Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
В Житие Георгия Амастридского указывается начав разорение от Пропонтиды. Пропонтидой в древности называли Мраморное море. Данная фраза, на первый взгляд, имеет двоякий смысл. Первый локация россов находится на побережье Мраморного моря или имеет выход к нему с материка. Второй локация россов на побережье Черного моря или имеет выход к нему с материка и при этом нападавшие уже беспрепятственно прошли пролив Босфор и вышли в Мраморное море. Чтобы разобраться в этом, надо понять, что подразумевалось под Пропонтидой в то время. Термин пропонтида происходит от греческого propontis, от pro (перед) и pontos (море), что в переводе означает предморье. Такое название возникло по отношению к Чёрному морю, поскольку греки, населяющие Средиземноморье, переплывали Мраморное море и достигали Чёрного моря. Т. о., древние греки называли Мраморное море Пропонтидой или Предморьем, т.к. водоём расположен перед Чёрным морем, если направляться со Средиземноморья. С такой т. зр. и пролив включается в Пропонтиду. Тогда можно принять вариант, данный В.Г. Васильевским, что выражение Пропонтида используется в более широком смысле, при котором в нее включается и Босфор. Исчезает двойное толкование фразы, и локация россов предполагается на побережье Черного моря или имеет выход к нему с материка. В некоторых работах встречается не Пропонтида, а Понтида. Авторы, видимо, такой формулировкой пытаются показать, что грабеж шел только по побережью Черного моря.
Чем характерен этот период для Византии? В 826 г. арабы захватили о. Крит, в 827 бои на о. Сицилия. В 829 г. византийцы потерпели поражение от арабов у о. Фасос. В 831 г. захват на о. Сицилия Мессины и Палермо. В Палермо учреждена провинция Аглабидов, контролировавшая территории совр. Туниса и Ливии. В 831 г. победа Феофила в Малой Азии и мир с арабами. Из выше указанных событий следует, что беспрепятственно заняться грабежом росы могли в период действий византийского флота против арабов, т.е. в интервале 826-830 гг. Можем констатировать, что время нападения на Амастриду 2-ая половина конец 820-х годов. Поскольку общепринята версия времени написания Житие Никифора 830 г., то время написания Житие Георгия должно датироваться ранее, например, как 828-829 гг. (первый, а значит и более ранний, агиографический труд Игнатия Диакона.). Т. о., именно это Житие (а не сообщение в Бертинских анналах) является первым документальным свидетельством о народе рос. И тогда посольство народа рос к императору Феофилу можно рассматривать как попытку урегулировать отношения после нападения на Амастриду.
Упоминание Руси есть в Баварском географе. Год составления этого документа определяется фразой Швеция осеменена словом Христовым, что означает, что он составлен не ранее 829 года, но не позже 850 г., когда список уже был включён в состав более обширной рукописи, принадлежавшей монастырю Рейхенау. Сама информация должна была попасть в него раньше последней даты. Он представляет собой описание городов и областей к северу от Дуная, т.е. список народов и племён, преимущественно славянского происхождения, населявших в 1-й половине IX столетия территории восточнее Франкского государства. В нем упоминаются Caziri, Ruzzi, Согласно О.И. Прицаку [Происхождение названия Rus. Вопросы языкознания. 6, 1991 г.], это слово фонетически должно звучать как руцци. Но определить локацию этих Ruzzi точно проблематично где-то рядом с хазарами.
Ал-Якуби, живший в IX в., в [176] освещает нападение на Испанскую Севилью, которое якобы совершили русы. По мнению Якуби, на запад от города, называемого аль-Джазира (Algesiras), находится город, именуемый Ишбилия (Севилья), при большой реке, которая есть река Куртубы (река Куртубы или Кордовы Гвадалквивир). В этот город вошли язычники (маджусы), которых называют Рус, в 229 (843844) году и пленяли, и грабили, и жгли, и умерщвляли. Комментарий А.Я. Гаркави, данный в [26], говорит о том, что слова (которых называют Рус) принадлежат не самому Якуби, а переписчику. Из большого числа арабских писателей, описывавших нашествие Маджус на Испанию в 844 году, как например Аль-Бекри, Абуль-Феда, Нувайри, Маккари и мн. др., никто даже не намекает о русском их происхождении, что при преемственности арабских писателей, особенно у древнейших, было бы более чем странно, если б Якуби утверждал подобное Значит, Русы не были и тогда так известны в арабской географической литературе. Таким образом, данный факт у Якуби не имеет отношения к руссам.
Ал-Масуди (896-956 гг.) арабский историк, географ и путешественник, через 100 лет тоже говорит о нападавших на Севилью [95]. Слова Масуди жители Андалуса думали Я же думаю что этот народ есть Рус говорят только о догадках. А.Я. Гаркави отмечает, что тождество Маджуса с Русом является у Масуди в виде робкой догадки, основанной на географической комбинации, принадлежащей самому Масуди. Т. о., Масуди через 100 лет высказывает только предположение, а не утверждение, которое основывает на догадках и утверждениях.
Поэтому комментарии Якуби и Масуди при корректном отношении к сообщениям не могут быть учтены, т.к. базируются не на фактах и свидетельствах. Но что важно отметить, Масуди именовал Черное море Русским. Так же его именовали Идриси и Димашки. Русским это море называет и Начальная летопись. Признание Черного моря русским важное свидетельство в пользу существования т.н. южной (Причерноморской Приазовской) Руси.
Третья четверть IX века. Упоминания руссов в 3-ей четверти этого столетия были при нападении на Византию 18 июля 860 года и, как утверждается, отражено в гомилиях патриарха Фотия; в греческой Хронике Продолжателя Георгия Амартола (Хроника Логофета от 842 по 948 год); в хронике Продолжателя Феофана (от 813 по 961 год ); в Житие патриарха Игнатия (сочинение Х в.); в Брюссельской хронике; в Русской марке на Дунае; в записках Ибн Хордадбеха и ал-Якуби; в морском набеге на Абаскун.
Гомилии [29] в рукописи озаглавлены На нашествие варваров (без указания этнической принадлежности). В тексте нет упоминания ни руссов, ни россов. Во время произнесения проповедей в осажденном городе патриарх Фотий еще не мог знать, как именовали себя сами нападавшие. В заглавии имя появилось позднее при составлении сборника и только в заголовке. На позднейшее происхождение заголовков указывает используемый в них полный официальный титул патриарха. Сам Фотий в официальных посланиях титуловал себя епископом Константинополя, Нового Рима.
Хроника Продолжателя Георгия Амартола [152] сообщает, что в период правления Михаила было нашествие русских, которые ушли, посрамленные. Хроника Продолжателя Феофана [154] сообщает, что был набег россов, которые насытившись гневом Божиим, вернулись домой. Никита Пафлагонский в Житие патриарха Игнатия [46] сообщает, что народ, называемый Рос, совершал набеги на находящиеся вблизи Византия [Константинополя] острова, грабя все [драгоценные] сосуды и сокровища, а захватив людей, всех их убивал Для Х века уже не удивительно упоминание о русских. В сообщении Брюссельской хроники (дошедшей до нас в рукописи XIII в.) [20] указана дата набега 18 июня в 8-й индикт, в лето 6368, на 5-м году его правления пришли Росы на двухстах кораблях . Только одно это сообщение говорит о количестве плавсредств нападавших 200 кораблей.
Характерно в этом нападении то, что нападавшие не пошли на штурм городских укреплений, которые были беззащитны, а вместо этого они принялись грабить окрестности, даже Принцевы острова в Мраморном море, отстоявшие от Константинополя на 100 км. Т.е. нападавшие беспрепятственно прошли пролив и вышли в Мраморное море и приступили к осаде Константинополя. В Прологе [119] (Пролог древнерусский житийный сборник) сказано, что нападавшие сняли осаду с Царьграда 7 июля, т.е. они простояли под городом 19 дней. Столь долгое и безрезультативное стояние говорит о том, что нападавшие и не собирались штурмовать город. Ведь это означало бы зарезать своими руками курицу, несущую золотые яйца. Факты говорят, что от набегов страдали только окрестности Константинополя, сам город нет. Вывод целью нападавших было запугать Византию с тем, чтобы обеспечить себе выгодные условия, возможно торговли, возможно договора. В.Я. Петрухин [111] высказал версию, согласно которой вторжение россов в самый центр византийского мира означало ее легитимизацию как для византийского патриарха, так и для русского летописца.