Всего за 199 руб. Купить полную версию
Совсем уж отчаявшись, парень выполз на палубу. Голова до сих пор гудела после вчерашней гулянки. Ему с легкостью удалось одурачить того простофилю в игорном доме и хорошенько повеселиться за его счет. Сейчас бы тоже не помешала кружечка-другая винца. Милленского, например Хотя Лемойское тоже ничего так. Йозеф облизнул губы и неуверенно двинулся по палубе в поисках хоть какого-то сносного места, чтобы немного вздремнуть.
Было темно, и он не сразу заметил ту сладенькую цыпочку Как же ее? Ах, да, Ари. Она стояла у бортика, пошатываясь от слабости и не обратила на парня никакого внимания. Он ухмыльнулся: кажется, в каюте фифочка жила одна.
Чего такая очаровательная леди скучает в одиночестве?
Нимеида смерила его неприязненным взглядом и ничего на это не ответила. Так смотрят на надоедливую мелкую собачонку, тявкающую на всякого мимо проходящего и норовящую цапнуть за штанину. Йозефа, бывшего и так не в благостном расположении духа, это еще больше разозлило.
Ну, не молчите же, поговорите со мной, попросил он. Я же вижу, что вам не хватает галантного кавалера.
Это вы о себе? бровки Ари взлетели вверх.
Парня раздражало, что ему приходится расшаркиваться перед этой дурой вместо того, чтобы приятно проводить время в ее постели. Он наигранно огляделся вокруг и, сально улыбнувшись, подвинулся ближе:
А вы здесь видите кого-то еще?
Нимеида поправила локон, выбившийся из прически и пляшущий на ветру.
Спасибо, как-нибудь обойдусь.
Что, лицом не вышел? Так в этом деле оно не главное, мурлыкнул Йозеф красотке на ушко и приобнял ее чуть пониже талии.
Она тут же отодвинулась от него подальше, зашипев, как рассерженная кошка.
Ну что ты, не бойся! не стал сдаваться он. Я не кусаюсь.
Ты голос Ари задрожал от злости. Ты что, думаешь, я пошла против воли отца, отказалась выйти замуж за того, с чьим родом мы были связаны клятвой породниться, только для того Для того чтобы променять его на какого-то похотливого голодранца?!
Ты слова-то выбирай, недобро прищурившись, процедил Йозеф.
А разве я не права? Я таких, как ты, за версту вижу. Прощелыга, возомнивший, что сможет стать кем-то Манеры твои не дворянские, а скорее дворовые, как бы ты не строил из себя аристократа. В фамильном перстне не изумруд, а обычная стекляшка. Наверняка, и имя твое не настоящее
Она, может быть, и дальше бы выводила его на чистую воду, но парень сгреб ее в охапку и, зажав рот, поволок к корме. Однако, не успел и пары метров протащить, как девка пребольно куснула его за ладонь и вырвалась. Тогда он схватил строптивицу за волосы, но та дернулась вперед, оступилась и, коротко взвизгнув, перевалилась за борт. Послышался всплеск, приглушенный шумом бьющихся о корпус корабля волн, и все стихло.
Парень было рванулся на помощь, но тут же замер. Постоял в нерешительности. Переступил с ноги на ногу. Медленно подошел к бортику и, перегнувшись, глянул вниз. Осмотрелся по сторонам: не видел ли кто? Пригладил растопыренной пятерней волосы и, недолго думая, направился в каюту нимеи. Порыскав в ее вещах, Йозеф Или, правильнее будет сказать, Ганс Мавке, профессиональный мошенник и картежник, выудил небольшую шкатулку с драгоценностями и распихал их себе по карманам. Все остальное, поразмыслив, сгреб в дорожный саквояж и выбросил за борт, воровато оглядываясь. Перевел дыхание, утер со лба пот и, вернувшись туда, где храп Ровина сотрясал стены, спрятал улов в своей сумке.
До самого утра он так и не смог сомкнуть глаз. Парню все казалось, что вот-вот дверь их каюты распахнется и на пороге появится Кто именно появится, он не мог точно сказать: может тот, кто увидел, что произошло на палубе, а может и сама Ари. Да-а-а, теперь-то уж он надолго запомнит это имя
* * *
Ноздри щекотал горьковатый, но притягательный аромат кофе. Аэнис пригубила напиток: пряный, оттененный нотками шоколада и лесного ореха, он приятно согревал утро выдалось не по-весеннему прохладным и туманным, оседая влагой на одежде и волосах и дарил ощущение уюта. Дома часто витал этот запах отец любил пить кофе в его мужском, как он сам называл, варианте: крепкий, без сливок и сахара. Светлая долго не могла привыкнуть к горечи, но постепенно приноровилась пить, хоть и на женский манер, и вот теперь теплый аромат напомнил дом. Сможет ли Аэнис вернуться туда? Позволят ли ей? И захочет ли она сама?
Думаете, я не прав? вскинулся Йозеф, сверля нахмурившуюся девушку взглядом.
А-а-а рассеяно попыталась уловить нить беседы Светлая и осторожно спросила: Насчет чего?
Госпожа Ари, с раздражением повторил он. Говорю же вам, она просто нас бросила! Сошла с корабля, стоило только пристать к берегу.
И из каюты ее пропали все вещи, так? уточнила Иатэн, нанизывая кусочки спаржи на вилку. Вы хорошо проверили?
Не было там ничего, подтвердил ост, с аппетитом уплетая огромную яичницу-глазунью, щедро сдобренную шкварками и луком. Но
Жир так и капал мимо тарелки, хотя ост, кажется, этого совсем не замечал. Их столик был маленький не развернуться, в самом углу, под лестницей, но и это уже можно было считать везением. Ни в одной приличной таверне не нашлось места для четверых разом: все они были переполнены Каттан готовился встречать Белтейн грандиозной ярмаркой, ежегодно собиравшей купцов со всех уголков света.
Вынужденная остановка «Святую Элену» предстояло разгрузить и загрузить снова, так что капитан предупредил, чтобы раньше следующего утра на борт не возвращались не слишком-то огорчила их отряд. За одни сутки Аэнис уже успели надоесть и мрачная, тесная каюта, которую ей приходилось делить с гельд, и однообразный пейзаж, и скудная пища. А раз уж Вариус был ограничен не временными рамками, а количеством ходов у игроков, то и спешить было некуда. Хотя, кажется, Йозефу заминка была не по нраву тот выглядел недовольным и будто бы нервничал.
В обеденном зале гудело от разговоров, словно рой пчел. Кто-то покашливал и время от времени сморкался, наемник за соседним столом чавкал, а один смуглый торговец у окна нарочито громко расхваливал свой товар собеседнику.
Что? подалась вперед рыжая.
Думается мне почесав макушку, нехотя поделился Ровин, не сама она ушла.
Почему? заинтересовалась Аэнис, с сожалением отложив кусок яблочного пирога в сторону кухарка здесь была что надо.
Ну вот как-то он неопределенно повел рукой в воздухе. Небось, Темный постарался.
Именно, поддакнул Йозеф, вытерев губы тыльной стороной ладони. Сидел весь день, как сыч, понимаете ли, в своей каюте и носа не казал наружу. Может это он ее того
Что ты имеешь в виду? спросила Светлая.
Она сомневалась, что кто-то мог навредить Ари, чтобы убрать ту с пути. Пожалуй, нимеида была из них самым слабым Ходоком, и вряд ли бы блондин стал предпринимать какие-либо шаги по ее устранению. Если кто и был ему достойным соперником, так это Иатэн. Да, пожалуй, еще ост Себя Аэнис даже не рассматривала.
Ну, не знаю, пошел на попятную парень. Припугнул, например.
Может быть Йозеф и прав, задумчиво дернула Иатэн себя за кудряшку, отчего та подскочила вверх, будто пружинка, и мягко опустилась на место. Но давайте не забывать и о черных камнях.
Каких таких камнях? пробасил Ровин, протяжно отрыгнув.
Светлая совсем запамятовала о них, хотя было это и опрометчиво. У каждого игрока было по девять камней, дающих право хода: семь белых и два черных. Использовать их можно было в любом порядке, по усмотрению самих участников Вариуса. И если первые определяли путь Ходоков из одного Дома в другой, то последние
Они не дают подсказки, куда двигаться дальше, взамен подкидывая на нашем пути серьезные препятствия.
Свинья в мешке, значится, сдвинув кустистые брови на переносице, буркнул ост.