Лин Ка Ти - Тэянг стр 4.

 У меня времени-то не вечность,  раздраженно сказал Лис.  К делу, Хён. Видя твои бедствия, я пришел тебе на помощь, так что лови-ка удачу за хвост. Точнее, за все девять. Я хочу тебе кое-что подарить.

Вот уж чего-чего, а подарков я в легендах о кумихо не помнил: в основном там было про соблазнение, убийства и пожирание сердец тех, кого удалось завлечь в сети греха. Я решил, что пора спасаться, только как-нибудь по-умному, вежливо и учтиво,  кому охота разозлить оборотня?

 Благодарю тебя за щедрость, господин,  дрожащим голосом выдавил я, склонившись в поклоне.  Я счастлив, что мне выпала удача тебя встретить, но но  На ум не приходила ни одна отговорка, и я брякнул:  Но мне пора, я должен успеть на поезд. Рад был поговорить!

И я бросился бегом по переулку, стараясь держаться подальше от стены, на которой чернела тень Лиса. А вдруг она живая и может меня сожрать? Я надеялся, Лис поймет, что мне ничего от него не надо, но, увы, зря.

 Куда же ты?  Он снова возник у меня на пути, и я обреченно остановился.  Хотя бы выслушай. Я не желаю тебе зла. Неужели ты думаешь, что такое всесильное существо, как я, стало бы возиться с тобой, если бы хотело навредить? Я бы стер тебя в пыль, но я ведь этого не делаю.  Тень на стене качнула девятью хвостами.  Просто я увидел, как трудно тебе живется, и решил помочь. Мне тоже никогда не было нигде места.  Лис сжал мое плечо, и я едва сдержался, чтобы не отпрянуть.  Люди своими глупыми историями подпортили мне репутацию. Разве с тобой случилось не то же самое? Я знаю, почему тебя презирают, хотя ты ни в чем не виноват, как и я. Ты пострадал за грехи родителей, я за то, что умею превращаться. Люди травят всех, кто на них не похож.

Ладно, признаюсь, я растаял. Никто, кроме мамы, не говорил со мной так понимающе и ласково. И еще Лис был невероятно хорош собой, хотя, конечно, Пак для меня все равно красивее.

 Мне подвластно многое, и вот тебе мой подарок,  важно произнес Лис. Он шагнул еще ближе ко мне, и тень на стене тоже сделала шаг вперед.  Ты хочешь пройти кастинг в ту группу, которая тебе нравится?

 Я не знаю, нравятся мне «Славные парни» или нет, я же их не слышал,  пролепетал я: почему-то мой ошарашенный мозг уцепился именно за эту информацию.

Лис нежно засмеялся будто колокольчики зазвенели.

 О нет, Хён, я не о «Славных парнях». Их, кстати, даже не существует. Я о твоей любимой группе «Тэянг». Хочешь выиграть их кастинг?

В каком смысле «не существует»? В каком смысле «выиграть кастинг в Тэянг»? Что за бред! Я мотнул головой, обошел Лиса и без всякого драматического накала зашагал дальше по переулку, туда, где мерцали огни машин. На этот раз Лис не вырос у меня на пути, просто крикнул вслед:

 Не ври, что в глубине души не мечтал об этом, я чувствую желания! Ну же, Хён, не будь трусом, я уже в третий раз даю тебе шанс, четвертого не будет!

Пока он говорил, его голос изменился, стал низким и хриплым. Не в силах побороть любопытство, я обернулся. На месте Лиса стоял продюсер «Славных парней»  тот грузный коротышка, который ушел из кафе, не заплатив за бульгоги.

 Я тебя испытывал,  сказал коротышка.  Ты побоялся спеть в кафе, побоялся уйти с работы пораньше. Тебе раз за разом дают шанс, но ты слишком робок и жалок, чтобы хоть чем-то рискнуть.  Он снова направился ко мне. Я неподвижно стоял на месте.  А сейчас тебе дарят исполнение мечты, такой заветной, что ты даже сам себе в ней не признаешься всерьез. И ты просто уходишь? Начинаю думать, что ты заслужил свою убогую жизнь.  Коротышка опять превратился в красавца в ханбоке и кроссовках.  Все, я ухожу?

 Ты ведь что-то попросишь взамен,  негромко сказал я. Может, я и трусливый лопух, но не идиот.  Ты кумихо. Зачем тебе кому-то помогать?

 Говоря словами вашего века, это мой благотворительный проект.  Лис поправил белоснежный рукав.  Но ты прав, я кое-что попрошу. Сущий пустяк, не сравнить с тем, что ты выиграешь.

Ну началось.

 И что же?  сдавленно спросил я.

Лис мягко отмахнулся, давая понять, что это мелочь, не стоящая упоминания.

 Я хочу то, чего у тебя еще нет. Не бери в голову, если ты согласишься на нашу сделку, я заберу это позже.

Сделка, а не подарок. В университете я не учился, но разницу любой поймет. Вот после таких сделок и рождаются сказки, в которых герои под конец умирают, и некому их оплакать, потому что сами, дураки, виноваты.

 Лучше я останусь бедным, но сохраню свою душу,  заявил я.

Священник нашей церкви мог бы мной гордиться. Пожалуй, немного театрально получилось, но я хотел, чтобы до Лиса дошло: я его насквозь вижу. Сожрет мое сердце и не подавится.

 Ну брось. Я же знаю, ты не ради денег, жадность не твой порок,  пожал плечами Лис, ничуть не впечатленный твердостью моей воли.  Твой порок трусость. Но разве ты не хочешь, чтобы музыка стала твоей жизнью? Разве не хочешь увидеть Пака так же близко, как меня, поговорить с ним? На афиши-то любой может облизываться, тут храбрость не нужна.

Ох, вот это был, конечно, удар ниже пояса. При словах «увидеть Пака» у меня перехватило дыхание. Я даже мечтать о таком не смел.

 У меня нет голоса,  сдавленно пробормотал я, хватаясь за последний аргумент. Остатки здравого смысла уже уносило волной под названием «увидеть Пака».  Мама когда-то привела меня в музыкальную школу, и там сказали, у меня нет вокальных данных.

 Зато у тебя отличный слух, и поешь ты вполне приятно.

Да откуда ты знаешь, тварь потусторонняя?! Я внезапно разозлился. Как он смеет все обо мне знать? Я бессильно опустился на крыльцо какого-то закрытого магазина. Темную витрину украшала реклама дешевого рамена в стаканчиках.

 Этого недостаточно, чтобы попасть в «Тэянг»,  огрызнулся я. Мы что, всерьез это обсуждаем?  Надо еще уметь танцевать, и

В знак заключения сделки Лис протянул мне руку с оттопыренным мизинцем. У него были очень красивые руки, бледные, с чистыми, аккуратно постриженными ногтями никаких демонических когтей. Я руку в ответ не протянул.

Работая в кафе, я годами изучал людей и легко определял прожженных дельцов, у которых на уме только бизнес. Один из них стоял сейчас передо мной, я читал это в его глазах, просто слишком робел, чтобы сказать вслух.

 Твоя мать за гроши выбивается из сил на жалкой работенке,  негромко сказал Лис, продолжая протягивать руку.  Такой, как она, трудно рассчитывать на что-то большее. Она так и будет пахать там, пока не умрет от инфаркта из-за вечного недосыпа. Ты должен согласиться. Ради своей матери, ради себя и ради музыки.

Какая бессовестная, дешевая манипуляция! Я поднял на него тяжелый взгляд. Встал. Сделал несколько шагов по переулку. Вернулся, сжимая кулаки,  не в знак угрозы, а чтобы рука не потянулась к руке Лиса. Мне так хотелось согласиться, что в животе ныло. Лис сердечно взял меня за плечи.

 Позволь мне поделиться с тобой знанием, которое я обрел за долгую жизнь: чтобы увидеть звезду, надо открыть глаза. Большинство людей понятия не имеют, какие они, и стараются не попадать в ситуации, где можно выяснить, ужасны они или великолепны. А может, и то и то. Легко быть праведником, когда никто не зовет тебя погрешить! Ты всю жизнь избегал риска и что это тебе принесло?

Лис снова протянул мне мизинец, и я вспомнил свой любимый момент из одного клипа «Тэянг»: взгляд Пака прямо в камеру. Я этот момент раз сто пересмотрел Пак глядел с такой искренней яростью и печалью, будто и он, успешный и прекрасный, знает, какой жестокой бывает жизнь. Я понимал, что это лишь картинка, хорошая режиссура, и все же ради этих двух секунд я проматывал клип назад снова и снова. Мне казалось, что Пак смотрел прямо на меня, и это был взгляд человека, у которого есть душа.

И вот теперь я говорил себе, что соглашаюсь ради мамы, ради музыки и своего будущего, но на самом деле соглашался, чтобы посмотреть в эти глаза напрямую, а не через экран.