Всего за 199 руб. Купить полную версию
Зачем?
Это новые впечатления, новая радость Это может подарить вам новые мечты Пойдёмте!
Маркус заколебался, но Артур был настойчив. Он потащил Маркуса за собой.
Через два часа, нахлебавшись морской воды, Маркус вылез на берег и, свалившись на песок, обессиленно уснул. Артур прикрыл его влажным полотенцем, чтобы он не обгорел на солнце и не получил тепловой удар, затем вернулся в Замок.
У вас есть стэплер? обратился к Артуру Писатель.
Стэплер? удивился Артур. Откуда он у меня? Вы спросите у Хозяина. У него наверняка есть.
У него я уже спрашивал, ответил Писатель. Он сказал, что не может больным давать стэплер. Ещё руки, говорит, себе поранят. Я ему сказал: ещё неизвестно кто здесь больной? Он на меня разорался и выгнал из кабинета.
Тогда попробуйте старинный метод нитку с иголкой, посоветовал Артур.
У вас есть иголка?
У Андрона спросите, отмахнулся Артур.
Сократ возобновил свои ежедневные прогулки. Артур ненавязчиво присоединился к нему. Некоторое время он шёл молча, исподволь наблюдая за мимикой Сократа, беседующего с кем-то в уме своём.
Наконец Сократ остановился, посмотрел на Артура и спросил:
Почему существует что-то, а не ничто?
Вы изменяете своим принципам, улыбнулся Артур. В этом вопросе нет ответа.
Сократ, на секунду задумавшись, кивнул и продолжил движение.
Наверно существуют вопросы без ответа, сказал Артур. Один философ сравнивал этот вопрос с вопросом: «что находится к северу от Северного полюса»?
Если на вопрос нет ответа, снова остановился Сократ, значит, в вопросе какая-то ошибка.
Я думаю ошибка в слове «ничто», сказал Артур. Ещё Парменид считал, что «ничего» не существует. А мы используем это понятие, как нечто существующее.
О чём разговор? подошёл к ним Судья.
Сократ задал вопрос, которые некоторые считают главным вопросом философии: «почему существует нечто, а не ничто»?
Why there is anything at all? задумался Судья.
Он взял Артура за руку и потянул за собой.
Пойдёмте, я хочу вас спросить о чём-то более насущном, чем пустые философские вопросы.
Он завёл Артура в свою комнату и, сев в кресло, указал ему место напротив. Артур передвинул стул и сел рядом с Судьёй.
Я хочу прояснить для себя наш юридический статус сегодня, сказал Судья. Определить наши права и обязанности. Без этого мы не сможем вписаться в общество будущего.
Артур задумался, а потом лукаво посмотрел на Судью.
У вас была собака?
Судья недоумённо посмотрел на него.
Какая собака? При чём тут это?
Артур вздохнул, посмотрел в пол, но потом снова поднял голову.
В этом мире у нас юридический статус животных. И вписаться в будущее мы можем только в этом статусе.
Судья нахмурился.
Какой вздор! Кто так решил?
Артур пожал плечами.
Новые хозяева мира сэйны, и их господин Великий Разум.
Это нонсенс! заявил Судья. Это явное нарушение наших прав. С этим надо бороться.
Он подумал секунду и спросил:
Где находится Верховный Суд этих самых сэйнов? Я напишу о нарушении наших прав, и потребую судебного разбирательства.
Вернётся Адам, вы спросите у него, сказал Артур и поднялся.
Сядьте! приказным тоном сказал Судья. Я ещё не договорил.
Артур вздохнул и уселся снова.
Судья, поджав губы, что-то обдумывал. Потом повернул голову к Артуру.
Я слышал, что Адам трумэн? Какой национальности трумэны, на каком говорят языке?
Артур, заколебавшись, всё же ответил.
Полагаю, что все национальности кончились. Трумэны смешанная нация, остатки человечества, а на каком языке они говорят я не знаю. Как-то не додумался спросить об этом Адама.
Задав ещё пару вопросов, на которые Артур тоже не мог дать вразумительного ответа, Судья отпустил Артура, и остался сидеть в своём кресле, облокотившись на руку, с видом человека, вопрошающего себя и что я здесь делаю?
Артур зашёл в гости к Поэту. Он лежал на кровати с книгой в руке.
Читаете «Столбцы»? удивился Артур, взглянув на обложку. Это далеко от классической поэзии.
Поэзия не имеет границ, охотно ответил Поэт. Одно время я увлёкся творчеством обэриутов, и даже сам стал сочинять что-то в этом роде.
Ну-ка, ну-ка, обрадовался Артур. Прочитайте что-нибудь.
Это сыро, замялся Поэт, только проба пера.
Ничего, ничего успокоил Поэта Артур. Я непритязательный слушатель, мне и проба пера интересна.
Правда? просиял Поэт. Ну тогда не жалейте вы сами напросились. Только отнеситесь к этому стиху с юмором.
За это не переживайте, ещё раз успокоил Поэта Артур. Я уже привык относиться ко всему с иронией.
Поэт поднялся с кровати, взлохматил свои и без того взлохмаченные волосы, хитро посмотрел на Артура и гордо сказал:
Я назвал это стихотворение «Обэриутки».
Он принял свободную позу актёра, читающего со сцены стихи и начал вдохновенно и лирически.
На чердаке у белых снов
Вращались тысячи основ,
И снеживые кружева
Летели мимо, чуть жива.
Вертелись чёрные дыры,
На дне кротовая норы
Лежали кости для игры.
Идун по праведным полям
Молился белым тополям,
В протоке мыл свои уста,
Чтоб речь была его чиста.
От грязных помыслов и дум
Душой становишься угрюм,
От светлых правильных мыслей
Душе становится теплей.
Грознеют тучи в небесах,
Бегуют дети во трусах,
Свистуют ветры в парусах.
Ментально было всё равно -
Открыта занавесь в окно,
Летели птицы по делам -
Всё было ровно пополам.
Коловращение небес
Не без полезности, не без
Игрушести весёлых схем,
Где смысла нет уже совсем.
Молчанье есть начало сил -
Так наш Господь провозгласил.
Но страшный холодень снегов
Лежит на совести богов.
Так было дело или нет,
Слетелись бабушки на свет.
Ведь каждый знает, у людей
Нет белокаменных идей.
Они стоят на дне реки,
На них седые парики.
Вращает мельница жернов,
Кто был не с нами, будет снов.
Черта оседлости не та,
Где круговодит суета,
Где мелом чертит на доске
Учитель матики в тоске.
Он знает тысячи формул,
Но нету радости ему
От этих знаний бесполе.
Лежит тетрадка на столе.
Здесь пишет он свои стихи,
Где описуются грехи
Его несчастной селяви,
О страстнобоязной любви
К училке по литерату.
Стоит архангел на посту.
И смотря на его муче,
Качает голову в плече.
Подобострастный любодей
Уйди от праведных людей!
Им надо в суматоке дней
Идти туда, куда видней,
Где вечный праздник трудодней.
Внутри ежа лежит межа.
Об этом знают сторожа.
Но остры иглы на еже,
Не подходите неглиже!
Так думал молодой пове
Кудрявой мыслью в голове.
Обэриутки на сосне
Сидели, каркая во сне.
Поэт откланялся, Артур зааплодировал. Давно он не смеялся так легко и непринуждённо.
После обеда во дворе Андрон загадочно посмотрел на Артура с Паскалем и спросил:
Хотите познакомиться с первым владельцем Замка?
Ты снова видел призрак старого графа? удивился Артур.
Нет Я нашёл в подвале его склеп Пойдёмте со мной, я вам покажу.
Спустившись в подвал, Андрон повёл их по коридору. Тусклый свет ламп освещал коридор. Возле одной из складских комнат Андрон остановился и открыл дверь.
Подождите, я включу фонарь.
Он пошарил где-то на полках и вскоре вспыхнул яркий свет фонаря. Артур огляделся. Полки были завалены разным хозяйственным хламом. Вёдра, тазы, кастрюли, какие-то тряпки.
Андрон обернулся и направил свет на пол. Яркий луч высветил ржавый металлический люк.
Подымайте крышку!
Артур с Паскалем с натугой и не сразу сдвинули тяжёлую крышку вбок. Под ней оказалась узкая металлическая лестница, ведущая вниз.
Андрон первый спустился по лестнице и уже снизу махнул рукой.
Идите сюда!
Артур с Паскалем спустились по лестнице и огляделись. Это было небольшое пустое помещение с земляными стенами, которые когда-то, может быть, и были оштукатурены, но штукатурка давно осыпалась.
Паскаль запнулся ногой о какую-то плиту.
Осторожно, негромко сказал Андрон. Тут надгробие.