Мария Арбатова - Стеклянный занавес стр 8.

 Что значит, до Горяича? Она ж с ним как бы с министерства!  Ада не пропускала такие вещи мимо ушей.

 В министерстве они только втюрилась друг в друга, но она ж тогда ещё Муму была.

 Ты мне порожняк не гони! Говори, куда уехала?  окоротила её Ада.

 Ой, Ада Густавовна, она мне трепать запретила, но я ж вам ВГИКом обязана!  Вика изобразила крайний испуг, хотя Валя уже давилась от смеха.

 К Горяеву уехала?

 Вы меня не сливайте, я ж по-любому ваш человек, раз вы у деда учились! На какой-то канал уехала. На какой, не сказала. Вы ж её знаете Зоя Космодемьянская! Там продюсер то ли Мамушкин, то ли Мамочкин Предложил за нормульный ценник передачу про лечение травами.

 Не врёшь?

 Да я сама в ауте! Говорит, из-за какой-то рекламы от вас свалила,  убедительно прикалывалась Вика.  На Горяича по телефону орала: «Какая из тебя крыша, если Ада рекламные деньги обкарманила? На хрен вы мне оба?» Замену ему ищет, с ней теперь шагу не ступи олигархи с ходу ширинку расстегивают!

Валя, лёжа в постели, почти кусала подушку, чтоб не расхохотаться, и Вика пригрозила ей кулаком. Матери дома не было, а Шарик, услышав, что они проснулись, стал подвывать и скрестись в дверь.

 Что за звуки?  насторожилась Ада, чувствуя, что её дурят.

 Пудель дверь царапает. Человек собаке друг, у собаки нету рук Впущу?

Вика долетела босиком до двери, и Шарик, погавкивая, пробежал по комнате и устроился у неё на постели.

 Думаешь, уйдёт с передачи?  не то Вику, не то саму себя спросила Ада.

 Вы ж Валю знаете если чё, бьёт с ноги. Передаче без неё шиндец, а столько сил и бабла вложено!  проговорила Вика с неподдельной грустью, и Валя снова пожалела, что Ада не запихнула её на актерский факультет.

 Хочу как бы в командировку отправить,  забросила удочку Ада.  В прохладное место. Чтоб подостыла.

 Не поедет. Горяич её по выборам загонял по Зажопинскам.

 В Швецию хочу послать.  Ада сделала грамотную паузу.  Вместе с тобой.

 В Швецию?  Вика чуть не выронила трубку, начисто забыв свою роль.  Фигасе!

 А потом в Данию

Валя с Викой растерянно переглянулись.

 Тут я бэзандестенд В Финляндию она точно поедет, там подружка. Вы меня с той подружкой в баню возили, где оркестр играл перед бассейном. Про Швецию и Данию не врубаюсь.

 Финляндии в меню нет, а Швеция и Дания на блюдечке. Из Стокгольма в Хельсинки доберётесь на пароме за две копейки. Короче, обработай её на поездку.

 Конечно, Ада Густавовна, изо всех сил навалюсь. Только я вам ничего не говорила и вы со мной не разговаривали!  стала умолять Вика.

 Целую крепко, твоя репка!  Ада положила трубку.

 Какая ещё Швеция и Дания?  удивилась Валя.

 Типа взятка турпутёвкой. Прикинь, мы с тобой в Стокгольме на паром и к Соньке с Юккой в Хельсинки!  Вика натянула одеяло на голову и пробубнила сквозь него:  Сплю дальше, раз учёбу прогуляла. А ты настраивайся. Даю установку на Швецию и Данию, как Кашпировский.

 Кто такой Мамушкин-Мамочкин?

 Даун с нашего курса. Нарезает вокруг меня круги, как хохлатый пингвин вокруг самки.

Было понятно, что подачка от Ады обяжет Валю, захлопнет капкан придётся снова ломать себя и вести передачу, набивая чужие карманы деньгами с рекламы воды. Но с другой стороны, она увидит Соню! А пожаловаться можно только ей. От Вики утаивает одно, от Горяева другое, от Юлии Измайловны и матери почти всё.

Да и Лев Андронович, рассказывая о регрессионной терапии, говорил, что нельзя игнорировать страну, которая тебя сама позвала. Что купленные путёвки это потребительский туризм, и только приглашения, внезапно надиктованные небесным диспетчером, поднимут тебя на новую ступень.

Вечерние новости раскалила информация о взорвавшемся в поезде метро сиденье на перегоне между «Тульской» и «Нагатинской». Показывали вылетевшие стёкла вагона, кричащих людей, испуганных милиционеров. Говорили о четырёх погибших, двенадцати госпитализированных, используя новые выражения «транспортная война» и «слепой терроризм».

Мать собралась в церковь, молиться за пострадавших. Валя так разнервничалась, что отменила завтрашний приём больных. И еле удержалась, чтоб не набрать телефон Горяева.

А в двенадцать на сотовый позвонила Катя:

 Водила к тебе поехал за загранпаспортами. Если фоток для анкеты нет, с паспорта переснимут.

 За какими паспортами?  не поняла Валя спросонья.

 Твоим и Викиным. У Адки всё схвачено, завтра шлёпнут визу. Билеты и паспорта с визами водила передаст, когда повезёт в аэропорт.

 В какой аэропорт?

 Вот что ты прикидываешься? Ты же Адку раком поставила, что хочешь в Швецию!  заорала Катя.

 В Швецию?  Валя окончательно проснулась.

 Представительские в конверте. С самолёта переводчик встретит.

 Кать, а гостиницы там дорогие?

 В командировку летишь, а Вика прицепом. У тебя встреча с каким-то начальством. Гостиница оплачена. Только не думай, что Адка что-то делает задаром.

 Кать, в метро взрыв  напомнила Валя.  А я в Швецию

 Ну, взрыв! Что теперь, всем застрелиться из рогатки? Хорошие парни побеждают плохих везде, кроме новостных программ. Когда ещё взрывать, как не под выборы? Адка-то радовалась: «Швецию ей надо? Пусть вместо меня прётся в Швецию!» У неё там какая-то байда, и вдруг ты требуешь именно Швецию

 Я требую?  Казалось, всё это розыгрыш.

 Перед этим сходишь завтра вечером в Балчуг, там окученный Адкой приют для девочек. Водила передаст набор кассет с детскими фильмами. «Берёзовая роща» дарит приюту сюси-пуси. Выйдешь и вручишь наклейкой в камеру.

 Ладно, везите кассеты. Кать, если уеду, дублёрша ведь передачу про взрывы завалит

Она не собиралась больше сотрудничать с Адой, но взрывы.

 Опять тупишь! Нам надо выбрать Ельцина! Так что залепим взрывы кремовыми розочками! Случайно взорвалось сиденье, начальник поезда лишён премии за то, что не обнюхал его, как спаниель. В девяносто втором, когда ЕБН брякнул, если цены поплывут, он ляжет на рельсы, мы все рельсы из кадров вычистили. Чуть не из Анны Карениной их вычистили!

И положила трубку. Валя стала тихо одеваться, чтоб спуститься к водителю, но, передав ему загранпаспорта, пожалела. Какая у неё там может быть важная встреча? И кто она такая, чтоб её ждали в Швеции? Ада явно что-то задумала.

 Ма, кажется, мы с Викой летим в Швецию,  объявила Валя за завтраком.

 Самолётом?  перекрестилась мать.

 Воздушным шаром!  хихикнула Вика.

 На что тебе, доча, та Швеция? Можно сказать, без порток, а в шляпе,  запричитала мать.

 Бабуль, чё струнные запустила? Оплачивает передача,  успокоила её Вика.

 Командировка.

 Тогда грех не съездить,  тут же согласилась мать.  В церковь пойду свечи поставлю. За вчерашних невинно убиенных да за вас, гулён! К Соньке?

 Ма, она в Финляндии.

 Тогда Свене звони. Он же швед, глядишь, подсобит?

Но меньше всего Вале хотелось говорить о поездке Свену.

 На улице раздавали.  Мать протянула пёструю газетку.  Про Зюганова пишут, мол, настоящий Гитлер! Прям заголовок «Зюг Хайль». А про Ельцина хорошо, прям не ожидала. Смотри, какой-то Пьер Ришар, не знаю, кто это. А вот сама Вероника Кастро, которая «Богатые тоже плачут»! А ещё Виктория Руффо, которая «Просто Мария»! Зыкина, Пьеха, Боярский, Жванецкий! Ну, этим заплатили, а тамошним артисткам верю.

 Почему?

 Потому что они семь раз не русские и денег-то у них там куры не клюют.

 Если еду в Швецию, значит, должница Ады,  сказала Валя.

 Чё ты всё время укусы расчёсываешь? Рудольфиха тебе столько недоплатила, что это мелочовка,  возмутилась Вика.  Барыги, когда видят, кент вот-вот сорвётся на другой состав перейдёт, к другому барыге отвалит или совсем завяжет,  находят его. И сразу, мы ж с тобой друзья, бери разок бесплатно, потом бабки отдашь

И после этого на всех парусах понеслась во ВГИК хвастать поездкой в Швецию, а мать замоталась в платок и ушла ставить свечи в Никулинскую церковь. Оставшись дома, Валя набрала телефон кабинета.