа от прежней жены было трое детей, у Джилл четверо. Вот как Джилл описала брату ситуацию:

 Ты помнишь старшую дочь Джефа, Лорен? Ее муж год назад погиб в автокатастрофе. С тех пор у нее с Джефом сложились очень странные взаимоотношения. Он часами шепчется с ней по телефону, называет ее «любовь моя» и говорит всякие ласковые слова. Можно подумать, что она ему любовница, а не дочь. И когда она приходит к нам домой, они усаживаются рядышком в укромном уголке, куда нет доступа никому, особенно мне, и ведут свои долгие приглушенные беседы. У меня больше нет сил терпеть. Мне кажется, что она стала центром его жизни, а для меня там места нет. Я чувствую себя совершенно покинутой и ненужной.

Уже в тот момент у Колина начала складываться картина того, что происходит между Джилл и Джефом с точки зрения Радикального Прощения. Но сестра была слишком поглощена своей драмой и могла не понять, поэтому он решил отложить эту часть разговора. И все-таки, когда Джилл в очередной раз начала пересказывать свою историю, Колин наконец решил вмешаться и нерешительно спросил:

 Джилл, не хочешь ли ты взглянуть на эту ситуацию с другой стороны? Сможешь ли ты быть достаточно открытой, чтобы выслушать иную интерпретацию происходящего?

Она посмотрела озадаченно, словно спрашивая: «Какая уж тут может быть другая интерпретация? Все ясно как божий день». Однако в прошлом Колин уже помогал Джилл решить некоторые проблемы во взаимоотношениях, и у нее были основания ему верить. Поэтому она согласилась.

 То, что я скажу, может показаться тебе странным, но постарайся не спорить, пока я не закончу. Просто оставайся открытой и подумай, имеют ли мои слова для тебя хоть какой-то смысл. То, что ты рассказала, конечно, правда,  как видишь ее ты. Я ничуть не сомневаюсь, что все происходит именно так, как ты говоришь. Кроме того, Джон был свидетелем этой ситуации и может подтвердить твои слова. Правда, Джон?  осведомился Колин, обернувшись к брату.

Джон согласно кивнул. Колин продолжил:

 Я не ставлю под сомнение твои слова и не пытаюсь преуменьшить значение происходящего. Однако позволь мне указать, что, возможно, за твоей ситуацией скрывается что-то еще. Между тобой и Джефом действительно развернулась жизненная драма, но что, если за этой драмой скрывается некое духовное событие? Что, если в этой ситуации вы можете увидеть возможность для исцеления и роста? Ведь тогда произошедшее можно было бы истолковать совсем иначе, правда?

И Джон, и Джилл смотрели на Колина так, словно он говорил на иностранном языке. Он решил отступить от теоретических объяснений и обратился непосредственно к случаю сестры.

 Вспомни последние месяца три, Джилл. Что ты чаще всего чувствовала, когда видела, с какой любовью Джефри общается со своей дочерью Лорен?

 Большей частью злость!  ответила Джилл и, подумав, добавила:  Разочарование! И печаль. Я чувствую себя одинокой и нелюбимой. Было бы не так тяжело, если бы я думала, что он вообще не умеет любить, однако он умеет и любит,  но только ее!

Яростно и страстно выплюнув последние слова, Джилл впервые после своего приезда разрыдалась. Прошло не меньше десяти минут, прежде чем сестра успокоилась и снова смогла говорить. Тогда Колин спросил:

 Джилл, вспомни, не испытывала ли ты те же чувства, когда была маленькой?

 Да,  ответила сестра без колебаний.  Папа тоже меня не любил! Я думала, что он не способен любить никого! А потом, Колин, я увидела, как он относится к твоей дочери. Ее-то папа любил. Так почему же он не любил меня, черт побери?!  прокричав эти слова, она ударила кулаком по столу и снова разрыдалась. Джилл имела в виду старшую дочь Колина, Лорен. По случайности или, скорее, по закону синхронистичности она носит то же имя, что и старшая дочь Джефа.

Поплакав, Джилл почувствовала себя намного лучше. Слезы принесли ей облегчение и, возможно, что-то перевернули в ее душе.

 Расскажи мне, что произошло между моей дочерью, Лорен, и отцом,  попросил Колин.

Джилл взяла себя в руки и заговорила:

 Видишь ли, я всегда очень хотела, чтобы отец любил меня, но чувствовала, что он ко мне равнодушен. Мне казалось, что со мной что-то не так. Когда я стала старше, мама сказала, что папа вообще никого не способен любить, даже ее. Тогда я с этим примирилась. Я объяснила себе, что, если он вообще никого не любит, значит, я не виновата в том, что он равнодушен ко мне. Он не был плохим отцом, просто не умел любить. Мне было жаль его.

Мне вспоминается один день у тебя дома. Я увидела, как твоя маленькая Лорен берет папу за руку и ведет его посмотреть на цветы в саду. Она просто очаровала его. Когда они вернулись в дом, папа посадил Лорен на колени, играл с ней и смеялся. Я пришла в отчаяние: «Если он способен любить Лорен, почему не способен любить меня?»  последние слова Джилл произнесла шепотом, и из глаз ее потекли слезы боли и печали, которые она держала в себе все эти годы.

Взглянув на историю Джилл с точки зрения Радикального Прощения, Колин заметил, что своим на первый взгляд странным поведением Джеф подсознательно пытался помочь жене исцелить ее неразрешенную боль. Если Джилл сумеет увидеть совершенство в действиях мужа, ей удастся исцелиться от этой боли,  и поведение Джефа почти наверняка изменится.

Чуть позже в тот день Джилл спросила:

 Колин, тебе не кажется странным, что дочь Джефа зовут так же, как и твою дочь? Подумай: обе блондинки, и обе первенцы. Вот ведь странное совпадение!