Всего за 449 руб. Купить полную версию
В ее приветствии нет примеси сочувствия, она не наклоняет голову, легкая тень озабоченности не мелькает на ее лице. Просто приятельница по университету приветствует старого знакомого. Слава богу. Этого момента я страшился, как только Белл меня пригласила. Микроужимки, сочувствие я бежал, в частности, от этого.
Спасибо, хорошо.
Мы направляемся на кухню, Луиза возится у плиты, божественные ароматы плавают в воздухе. Но мой взгляд обращен на Белл, которая сидит рядом. Они с Маршей раскрашивают оленя, и она советуется с девочкой о том, какой цвет выбрать. Каждый день я узнаю эту женщину с новой стороны. Интересно, какой еще бывает Белл Уайльд?
Будешь глинтвейн?
Луиза ставит на стол гору сладких пирожков и взбитые сливки в фарфоровой креманке, которая смотрелась бы идеально в буфете моей бабушки.
Спасибо, но нет, я вообще-то не
С другого конца стола на меня обращены почти черные глазищи взгляд решительный, сверлящий.
Моя мамочка делает лучший глинтвейн. Самый лучший. Волшебный.
Договорив, Марша смотрит негодующе, и я, хотя никогда не считал себя слабохарактерным, капитулирую.
Тогда ладно, охотно попробую. Только немного, я за рулем.
Белл и Луиза весело переглядываются. А что прикажете делать? Не могу же я огорчить малышку в канун Санкт-Николауса или как там его. Кроме того, в детстве я тоже ужасно гордился своей мамой и всем, что она делает, так что я понимаю Маршу.
И тут я вспоминаю, где видел этот мятежный взгляд. Ну, конечно! Она та самая крошка, которая была в аэропорту, а темноволосая женщина это, вероятно, Белл.
Вау. Как тесен мир.
Марша по-прежнему сверлит меня взглядом. Луиза наполняет стакан, я тотчас делаю глоток и креплюсь духом.
Вот уж не думал, что подогретое вино с пряностями это мое, но корица, гвоздика, апельсин и мускатный орех отлично сочетаются и приятно щекочут нёбо.
Марша ловит мой взгляд и кивает с удовлетворенным видом.
Что я и говорила. Моя мамочка Она так забавно это произносит, таким собственническим тоном. Мамочка делает мне глинтвейн с яблочным соком. Это почти то же самое, только у меня потом не болит головка. Это мой самый-пресамый любимый напиток, но он бывает только перед Рождеством. Когда ты допьешь и мы съедим по пирожку это моя самая-пресамая любимая еда, мы принесем елочку на завтра, да, мамочка и Белл?
Она смотрит на них, ожидая подтверждения.
Да, говорит Луиза, а Белл кивает, потому что у нее во рту пирожок. Так славно здесь сидеть, за этим столом пожалуй, такой расслабленной я никогда Белл не видел. Вчера в своей квартире она была воодушевлена, увлеченно говорила о своем проекте, а здесь явно чувствует себя спокойно, и то, как она держится, тому подтверждение. Тело не напряжено, точно в ожидании очередных нападок, в ней чувствуется мягкость.
Рори, а ты парень Белл, да? спрашивает Марша.
Вопрос как гром среди ясного неба. Мне неловко. Нужно просто ответить «нет», вопрос несложный, но слова застревают у меня в горле. Сердце бешено стучит, сама мысль вызывает во мне панику.
Нет, Марша, они просто друзья, как ты с Каем из садика, быстро разряжает ситуацию Луиза, а я перевожу взгляд на Белл, которая сидит красная и почти в такой же прострации, как я.
На прошлой неделе Кай был моим парнем, но ему не нравится «Щенячий патруль», поэтому я с ним больше не вожусь. А тебе тоже не нравится «Щенячий патруль»? обращается ко мне Марша.
Э-э Я просто э-э
В общем, верх красноречия.
Марша.
В голосе Луизы слышится предостережение. Марша ноль внимания.
Это из-за стенки, Белл, из-за стенки, за которую мамочка тебя ругала, да?
Довольно! Луиза поднимается. Извините, ей, похоже, пора в кровать. Марша отчаянно мотает головой. В таком случае хватит приставать с вопросами к нашим гостям, и пойдем за елочкой.
Я испытываю огромное облегчение Белл, судя по всему, тоже, и мы заносим в дом елку.
Тот дяденька сказал, что елочка на два года старше меня, сообщает очень гордая Марша, но я, наверное, буду жить дольше. Мамочка говорит, что в конце концов убивает все зеленое, но я смуглая, так что со мной все будет в порядке.
Вечер протекает в комфортной и веселой атмосфере, мы украшаем елку гирляндами из попкорна и смеемся над выходками героев мультфильма «Первый снег». Давно я не чувствовал себя настолько хорошо обычно моя голова забита делами: сделав одно, сразу берусь за другое. Только когда Луиза и Белл принимаются укладывать Маршу при этом малышка несется вверх по лестнице, так что только пятки сверкают, с воплем «пребольшущая туфля, пребольшущая туфля!» до меня доходит, что я в гостях уже часа два и до сих пор не озвучил свой план Белл. Ну и где же твой хваленый профессионализм?
После большой суматохи женщины, посмеиваясь, наконец-то спускаются вниз.
Еще глинвейна, Рори?
Нет, спасибо, хотя он действительно вкусный. Твоя дочка была права.
Марша необъективна, но лесть всегда приятна. Рада, что ты пришел, Рори, так здорово повидаться спустя столько лет, а теперь скажи, какие у тебя намерения относительно нашей Белл.
Белл
О, господи. У меня отваливается челюсть. Я люблю Луизу, но порой мне хочется ее убить, и сейчас тот самый случай!
О чем она вообще думает? Все было так славно, и тут ба-ба-х! Не иначе как черт ее дернул рвануть эту бомбу. Удивляюсь, как нашей миссис Деликатность хватило ума не добавить: «Давай, выкладывай во всех подробностях, как там погибла твоя подружка, не стесняйся!»
Рори, к его чести, улыбается, пунцовеет, как и я, и уверяет, что у него ко мне чисто профессиональный интерес.
Я в данный момент слишком сконцентрирована на том, чтобы вернуть лицу естественный цвет, выравнивая дыхание и лелея план мести Луизе.
Тогда зачем она тебе в профессиональном смысле?
Луиза вскидывает бровь, и, по правде говоря, иди речь не обо мне и о Рори, блин, Уолтерсе, меня бы точно пробило на хи-хи. С такой мимикой, как у Луизы, можно выступать в комедийном шоу. Я наклоняю голову набок и жду, затаив дыхание. Вопрос поставлен правильно. Что у него ко мне за профессиональный интерес? Вчера по телефону он сказал, что хочет обсудить деликатную тему, приехал, а потом мы увлеклись проектом, и он так и не объяснил, зачем приходил. Тогда это позабылось. И что все это было?
Вчера ты показала мне начинает Рори.
Луиза снова вскидывает бровь, и я из пунцовой становлюсь багровой.
Ты все неправильно понимаешь, обращается он к Луизе, и я киваю. Это точно. Белл показала мне свой проект, и я обалдел. Он потрясающий.
А что я тебе говорила! Луиза всплескивает руками. Правда же, да? Я знаю, что она им гордится, и правильно, но мне кажется, она сама не понимает грандиозности и значимости того, что сделала.
Да нет, я в курсе, сколько сил в него вбухано, но, когда нет жизни, это плюс. Я смотрю себе на ноги, и тут до меня доходит, что говорить такое при Рори не очень-то тактично. Черт. Надеюсь, он понимает, что это я фигурально выразилась. Что так я маскирую смущение, когда меня расхваливают. Лучше бы держала рот на замке. Я наклоняюсь и тру край ботинка, делая вид, будто не знаю, что это царапина.
Я с тобой полностью согласен, Луиза, и считаю, что проект достоин широкой аудитории, говорит Рори.
Луиза энергично кивает. Я старательно пучу глаза. В детстве, когда мне было некомфортно, я закрывала глаза блокировала неприятный момент, пока он не проходил. Но теперь я выросла и знаю, что ни Рори, ни Луиза не хотят доставлять мне дискомфорт. Не их вина, что мне так кринжово. Я ненавижу находиться в центре внимания, мне там неуютно, и, если честно, это никогда ничем хорошим не заканчивалось. Белл, ты соображаешь, что делаешь? Опять, вечно ты, кто ж еще?! Если нужно всех осрамить, то это к тебе Почему с тобой всегда так сложно? Неужели нельзя быть, как все? Я отключаю голоса сородичей, концентрируюсь на том, что происходит вокруг, и настраиваюсь на голос Рори.