Всего за 799 руб. Купить полную версию
Тем не менее всего через несколько месяцев занятий йогой я подсела на нее. Состояние спины улучшилось, но и настроение мое также было прекрасным. И к большому удовольствию моего мужа, вместо того чтобы проводить свое ограниченное свободное время в торговом центре, я практиковала стойки на голове в нашей спальне.
Это самая доступная безумная вещь, которую ты когда-либо делала, сказал он.
А потом моя преподавательница умерла. Поэтому, пока клуб искал другого духовного наставника, я искала другую студию йоги. Если оглянуться назад, мне, вероятно, требовалось, чтобы меня вышвырнули из очень удобного гнезда.
Ходить далеко не пришлось. В Колорадо, уступающем лишь Калифорнии по количеству практик йоги на душу населения, студий йоги столько же, сколько кофеен. Они на каждом углу. Первая студия, которую я нашла, предлагала занятия по силовой йоге и горячей бикрам-йоге два самых быстро развивающихся направления в Америке. Оба этих вида возродили йогу и не дали ей превратиться в древнее умирающее искусство.
Силовая практика, или оживленный спортивный стиль виньяса-йоги, очень привлекательна для американцев. Ученики выполняют позы, а преподаватель в это время повторяет что-то в таком роде: «Ты сильный. Ты могущественный. Пусть все плохое уйдет с твоего пути». Это хорошая порция популярной психологии и отжиманий. И это очень весело.
Однако название «силовая йога» (Power Yoga) неправильное, потому что в какой-то момент все застревают в практике, и вы понимаете, что, хотя йога может нести силу, она в той же степени дает смирение. Интересно, если бы занятия назывались «бессильная йога», они были бы так же популярны? Или студия под названием «Чит случается»? Что-то я отвлеклась.
Когда я покинула спортивный клуб и вошла в свою первую студию йоги, то была рада тому, что попала в «правильное» место. Там слегка пахло потом и ладаном. Там было много крошечных нарядов, которые можно купить, если ваши «девочки» все еще находятся там, где должны быть, а ваш живот не был местом обитания двух мальчиков. У большинства преподавателей были татуировки и пирсинг, а после того как я положила свой коврик на пол, я заметила крошечных муравьев, снующих вокруг, что показалось мне очень аутентичным. Я была на Небесах. К тому моменту я практиковалась уже почти два года в спортивном клубе и полагала, что довольно успешно. Поэтому я заняла место в передней части зала. Зацените меня, вы, йогические сучки!
Это занятие оказалось самым унизительным часом в моей жизни, включая роды. Я понятия не имела, что они делали. Что это за чертовщина «Паршваконасана»? Они могли с таким же успехом сказать «Оттопотакопытпыльпополюлетит асана». Чему учила меня мой преподаватель в спортивном клубе? Я никогда в жизни не видела таких поз!
И вот так я открыла дверь в Банк Асаны.
Больше, чем человеческие фокусы
С первого же дня я была очарована. Некоторые из этих людей напоминали сумасшедших циркачей, вжимающихся в стойку на голове, Ширшасану, балансирующих на руках, растягивающихся в шпагате. Это завораживало. Кто все эти люди? Я даже не могла дотронуться до пальцев ног. Я практиковалась почти два года, и никто не говорил мне, что я должна выпрямлять ноги. Чему вообще учила меня моя наставница?
Как рыба, выпрыгивающая из воды за мухой, в те первые годы обучения в настоящей студии йоги я неукоснительно двигалась к новым позам. Вначале я практиковалась один или два раза в неделю. Потом пять или шесть раз. Вновь и вновь вставая на свой коврик, я училась чему-то новому еще одной позе, еще одной вариации. Я пристрастилась к инновациям. Я не хотела тратить время на позу, которую, как мне казалось, я знала. Я только хотела справиться с чем-то сложным. Кто хочет сделать собаку мордой вниз, Адхо Мукха Шванасану? Тьфу. Выполни стойку на голове, Ширшасану, детка. По сути, если я приходила на занятие, а преподаватель не показывал мне новую позу, я чувствовала досаду. Ха, думала я, я гооооораздо лучше, чем все остальные здесь. Если я не находила чего-то, что не могла сделать, я чувствовала себя обделенной.
За месяцы моей новой практики йоги я внесла солидный вклад в Банк Асан. Каждый новый день приносил новую позу. Если я могу сделать ворону, Бакасану, могу ли я сделать ее с вытянутой ногой? Дзинь! Если я могу выполнить позу низкого выпада со скруткой, Паривритту Анджанейасану, смогу ли я сделать ее, скрепив руки? Дзинь! Об инверсиях нечего и говорить. Снова и снова я прислонялась спиной к стене в конце зала и болтала ногами в воздухе, как будто швыряла в стену спагетти. Я надеялась, что когда-нибудь я остановлюсь. Но вызов заставлял меня двигаться вперед.
Люди тратят разное количество времени, гоняясь за Банком Асан, постоянно увеличивая вклад, который начинает приносить все меньше и меньше прибыли. Я провела там около восьми лет, но я не очень быстро учусь. Я думала, что чем больше поз могу выполнить, тем «лучше» становлюсь в йоге. Как оказалось, я заблуждалась.
Если вы будете слепо гоняться за Банком Асан достаточно долго, произойдет одно из трех событий:
вы достигнете плато;
вы будете травмированы;
вы станете старше, и тело подведет вас.
Поверьте мне, если первые два события не произойдут, то третье будет доставать вас постоянно. Я поняла, что после долгих лет практики абсолютно не приблизилась к растяжению своих подколенных сухожилий. У меня развился радикулит от того, что я так старалась дотронуться до пальцев ног. А вероятность выполнения стойки на руках была равносильна выигрышу в лотерею. И однажды я выдохлась. Вот тогда-то я и спросила себя, что я здесь делаю?
Когда вы наконец спрашиваете себя, зачем вы это делаете, сказал преподаватель аштанга-йоги Дэвид Свенсон на мастер-классе, который я посетила в Нью-Йорке, тогда и начинается йога.
Йога это то, что вы чувствуете, а не то, что вы можете делать
Вначале боль в спине была просто раздражающей. Это был один громадный сигнал тревоги. Вскоре она переместилась вниз, к ноге. Затем, когда я вела машину, боль становилась невыносимой. Вся нога пульсировала, и мне приходилось останавливаться, чтобы потянуть ее. Когда боль разбудила меня ночью, я поняла, что должна увидеть своего красавчика-доктора. Этот человек, несомненно, является положительной стороной старения.
Радикулит, сказал он, глядя на мое бедро и ногу. Возможно, вам стоит попробовать йогу.
Другие травмы также изводили меня, но ничто так не давило, как старение. У меня был остеоартроз, и вскоре я поняла, что принимала Адвил (противовоспалительный препарат), чтобы пройти курс йоги. Все так запутано.
Если вам больно, то это не йога.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что Банк Асан подорвал мое здоровье. Гонка за внешней, эффектной частью йоги на самом деле не была йогой. Позы учат нас изнутри, независимо от того, как они выглядят снаружи.
Помощь пришла от известного международного преподавателя йоги Дезире Рамбо.
В 2007 году я хромала от радикулита и, вероятно, пристрастилась к обезболивающим средствам. Я выбирала курс на конференции по йоге, которая проходила рядом в Эстес-Парке, штат Колорадо. Хотя обычно я записываюсь на курсы под названием «Продвинутые специалисты экстремальной йоги: требуется дополнительное разрешение и доверенность», а этот курс назывался «Йога не должна навредить: помощь для нижней части тела». Название взывало напрямую ко мне, громче было бы только «Мишель, запишись на этот семинар, окажи себе услугу».
Я положила свой коврик посреди зала. Здесь собралось еще человек 300, которые, видимо, тоже не могли согнуться, не закричав от боли. Но, несмотря на размеры пространства, мне казалось, что Дезире обращается именно ко мне. Каждое ее слово проникало прямо в мое сердце. Мы сделали всего около пяти поз за два с половиной часа, но каждая из них полностью изменила мою практику. Я поняла, что мне больше не нужно напрягать мышцы, чтобы выполнить позы. Я могла найти места, скрытые глубоко внутри даже самых простых поз, чтобы открыться и создать новое понимание между мной и телом. До сих пор я воевала со своим телом. Дезире указала путь к обретению мира с самой собой.