Всего за 149 руб. Купить полную версию
Это ж надо, не оборачиваясь и так зная, кто стоит за спиной, сказал он, впервые за шестьсот лет он поднял на меня руку. в его голосе проступала неподдельная горечь. А всё из-за чего? Мол, я потакаю мальчишке. он сплюнул. От плевка вода стала разлетаться, словно на неё плеснули кислотой. Нет, надо было тебя всё-таки тогда сожрать.
Красный. виновато позвал Горн. Красный, пожалуйста.
Надо было. словно не слыша, продолжил Бес. Пелёнки-распашонки, уси-пуси всякие. Нянчились с ним. Теперь же я ещё и виноват. Будто он один любит этого маленького мерзавца.
Красный, прости меня. сделал вторую попытку главный виновник ссоры между двумя старыми друзьями.
И на кой я тогда обернулся. всё так же не замечая присутствия юноши, продолжил причитать Бес. Как бы мы сейчас хорошо жили. Всё время молчали бы, ходили грустные, унылые. Устраивали бы праздники, тоскливо воя на луну. А раз в сто лет, ради разнообразия, вешались бы на пальмах. Лет по десять повисели бы и уже обновлённые и счастливые, возвращались к чудесным беспросветным будням. Веселуха.
Ну, Красный, скажи, что ты на меня не сердишься. поняв, что его маленький опекун притворяется, улыбаясь, попросил Горн. Что мне сделать, чтобы ты меня простил?
Мяса пожарь. всё также не оборачиваясь, буркнул Бес. А то пока мы тут лясы точим, твой варан протухнет. Тогда получиться, что я напрасно сегодня огрёб.
Я сейчас, мигом. повторив фразу, сказанную учителю, юноша кинулся выполнять просьбу, но вспомнив, что пришёл сюда помирить двух друзей, вернулся.
Красный, ты уж прости Дора. Он не хотел так.
Да куда ж я денусь. пробухтел Бес. Неужели ты и вправду думаешь, что из-за такого куска дерьма как ты, я вконец разругаюсь со старым другом, который меня создал и которому я когда-то спас жизнь? он впервые за всю беседу обернулся к Горну и весело подмигнул. Чё встал? Давай пошевеливайся. Жрать охота.
Тогда вынь копыта из озера. не удержался парень и схохмил. А то останется только покрошить овощей, и рыбный суп готов.
Совет запоздал. Бес уже остыл.
Проваливай, шкет малолетний. бросил он вслед удаляющемуся Горну.
Глава 2
Через три часа они сидели за столом. Большая миска с жареным мясом источала аппетитнейший запах. Рядом с ней Горн поставил тарелку с ещё дымящимися лепёшками. Овощи, в основном обязанные своим происхождением фантазии Дора, склонного ради интереса скрещивать различные культуры, были представлены в виде двух салатов, сбрызнутых уксусом. В круглом горшке дымилась, сдобренная кунжутным маслом, просяная каша.
С недавнего времени юноша стал догадываться, что все эти пищевые изыски по большому счёту нужны только ему, и создавались исключительно для него. Дор вполне мог обходиться неделями без пищи, а в случае необходимости имел возможность воспользоваться услугами Беса. Учитель был бессмертен. Единственное, в чём он действительно нуждался, так это яд. Из него он извлекал силы для всевозможных действий и экспериментов.
Что до Красного, то тот и вовсе был способен голодать годами; ему достаточно было воткнуть свой трезубец какому-нибудь живому, желательно крупному, существу в бок, и сытая жизнь на долгое время была гарантирована.
Но надо отметить: вкусно поесть они любили. И даже очень, поскольку это в какой-то мере помогало Дору оставаться человеком, а Бес, хоть и был созданием, вызванным к жизни волей волшебника, не желал от него отставать.
И вот теперь, силясь заслужить прощение за причинённые нравственные и физические страдания, Горн старался умаслить своих воспитателей. Своего же воспитанника он уже ублажил, наполнив его желудок большим шматом варанятины, как и его приятеля. Оба они, сытые и довольные, лежали возле порога и грелись под лучами вечернего солнца.
Умостившись на краю стола, поджав под себя ноги и положа рядом трезубец, сидел Бес. Он мрачно глядел перед собой, уставившись на миску с мясом. Его маленький пятачок подёргивался, из ноздрей периодически вырывалось облачко пара.
Дор сидел напротив. Старик изредка бросал на друга виноватые взгляды, но первым заговорить не решался. Горн с любопытством и определённой долей беспокойства переводил взгляд с одного наставника на другого. И так было ясно: они готовы простить друг друга, но почему-то не делали попыток помириться.
Ну, давайте, что ли, начнём. неуверенно предложил юноша.
Его опекуны в ответ промолчали. Но Горн, осознавая, что, по сути, и является виновником конфликта, был настроен решительно. Упрямцев требовалось подтолкнуть.
Он пододвинул тарелку Дора к миске с мясом и спросил:
Тебе поподжаристей?
Старик сделал жест, что ему всё равно. Юноша положил ему на тарелку три почти идеально квадратных куска, умеренной прожаренности, зачерпнул деревянной ложкой кашу, добавил салат и вернул тарелку.
Мне с кровью. сердито буркнул Бес, опередив вопрос Горна, когда тот потянулся за его посудой. И без каши. добавив: Салата побольше положи.
Как скажешь. мягко улыбнулся юноша, выполняя просьбу и выбирая самые сырые кусочки, тут же мелко порезав их, и завалил салатом.
Спасибо. всё так же сердито поблагодарил Красный, метнув гневный взгляд на Дора.
С минуту сидели молча.
А что там с трещиной? здраво предположив, что общие интересы и заботы лучше всего могут объединить друзей, спросил Горн.
Вопрос предназначался Дору, но ответил Бес.
Что-что, растёт. он продолжал терзать здоровенный для него кусок, разбрызгивая вокруг себя жирный сок. Если так дело и дальше пойдёт, то лет через двадцать, насколько хватает моих математических познаний, она доберётся до противоположного края.
И что тогда? обеспокоенно спросил Горн.
Он знал, что эта проблема сильно тревожит обоих. Ему строго-настрого было запрещено подходить к огромному круглому камню, торчавшему из песка неподалёку от оазиса, но мальчишеское любопытство способно преодолеть любые запреты. Года четыре назад, избавившись от опеки Красного, он незаметно пробрался к замурованному порталу и был сильно разочарован, не понимая, как какая-то трещинка могла напугать таких, как его наставники.
Недели через две Горн повторил вылазку, на этот раз вооружившись горшком с глиной и недолго думая, попросту замазал её. Гордясь своим поступком и осознанием, что так просто решается задача, с которой не могли справиться наставники, он вернулся домой.
Через неделю Красный стал неизменным спутником мальчишки и избавиться от его пригляда стало невозможно. И лишь спустя год, случайно подслушав разговор учителя с Бесом, понял, как он ошибался, сочтя проблему решённой, и почему Красный следует за ним неотступно.
Дор встал и молча вышел. Через две минуты вернулся, принеся с собой большую бутыль.
Мальчик мой, дай нам стаканы. попросил он Горна и перекинулся с обладателем трезубца многозначительным взглядом.
Юноша достал из шкафа два стакана; один большой и совсем крохотный. Поставил на стол.
И себе тоже возьми. тяжело вздохнув, потребовал Дор.
Юноша удивлённо посмотрел на него и достал ещё один. Он любил эти редкие случаи, когда наставники позволяли себе маленький праздник и откупоривали такую вот бутылку. Они тогда становились весёлыми и разговорчивыми. Забавно было наблюдать за ними, особенно когда они принимались спорить или вспоминать о другой, прошлой их жизни. Горн не всегда понимал, о чём эти двое говорят, но всегда было интересно.
Особенно радовало поведение Дора. Обычно молчаливый, он оживал, глаза загорались, а язык начинал заплетаться. Бес ещё больше краснел и всё время требовал от друга таким же непослушным языком:
А покажи-ка нашему малышу