Всего за 154.9 руб. Купить полную версию
Вот и сейчас, стоя в тренировочном зале, я знал, как призвать обезьяну, но при этом из-за того, что она была не одним из стандартных существ, предназначенных для призыва, и между нами не было заключено аналога договора, мне было сложно оценить её реакцию.
Перед тем как обратиться к перстню, я вышел в центр помещения и сказал Готто:
Сейчас я покажу то, чем меня наградила глубина.
Мужчина слегка нахмурился, но не стал ничего уточнять или предпринимать, оставшись стоять на месте, рядом с закрытой дверью.
Мысленно сконцентрировавшись на перстне, я начал транслировать в него образ призрачной обезьяны. Много времени это не заняло, буквально через секунду в метре от меня сгустился серый туман, и ещё через одну он окончательно принял форму почти трёхметровой твари.
Дальше я попытался приказать ей что-нибудь сделать, хотя бы сдвинуться с места, но обращения напрямую с помощью телепатии и через перстень ничего не дали.
Спустя минуту полнейшей тишины обезьяна зевнула, а я окончательно убедился в том, что она издевается надо мной. Но беситься, как мог бы поступить обычный маг начальных кругов в такой ситуации, я точно не собирался и, перед тем как обратиться к Готто за советом, попробовал отдать приказ вслух. Такой способ управления использовали в древности, когда ещё только зарождалась магия призыва.
Сделай шаг вперёд.
Однако и на это обезьяне было абсолютно плевать. Поэтому я перевёл взгляд на мужчину и задал ему вопрос:
Думаю, моя проблема понятна. Может, есть какой-нибудь совет на этот случай?
Готто выглядел задумчивым, но больше не хмурился. Казалось, он действительно пытался придумать решение, и ему нравилась вся ситуация. Он подошёл ближе ко мне, на что обезьяна тоже никак не отреагировала и, глядя на призванного зверя, произнёс:
За любую помощь от глубины надо платить. Думаю, даже тренировка с этим зверем требует платы.
Хмыкнув в ответ на его слова, я подумал несколько секунд и ответил:
Да, я уже слышал эти слова и, похоже, должен был догадаться о подобном. Однако как платить там, я рукой указал на пол, я понял, а как мне сделать это тут?
Думаю, об этом надо спросить у неё.
Переведя взгляд с мужчины на обезьяну, я уже хотел снова взглянуть на Готто и спросить, как это сделать, если зверь не реагирует на меня, но призрачная обезьяна кивнула, тем самым подтверждая слова главы секты.
Ну а раз я добился какой-никакой реакции, то, не откладывая в долгий ящик, задал вопрос уже зверю:
Чем мне с тобой расплачиваться?
И снова она полностью меня проигнорировала. Ухмыльнувшись, но сохранив спокойствие духа, я посмотрел на Готто и вопросительно поднял одну бровь.
Мужчина задумался, и секунд через десять прокомментировал ситуацию:
Я, конечно, пока не должен этого говорить, но у основателя тоже был подобный фамильяр, поэтому я не сильно удивился, когда ты его призвал.
Слова Готто заставили обезьяну поморщиться. Это было третье осмысленное движение зверя с момента призыва. Заметив его, мужчина победоносно улыбнулся и более уверенным голосом продолжил:
Фамильяр основателя имел своё личное имя. Дай ей имя. Возможно, это и есть первая плата.
Интересная мысль. Обычно с призванными существами маги общаются образами и никак их не называют. Но почему бы не попробовать, ведь сюда мы пришли именно для этого.
Что ж, нарекаю тебя Мона.
Несколько секунд ничего не происходило, а потом обезьяна как бы нехотя кивнула, и одновременно с этим жестом от неё пришёл телепатический сигнал.
Блокировать его, как было с призраком, я не стал, поэтому уловил то, что до меня пытались донести: «Один день, один час, тренировка. Десять минут, один день, сражение. Смерть десять дней забвения, десять раз окончательное развеивание. Остальное требует платы».
Образы были отрывочны и не все чёткие, но они точно принадлежали не обычному зверю, а существу с достаточно развитым интеллектом. Получалось, каждый день я могу призывать её на час для тренировки, а если потребуется участие в сражении, то время сокращается до десяти минут. Если же в битве я допущу её смерть, то призвать смогу лишь через десять дней. И если эта ситуация повторится десять раз, на меня обидятся, и я потеряю доступ к фамильяру. Во всяком случае, пока не заплачу.
Ответил я Моне тем же способом, с помощью образов: «Что требуется, чтобы увеличить время?»
Мона дала ответ практически мгновенно: «Спуститься в глубину, заплатить».
Хм, получается, чтобы увеличить время, либо её силу, мне надо каждый раз спускаться в глубину. Это меня не радовало, так как я пока не горел желанием часто общаться с призраком. Ну да ладно, оставим этот момент на будущее. Всё равно прямо сейчас я не готов ради подобного рисковать и отправляться туда. Да и десять минут активного сражения в день это весомо.
Что ж, раз время пошло, можешь показать, чем владеешь?
После того как наладил контакт с Моной, я решил не выставлять Готто за дверь, а следующий вопрос, заданный моей новой питомицей, подтвердил, что не зря я так поступил.
«На ком?»
Мона передавала образы только мне, поэтому Готто был не в курсе её вопроса.
Хм. Поколебавшись для виду, я обратился к Готто: Глава, не желаешь сразиться с Моной?
На лице мужчины расцвела улыбка. Для обычного человека она выглядела бы угрожающе, имея явное сходство с оскалом. Но я успел немного узнать Готто, и подобная мимика говорила лишь о том, что он только рад поучаствовать в нашей тренировке. Сказанные им слова лишь подтвердили мою догадку:
Хех, пожалуй, можно размять кости.
Сразу начинать он не стал, а направился к двери, точнее, к месту рядом с ней, где стена имела насыщенный чёрный цвет, выделяющийся на фоне светло-серого камня. Это была панель для управления местным защитным массивом, что он и продемонстрировал через несколько секунд.
Дойдя до своей цели, мужчина приложил к ней руку, после чего по всему периметру помещения, а также на полу и потолке засиял светло-коричневый барьер. Обернувшись к нам, он всё с той же улыбкой предвкушающе ответил:
Теперь можно без опасения приступить к тренировке.
Взглянув Моне в глаза, я не стал использовать образы, а произнёс голосом:
Покажи на нём, чем ты владеешь.
Обезьяна нахмурилась. Теперь, после начала общения, это выглядело довольно забавно. Вслед за этим она передала уточняющий образ: «Это будет бой. Тренировка только с тобой».
У меня сегодня не было сильного желания тренироваться с ней. Основное налаживание контакта уже произошло, так что понаблюдать за десятью минутами активного противостояния гигантской призрачной обезьяны и главы секты Спящего камня было вполне подходящим для меня вариантом.
Бой так бой, пусть будет так.
В общении с Моной я перешёл на использование голоса, чтобы Готто был примерно в курсе происходящего. Но ему следовало дать больше информации, поэтому я обратился к мужчине:
Раз все готовы, можем начинать. Однако, глава, бой будет длиться максимум десять минут, либо до того момента, пока одна из сторон не сможет продолжить. И прошу, начинай постепенно, нельзя допустить развоплощения Моны.
Чуть поморщившись, Готто произнёс:
Не считай меня каким-то невежественным зверем.
Сказав это, он отошёл от меня и гигантской обезьяны. Через несколько секунд противники встали друг напротив друга на расстоянии в десять метров, а я тем временем отошёл к стене, после чего громко огласил начало тренировочного боя:
Начали.
Первым, кто атаковал, была Мона, собственно, как и ожидалось. Обезьяна прыгнула, за один раз преодолев всё разделяющее её и Готто расстояние, после чего нанесла размашистый удар верхними конечностями.