Македонец Константин - Лилит: Трилогия стр 5.

 Но мы ведь оба знаем цену этой красоты. Множества поколений подряд муравьи, чья челюсть была чуть меньше, чем у собрата, погибали в битвах, разрываемые врагами на куски. Их язык жизни не передавался потомству, а постепенно отмирал. И так появлялось и совершенствовалось все живое. Ты же знаешь, каким именно путем формы проявляются в Сфере Материала. Все менее удачные формы просто погибают, чтобы дать дорогу более совершенным

 Чего ты мне-то рассказываешь? Да, в мире материала формы образуются именно так. Что ты хотел этим сказать?

 Ничего особенного. Просто задумался, что все могло бы быть иначе. Почему, например, сразу не начать с совершенства?

 По-моему, ты просто забиваешь себе голову! Совершенство является таковым лишь до тех пор, пока не появится более приспособленная форма. Да и для каждой части каждого мира совершенство разное. Пойдем лучше еще полюбуемся этим миром!

 Как скажешь. Пойдем

Мы продолжили нашу познавательную прогулку. Я обратила внимание на нескольких птиц, которые кружили в воздухе над нашими головами.

 Натанаил! Смотри, как красиво летают! А как мелодично щебечут. Вот уж точно заглядение!

Натанаил посмотрел, вернее, как он выражался, навел свой фокус внимания на птиц. Они были большие и яркие, словно цветы, которые ожили и решили штурмовать небеса. Их совместный полет напоминал сказочный танец. И тут в гармонию ворвался он: еще один крылатый зверь, крылья которого представляли собой две кожаные перепонки, натянутые от неимоверно длинного пальца передних лап до основания задних. Его морда напоминала крокодилью, только уменьшенную в несколько раз. Челюсти его походили на длинную пилу с мелкими зубьями. Кожаный летун ворвался в разноцветную стаю, обнажил свою пилу, и стремительно скрылся прочь. С неба посыпалось несколько цветных перьев.

 Вот тебе и птички. Для кого красота, а для кого просто еда!

 Ты решил переубедить меня насчет красоты этого мира?

 Нет. Пока что нет. Я просто говорю то, что вижу. Ну и делаю свои выводы

 Какой же ты зануда!

После сцены с птицами мы погуляли еще немного, и вдруг наткнулись на тушу зверя. Что именно это было за животное, уже было не определить. Хищники и насекомые обглодали его настолько, что остались лишь оголенные куски мяса, из которых местами выглядывали кости. В этих останках до сих пор возились личинки и разная мелкая живность. Запах вокруг мертвой туши был резкий и крайне неприятный.

 Ну что скажешь, Лилит? Это тоже проявление красоты природы?

 Натанаил, если это не нравится мне, это не значит, что природа плохая. Да, можно сказать и так, что это тоже одно из проявлений её красоты. Заметь, ничего в природе не пропадает зря. Даже мертвое тело кому-то служит пищей

 А помет?

 Что помет?

 Как ты относишься к тому, что все живые тела так или иначе испражняются? И их помет тоже для кого-то пища.

 Это вполне логично, а иначе вся планета была бы завалена этими самыми испражнениями

 На мой взгляд это мерзко. Я бы сделал все по другому

 Ты мне только что сам говорил про правила. И тут же себе противоречишь. Чтобы сделать, как ты сказал, по другому, нужно изменить саму Ось. А даже за малейшую попытку это сделать ты сразу угодишь за Предел

 Что ты! Я вовсе не собирался трогать Ось! Я лишь рассуждаю, что если бы Сфера Эонов проецировалась в Сферу Материала более, скажем так, разумно, то можно было бы сделать лучший мир, без помета и гниющих трупов

 Интересно, как бы ты тогда проявлял Формы Хаоса? В таком мире, где ничто не разлагается, не испражняется и не ест друг друга? Для существования Сферы Материала в том виде, в котором она есть, необходимы проявления всех форм. Выбросишь хоть одну остальное посыпется прахом. Поэтому все именно так, как и есть

 Ладно, не бери в голову! Я просто выражаю свои мысли, не более

Мы уже довольно далеко отошли от тела, как вдруг вокруг стало заметно темнее. Мы подняли головы. Небо быстро затягивали тяжелые черно-серые тучи. Еще минута, и его прошила яркая молния. За ней последовал удар грома, и небо лопнуло, пролившись на нас и всю природу вокруг плотным шумным ливнем. Мои волосы быстро намокли, заметно потяжелели и смешно распластались по плечам мокрыми лоскутами. С крыльев же вода стекала, не прилипая, и они оставались такими же сухими, как и в самый первый мой миг на Земле. С Натанаилом вода взаимодействовала иначе. Она превращалась в пар, едва успев коснуться его прозрачной оболочки, и окутывала его фигуру белой дымкой. Дождь нам особо не мешал. Правда, земля из-за него размякла и превратилась в густую коричневую кашу. Натанаил сказал, что теперь она вся похожа на кучу помета. Мне такое сравнение не понравилось. На мое возражение он ответил лишь тем, что не зря решил парить, а не ходить.

Мы продолжали идти и спорить об устройстве Сферы Материала и этой планеты в частности. Я замечала, что при разговоре все чаще стала помогать себе руками. Как я правильно поняла, рождающиеся в этой беседе эмоции передавались всему моему новому телу. Натанаил же невозмутимо плыл над «слишком грязной» для него землей и держал руки по швам, словно статуэтка. Это выглядело очень смешно, но я сдерживалась, потому что понимала, насколько мы разные. Неизвестно, сколько мы так прошагали под проливным дождем, пока не вышли к скалистой местности. Я сразу приметила в груде почерневших от воды камней вход в просторный грот. Мне захотелось немного просохнуть, и я предложила войти внутрь. Натанаил не возражал. Ему вообще было все равно, что делать, ведь никаких чувств он не испытывал, просто считывал информацию о происходящем вокруг. Мы вошли, и я почувствовала еще один новый запах.

Мы двинулись к его источнику. Не слишком далеко от входа в пещеру, но и не сказать, чтобы близко, лежал он. Там было темно, но, как ты знаешь, эоны могут прекрасно видеть в темноте. Мы рассмотрели обитателя грота. Его тело было похоже на мое. Вернее, это свое тело я сотворила похожим на его, поскольку пока я вращалась в Сфере Эонов, я захотела именно такое тело, которое похоже на проекцию Формы Разума в этот мир. Честно сказать, оно по сравнению с моим было даже немного несуразным. Чуть менее волосатое, чем у зверей, довольно крепкое, но в то же время и хрупкое. И совершенно не способное к полету. Кожа смуглая, как и моя, даже на пару оттенков темнее. Лицо грубоватое, с широкими чертами, заросшее волосами по всей голове и вокруг рта. Видимо, он тоже здесь спрятался от дождя. Это был именно он человек! От испускаемого Натанаилом свечения он слегка пошевелился, даже повернулся чуть в бок, но не проснулся.

 Хм. Лилит, отдам тебе должное: у тебя получилось гораздо лучше!  Произнес Натанаил, когда закончил «считывать» обитателя пещеры.

 Что лучше?

 Тело. У настоящего человека оно гораздо более несуразное. Грубое, волосатое, как у зверя, всё в каких-то царапинах, шрамах. И крыльев, конечно же, нет. Но вот насчет последнего я даже не возражаю: рожденный ползать летать не должен!

 Так я свое целенаправленно создавала, а он таким получился в результате естественного преобразования Форм. Почему ты всю дорогу только плохое видишь?

 Я лишь констатирую факты. Если он такой, какой есть, как я могу сказать, что он другой?

 Мог бы хотя бы выражаться не настолько пренебрежительно! Если на этой планете Формы Разума спроецировались именно в такое тело, значит, оно тут самое подходящее

 Я бы создал куда более совершенное вместилище для Форм Разума. Опять же, просто рассуждаю. Кстати, а почему ты себе крылья приделала?

 Хотела что-то оставить от прежней жизни. А что в мире материала лучше иллюстрирует вращение в Сфере Эонов, чем полет? Легкость, свобода, ощущение собственной невесомости, текучести вот это всё и заменяют мне здесь мои крылья