Всего за 200 руб. Купить полную версию
Вновь я посмотрел внутрь существа, Игорь достаточно резво, но осторожно выделял желудок из общей массы плоти. Уже сейчас можно было осмотреть его очертания. Он был крупным и состоял из нескольких отсеков, а если быть точным, то из трёх: одного крупного и двух поменьше, расположенных выше первого. Непонятно зачем ему была нужна такая структура, но я начинал догадываться. Игорь заканчивал, и мои догадки оправдались. Это можно было назвать достаточно обычным желудком, если бы не одно «но»: он был слепым. Он не переходил в кишечник. Значит, еда выходила оттуда же, откуда и поступала. Это вполне объясняло многокамерность желудка, такое строение помогало новопоступившей пище не смешиваться с уже полупереваренной, ведь она, похоже, перемещалась в малые камеры. И я теперь с большей уверенностью могу сказать, что утолщения кровеносного слоя на шее являются фильтрующими органами. Ведь пищевод для этих организмов ещё и кишечник, в котором всасываются остатки питательных веществ. На это указывают мышцы-сфинктеры, которые разделяют пищевод на камеры. Но в кишечнике могут всасываться и различные нежелательные вещества, которые сразу же отфильтровываются из крови этими органами. Это же очень удобно.
Мы решили полностью достать желудок, чтобы досконально изучить его строение. Эту кропотливую задачу мы выполнили достаточно резво. Немного больше времени ушло на отделение пищеварительных желёз, которых тоже было три: по одной на каждый отсек. Железа главного отсека была крупная, размером с небольшой банан, она имела такую же вытянутую форму, коричневатый оттенок и состояла как будто из двух половинок. Железы верхних отсеков были намного меньше, как крупные виноградины и имели зеленоватый оттенок. С виду они походили на желчные пузыри, но имели совсем другую структуру. Наконец, мы закончили. Мы отделили желудок от тканей и пищевода, вытащили его и решили посмотреть на его внутреннюю структуру. Он был достаточно тяжёлым, было ясно, что он наполнен, поэтому мы приготовились к не самому приятному зрелищу. И оно не заставило нас долго ждать. Когда Игорь сделал надрез в главной камере, из неё просочилась отвратительная гелеобразная зеленоватая жижа. В нос ударил запах аммиака, до этого он тоже ощущался, но слабо, а сейчас даже думать страшно, какой смрад ждал бы нас, если бы мы не надели маски. Собрав в лоток это месиво, мы полностью разрезали желудок. Его внутренняя стенка была морщиниста и не было видно никаких ворсинок или чешуек. Мы разрезали малые камеры и они, на счастье, оказались пусты. По структуре они никак не отличались от главной камеры. Закончив с желудком, мы пошли дальше.
Дальше меня интересовало строение дыхательной системы. И долго понимать, что есть, не пришлось. Лёгкое было огромное. Да, именно лёгкое, оно было одно, и оба дыхальца вели в него. Оно занимало почти всё пространство под позвоночным столбом. При учёте, что существо было размером с крупную собаку, лёгкое у него было, примерно, как у человека. Внутреннее строение его было достаточно интересным: почти всё пространство лёгкого занимала губчатая ткань с большим количеством кровеносных сосудов. Это было понятно, ведь стоило её повредить, и из неё сразу же хлынула кровь. С двух сторон эту ткань окружали полностью полые камеры, на конце, где располагались дыхальца, и на противоположном конце. Причём отличалась не только внутренняя структура лёгких. Ткань, которая составляла лёгочную оболочку, была намного более эластична вокруг полой камеры с внутреннего конца лёгкого. К тому же там к лёгкому крепились мышцы, с помощью которых, судя по всему, и накачивался воздух, а полая камера выступала как меха, прогоняющие воздух сквозь губчатую ткань с кровеносными сосудами.
Кстати, о сосудах. Пока мы с Игорем копались во внутреннем мире существа, нам не попалось нечего похожего на сердце. Но сейчас, когда мы разобрали лёгкое, нашлась зацепка: крупные сосуды, которые выходили из лёгкого. Их было целых три! И это только с одной стороны, а, учитывая невероятную симметрию этого существа, можно закономерно предположить, что есть таких же три сосуда с другой стороны. И эти сосуды совершенно разрознены: наиболее крупный входит в лёгкое со стороны хвоста, другой, поменьше, отходит в сторону и немного вперёд, третий самый маленький идёт прямо в сторону шеи, нельзя не быть уверенным, что с помощью него кровью снабжается мозг.
И вот дело дошло до мозга. Нужно было вскрыть черепную коробку существа, чтобы увидеть этот удивительный орган, и убедиться, что он там вообще есть. Я захотел сделать это лично. Игорь не стал возражать. Я взял пилу, подошёл к его голове и с удивлением заметил, что верхняя челюсть существа обвисла, также, как и нижняя. Я проверил рукой и действительно: верхняя челюсть двигалась также, как и нижняя, они смыкались и размыкались, как створки капкана. Это удивительная особенность, на которую я почему-то не обратил внимания, когда снимал шкуру. И хорошо, что я сделал это сейчас. Ведь нужно было отпилить эту челюсть, точнее, теперь её можно было отрезать, раз держалась она на суставах. Сделав это, я всё же решил приступить к вскрытию черепной коробки. Сначала я пропилил сбоку, вдоль ротовой полости. Затем уже я начал пилить верхнюю часть черепа, как только я немного углубился и прошёлся, из разреза потекла бледно-розовая жидкость и завоняло так же, как и когда мы вскрывали грудную клетку. Последним делом я отпилил череп от позвоночного столба. И на срезе увидел, как те два сосуда, которые, как я и предполагал, несли кровь от лёгкого к мозгу, так и некое круглое образование, расположенное сразу под позвоночным столбом и состоящее из желтовато серой ткани. Это был спиной мозг этого существа ясно как день. И вот я наконец-то открыл череп и увидел обычный мозг. Да, самый обычный мозг, почти не отличающийся от тех, что я видел, когда проходил обучение. Желтовато-серый, без извилин, занимающий почти всё пространство своей камеры и состоящий из нескольких долей: из трёх, пока что различимых, и одной, что переходила в спинной мозг. Это выглядело замечательно, но в тоже время слегка грустно и скучно.
После небольшого разочарования оставался один последний вопрос: как это существо размножается? Не было понятно, кто это: самец, самка, может, вообще гермафродит. И раз у него нет анального отверстия, как происходит процесс оплодотворения: не через дыхальца же? Вернувшись к вскрытому телу, я попытался найти что-нибудь, Игорь тоже помогал, и он то и обнаружил ещё один орган непонятного назначения, он представлял собой некое образование, напоминавшее гроздь винограда. Он был парным и располагался в задней нижней части тела. Назначение его было неясным, но можно было сказать одно: это была железа с наружными протоками. И могу поспорить, что это и был искомый орган размножения. Вопрос лишь в том, как он функционировал? Но это нам предстояло узнать позже. Наша с Игорем миссия была окончена, мы изучили это существо и желали лишь отдохнуть.
Пока мы осторожно снимали с себя испачканные в крови вещи, а все остальные убирали оставшийся беспорядок и брали образцы тканей, я в последний раз взглянул на существо. Ещё совсем недавно это был живой организм, а теперь, не без нашей помощи, это было уже просто тело, месиво тканей, органов и жидкостей. Теперь мы знаем об этих организмах многое, больше, чем могли до этого себе представить, но сколько открытий ждёт нас впереди? Надеюсь, Авроре больше не придётся платить такую большую цену.