Всего за 149 руб. Купить полную версию
В любительских спектаклях, по всей вероятности, принимал участие и писатель Борис Тимофеев, автор повести о дореволюционном Шадринске «Сухие сучки», впоследствии друг А.М. Горького, считавшего зауральца «очень даровитым».
Борис Александрович (Тимофеев) находился в большой дружбе с учительницей и участницей драматического кружка Надеждой Федоровной Овсянниковой. А в фототеке Госархива в г. Шадринске сохранилась такая фотография: компания молодых людей, прилично одетых, сидит в широких розвальнях, в которые впряжены кони. Борис Тимофеев в центре. На нем большая мохнатая шапка, демисезонное пальто
Писатель и его друзья сфотографировались перед поездкой в деревню Верхнеполевую, на молодежный пикник. В санях рядом с ним знакомая уже нам Овсянникова, учительница пения Картамышева, представительницы «золотой молодежи» города Федосеева и Любимова.
Несколько отойдя от хроники непосредственно театра в Шадринске, хочется, хотя бы фрагментарно, рассказать о связях шадринской интеллигенции с центрами русского демократического искусства.
Так, в документах старейшей учительницы города М.И. Пашкевич, переданных ее родственниками в госархив, хранится приглашение, выполненное красивым типографским шрифтом на плотной белой бумаге на открытие памятника-бюста Вере Федоровне Комиссаржевской, которое состоялось 10 февраля 1914 года, в 1 час дня, по адресу: Адмиралтейская набережная, 4, в Русском драматическом театре К.И. Незлобина и А.К. Рейнеке.
Выдающаяся русская актриса В.Ф. Комиссаржевская в 1904 году основала театр своего имени, а через 6 лет Веры Федоровны не стало. Чтя память славной актрисы, ее коллеги поставили памятник. Вот на этом торжественном акте, видимо, и присутствовала Пашкевич.
Но более тесными были связи с артистическим миром Петербурга у молодого художника Ивана Иванова, учившегося в 1907 году на Драматических курсах выдающегося русского актера В.Н. Давыдова, впоследствии народного артиста республики. В русском классическом репертуаре В.Н. Давыдов создал замечательные образы Фамусова, Городничего, Подколесина, Расплюева.
Окончив Екатеринбургскую художественную школу, Иван Иванов (в будущем выдающийся скульптор И.Д. Шадр прим. авт.) учился на императорских драматических, а также на оперных курсах. И хотя его увлекала сцена учителя находили в нем хорошие сценические данные и задатки таланта однако они разумно посчитали, что его место не на подмостках, а в мастерской художника.
Большое участие в будущей судьбе Шадра и принял как раз артист В.Н. Давыдов. Когда зашла речь о средствах для дальнейшего художественного образования Иванова, Владимир Николаевич тут же написал небольшое письмо в Шадринскую городскую думу:
«Убежден лично и на основании отзывов о нем (И.Д. Иванове) компетентных художников-профессоров (отзыв о юношеских работах И.Д. Иванова писал И.Е. Репин), что Иванов талантливый и способный человек (как художник и скульптор) и что ему необходимо помочь и поддержать его, так как он без всяких средств. Необходимо дать ему возможность выйти на свет божий и не заглохнуть и, может быть, погибнуть, как гибнут многие таланты от людского равнодушия и не находя поддержки вовремя. Поддержите его!В. Давыдов».
Одновременно с Давыдовым письма в Шадринск написали артист императорских театров В.И. Петров, а также режиссер М. Дарский. И в результате этих и других просьб судьба Шадра, как скульптора, была предрешена. Впоследствии, неоднократно приезжая в родной город, скульптор часто посещал театр, а в 1918 году он даже несколько раз выступал на шадринской сцене.
Забегая немного вперед, отметим, что, как сообщала первая советская шадринская газета «Крестьянин и рабочий», в номере от 28 июня 1918 г., в здании общества приказчиков предполагалась лекция «О новых памятниках революционной России и памятника мировому страданию», которую должен прочесть автор проекта «Памятника мировому страданию», «лауреат Парижской академии И.Д. Иванов (Шадр)».
Дав общую программу выступления, газета далее пишет:
«Обращаем внимание граждан на эту, в высшей степени, интересную лекцию, которая прошла в столицах Советской Республики с огромным успехом. И, тем более, что сам художник, приковавший к себе внимание художественных центров своими грандиозными и оригинальными замыслами, пробился к вершинам искусства из трудовой рабочей семьи нашего родного города Шадринска».
Начало этого мероприятия было театрализовано. По улицам города двигалась разукрашенная процессия. А в центре кавалькады символическая ладья Вступительное слово к лекции произнес писатель и драматург Ф.А. Краснов.
Судя по газетным материалам, Шадр с Красновым провел не одно выступление в театре общества приказчиков. Так, 8 августа они оба приняли участие в традиционном студенческом вечере. В другой раз Иван Дмитриевич выступал на вечере лиры своего товарища. «Иванов-Шадр, говорится в газетной информации, в своем действительно прекрасном вступительном слове высказал сожаление, что в этот вечер не удалось поставить новое произведение Юграк-Краснова «Крушение идола». В первой части вечера ставилась пьеса другого театра, а во второй поэт читал свои стихи.
Театрально-концертная жизнь в городе с весны по осень 1917 г. казалось, полностью замерла.
После отречения царя от престола в феврале 1917 года, как никогда активизировали свою деятельность местные организации соглашательских партий. Они поддерживали временное правительство, агитировали за войну, оживили работу в массах и окончательно захватили в свои руки уездно-городскую газету «Исеть». Ее полосы были переполнены военной и политической хроникой. Исчезла рубрика «Театр и искусство», дававшаяся ранее в газете регулярно.
Лишь изредка промелькнет краткое сообщение, что в театре общества приказчиков или народном клубе состоится любительский спектакль. В частности, летом 1917 года любители драматического искусства поставили «Частное дело» И. Черешнева. «Всем сестрам по серьгам» Тихонова, «Горькая судьбина» Писемского, «Пчела и трутни» Трофимова. Состоялся также спектакль для детей «Серый волк и красная шапочка», сбор со второго пошел в пользу военных действий.
Против войны в городе последовательно выступали только большевики. И в этот трудный период под руководством молодого А.А. Жданова была создана городская большевистская организация.
И вот, среди безвременья сценической жизни в Шадринске прямо-таки выдающимся событием стал концерт на студенческом вечере, состоявшийся 22 августа.
Студенты к своему вечеру, который, кстати, не был бесплатным, готовились особенно тщательно, поэтому и не удивительно, что молодежь валом валила на такое мероприятие.
Но на этот раз студенты, кажется, перещеголяли даже сами себя. Они воспользовались тем, что в это время приехала на каникулы известная уже читателю артистка Большого театра Валентина Павловна Павлинова, будто бы когда-то при содействии самого Федора Ивановича Шаляпина зачисленная в труппу этого прославленного театра. К слову, у певицы в Шадринске жил родной брат, преподававший рисование в Алексеевской женской гимназии. Вот почему, хотя родители и жили в селе Уксянском, Валентину Павловну часто можно было видеть в городе.
Но одной знаменитости студентам показалось мало, и они любезно приглашают австрийского подданного, попавшего в русский плен, музыканта Пиллица. Причем, он именовал себя «свободным художником из Парижа», на что имелись, видимо, какие-то основания. В то же время было известно, что Г.И. Пиллиц бывший скрипач императорского оркестра Франца-Иосифа. Павлинова исполнила арию Пизы «Милые подруги» из оперы П.И. Чайковского «Пиковая дама», а Пиллиц своим исполнением украинской «Думки» всецело захватил зал.