Сергеева Александра В. - Сонджу стр 8.

 Эти могилы принадлежат предкам клана. Они поселились здесь около четырёх сотен лет назад.

Предки Сонджу были похоронены на окраине Сеула, но здесь, где мёртвые находились так близко к живым, наверняка имелось немало историй о привидениях в длинных робах, восстающих из могил ночами.

Они продолжили прогулку и достигли плато, где десятью метрами ниже, на широком поле, было разбросано несколько одноэтажных современных построек. Младшая невестка указала на них:

 Хозяин Большого Дома приказал построить эту начальную школу. Большинство учителей дальние родственники клана, или по крови, или через брак.

 Там работают женщины?  спросила Сонджу высоким от волнения голосом.

 Да, две. Но они не отсюда.

В школе кто-то играл на органе. Сонджу посмотрела в том направлении, откуда раздавалась музыка. Сказала:

 Я бы хотела стать учительницей. Но мои родители считали, что работать могут только женщины из бедных семей. И всё же мне хотелось бы преподавать.

Вторая Сестра повернулась и обвела пейзаж перед ними широким жестом:

 Деревня простирается далеко за пределы этих холмов. Большая часть деревенских наши родственники. Чем ближе они живут к Большому Дому, тем ближе они к ним по крови. Все в деревне знают друг друга, даже те, кто не связан с кланом кровно, так что при появлении чужаков люди начинают волноваться.

Сонджу молчала, заправив непослушную вьющуюся прядь за ухо. Вторая Сестра взглянула на неё.

 Что до твоего желания преподавать Такие идеи мы, женщины, хороним навсегда, когда выходим замуж,  сказала она, избегая её взгляда.  По крайней мере, здесь.

Они развернулись и без единого слова направились домой.

Справа от них северный край плато нависал прямо над фермерскими полями, размеченными тропками. На одном участке крестьянин в изношенной одежде возделывал почву: его кожа задубела под суровым солнцем за многие годы, а его послушный бык тянул плуг. Из каминных труб с крыш домов на другой стороне угодий лениво поднимался дым, растворяясь где-то в небе и оставляя после себя запах жжёной соломы. Дыхание Сонджу замедлилось. Она представила, как жила бы в одном из таких домов: безо всяких оград и заборов, которые могли бы её сдержать, без ворот, которые запирали бы её внутри, и отвечала бы только перед самой собой. Здесь она была свободна мечтать, о чём вздумается.

Тем вечером при свисте поезда она направилась на кухню и, поставив на маленький столик еду и чай для двоих, отнесла всё в спальню. Стала ждать. Семья уже поужинала.

Муж пришёл в комнату и спросил, как у неё дела. Она посмотрела на него. Его лицо, его запах, даже его голос всё ещё казались странно чужими. Поставив сумку на пол, он сел за стол. Вытер лицо и руки тёплой влажной тряпицей, которую она положила на поднос. Они тихо поужинали вместе. Затем она выставила столик за дверь, чтобы его забрала служанка.

Она заговорила первой.

 Вчера мы со Второй Сестрой посетили старейшин. А сегодня ходили в деревню. Там много интересного например, школа для всех детей, независимо от социального статуса

Он взял книгу из сумки и стал листать страницы.

 Я же с тобой разговариваю,  сказала она.

 Пф!  Не поднимая взгляда от книги, он спросил:  Мне что, каждый раз надо отвечать, когда ты говоришь?

 Да. Тебе бы не понравилось, если бы я тебя игнорировала.

 Но я-то говорю о важных вещах.

 Я тоже говорю о важных вещах делюсь с тобой своими мыслями и эмоциями.

Он всё ещё смотрел в книгу, а не на неё. Она чувствовала, что не заслуживает такого обращения. «Я же не сказала ничего плохого»,  пробормотала она себе под нос.

 Возможно, я тоже иногда нахожу скучным то, что ты мне рассказываешь,  заметила она.  Но я всё равно слушаю, потому что для тебя это важно.

Затем она подошла к сундуку с вещами и достала оттуда потрёпанный англо-корейский словарь с загнутыми уголками страниц и один из журналов Life, которые взяла с собой из дома. Пролистала страницы. Мать заставила её выйти за этого человека, и вот как всё обернулось, подумала она с досадой.

 Ты читаешь по-английски?

У неё ушло мгновение, чтобы понять, что вопрос адресован ей.

 Что? Могу ли я читать по-английски?

Не отрывая взгляда от страницы, которую она не читала, она сказала:

 Немного. С помощью словаря. В основном я разглядываю фотографии.

На следующий день её муж сказал племяннице:

 Чинвон, твоя тётя может помочь тебе с английским.

Чинвон уставилась на него ничего не выражающим взглядом. Сонджу хотелось провалиться сквозь землю. Неужели ему так необходимо было похвалиться? Она поспешила на кухню.

Когда он вернулся домой в следующую субботу, она избегала его, по любому поводу уходя на кухню, а когда он уехал снова, испытала облегчение. Каждое утро Сонджу продолжала приносить свёкру завтрак, выполняя свою негласную обязанность. Первая Сестра никогда не обслуживала других членов семьи или гостей: в основном она находилась или на кухне, или у себя в комнате её было не видно и не слышно.

Однажды днём старшие женщины клана пришли в гости. Сонджу подавала им чай и закуски в гостиной, когда они начали говорить с четырёхлетним сыном Второй Сестры о его новой тёте. Мальчик начал бахвалиться познаниями и скакал вокруг, показывая на Сонджу:

 Ё Сонджу. Ё Сонджу. Её зовут Ё Сонджу!

Когда свекровь отругала его за то, что он называет её по имени, Сонджу пояснила:

 Я сама сказала ему, как меня зовут.

Вторая Сестра, должно быть, услышала, как ругают её сына, и прибежала с кухни. Она попыталась отвлечь его, но он всё не останавливался, пока свекровь не схватила его и не шлёпнула два раза по попе.

 Маленький грубиян,  сказала она.  Ты прекрасно знаешь, что тебе нельзя называть взрослых по имени.

Чхулджин заплакал, и служанка вывела его через ворота.

Когда старейшины ушли, Вторая Сестра проследовала за Сонджу в комнату и сказала:

 Прошу прощения за поведение моего сына.

Сонджу улыбнулась.

 На самом деле было даже приятно вспомнить о временах, когда меня называли по имени.

 Ты скучаешь по дому, да?  спросила Вторая Сестра с сочувствием.  Я навещала свою семью только однажды. Отца арестовали за разногласия с местным японским чиновником,  она наклонила голову на мгновение, прежде чем продолжить.  Вероятно, я ещё не скоро увижу семью. Даже свекровь никогда при мне не навещала родных. А Первая Сестра и вовсе никогда не покидала Маари.

Помедлив, с неубедительной улыбкой она добавила:

 Но какой замужней женщине вообще удаётся часто посещать отчий дом?

Сонджу, впрочем, подумала про себя, что так даже лучше, если ей не позволят навещать семью. Родители всё равно уже бросили её, разве нет? Ненависть к матери вспыхнула с новой силой. Затем она вспомнила, как мать касалась своей нефритовой заколки в определённые моменты жизни, и сердце Сонджу смягчилось.

Сонджу было пятнадцать, когда во время празднования шестидесятилетнего юбилея её дедушки какая-то женщина утянула её в укромную комнату со словами:

 Идём. В такой толпе никто не заметит, что нас нет. Я твоя тётя.

Сонджу никогда не слышала ни о какой тёте.

 Вы сестра моей матери?  спросила она.

Женщина закрыла дверь изнутри и кивнула:

 Да. Посиди со мной немного. Ты так похожа на свою мать Когда-то мы с ней были близки.

Сонджу взглянула на эту женщину с добрым взглядом и мягким голосом. Она не казалась величественной, как её мать, но всё ещё была элегантна.

 Когда твоей матушке было семнадцать,  начала её тетя,  она должна была выйти замуж за человека из влиятельной семьи, связанной родством с императорским домом. За месяц до свадьбы до её суженого дошёл слух, что я бесплодна. Поскольку он был последним представителем династии, ему требовалась женщина, которая произвела бы на свет много наследников.