Всего за 49.9 руб. Купить полную версию
Он подчеркивает, что «экономические мотивы и идеалы прежних поколений более не удовлетворяют нас; мы должны найти новый путь. И нам снова приходится ощущать недомогание, связанное с муками рождения нового индустриального порядка.
Другой полюс состояния хозяйственной жизни дает взгляд на Россию, Турцию, Венгрию и Австрию, где самые страшные бедствия, голод, холод, болезни, война, убийства и анархия свирепствует во всей силе, представляя из себя характер несчастий, против дальнейшего распространения которых следует искать средства, если только такие существуют.
Переходя к своим предложениям Кейнс горько констатирует, что в Париже политики упустили удобный случай для смягчения ситуации, который давали шесть месяцев после перемирия, и теперь «ничто уже не может исправить сделанное там зло». [Имеется ввиду именно «Мирный Версальский договор», который, по факту, явился не первым актом мира, а последним актом войны.] «Общество неизбежно должно подвергнуться большим лишениям и большему риску Все, что можно сделать это по возможности дать иное направление основным экономическим тенденциям, составляющим подоснову ежедневных событий, и таким образом содействовать восстановлению благосостояния и порядка, вместо того чтобы все глубже повергать нас в несчастье» [1, c. 44]
Людям, которые [как и он сам] думают, что Версальский мир не может войти в жизнь [то есть мертво рожден], через несколько месяцев после его подписания, Кейнс предложил обсудить программу, состоящую из четырех пунктов:
Пересмотр мирного договора.
Погашение взаимной задолженности союзников.
Интернациональный заем и реформа денежной системы.
Отношение Центральной Европы к России.
1.1. Пересмотр мирного договора. [ 7.1. книги 1 ]
Приступая к изложению системы необходимых корректировок, Кейнс предоставляет слово американскому Президенту Вильсону и английскому генералу Смэтсу, как главным творцам новой международной организации безопасности Лиги Наций, которые верят, что образовании Лиги Наций компенсирует многие недостатки других частей договора и подчеркивали, что цивилизация должна ожидать от Лиги постепенного улучшения условий жизни Европы.
Подписывая договор, генерал Смэтс
2
[ 2 Ян Христиан Смэтс (1870-1950) неординарная личность, военный и политический деятель Южно-Африканского Союза, в молодости активный участник англо-бурской войны (1899-1902) в Трансваале, командовал крупным партизанским отрядом буров, активно участвовал в процессе объединения южноафриканских колоний в Южно-Африканского Союз и в получении им статуса доминиона. Во время 1-й Мировой войны был военным министром ЮАС и руководил захватом германской Намибии; после командовал Британскими экспедиционными силами в Северо-Восточной Африке. На Парижской конференции был одним из представителей Британской имперской периферии, оказался вовлечен в "большую" политику и сумел добиться признания и высокой оценки своих заслуг на широком поле военной, административной и дипломатической деятельности. Включился в теоретическую разработку и практическое воплощение идеи создания международной организации безопасности. На него была возложена задача по разработке устава Лиги Наций, предложил мандатную систему.
Позднее дважды (с 1919 по 1924 и с 1939 по 1948 годы) был премьер-министром ЮАС.
Занимался исследованиями флоры Южной Африки. Стал одним из создателей оригинальной философской системы холизма.
Выступил пропагандистом создания Организации Объединенных Наций, и был автором преамбулы к уставу ООН.
В итоге Ян Смэтс оказался единственным человеком, который утверждал уставы Лиги Наций и ООН. Кроме этого, он был единственным человеком, который принимал участие в подписании мирных договоров, которые заканчивали Первую и Вторую мировые войны.]
Говоря о возможности пересмотра мирного договора Кейнс отмечает, что такая возможность, в принципе, имеется, и ее создает учредительный Договор Лиги Наций.
Статья XIX устава Лиги Наций гласит, что «время от времени собрание может рекомендовать пересмотр членам Лиги тех договоров, которые сделались неприемлемыми, и рассмотрение международных отношений, продолжение которых могло бы представлять опасность для общего мира.»
Однако статья V договора предусматривает, что «за исключением случаев, специально оговоренных в данном договоре, решения всех заседаний Собрания и Совета, требует согласия всех членов Лиги, представленных на таком заседании.»
Кейнс, иронизируя, подчеркивает, «не превращает ли это постановление Лигу в учреждение для потери времени во всем, что касается пересмотра какой-либо статьи мирного договора?»
Тем не менее Кейнс призывает осуществить усилия по пересмотру условий договора «через посредство Лиги Наций в надежде, что сила общего мнения сможет заставить строптивое меньшинство отказаться от использования его права вето.»
«Хотя в Версальском Мирном договоре «имеются много частных определений, которые делают его неприемлемым», главным, по мнению Кейнса, является вопрос о репарациях: «Если сумма, требуемая для репараций меньше той, на которую союзники имеют право с силу строгого истолкования условий мирного договора, то излишне перечислять отдельные ее статьи или приводить объяснение относительно ее отдельных составных частей».
Кейнс предложил ограничить репарации с Германии суммой в 2000 миллионов фунтов стерлингов, что немного, но зато реалистично и вдвое больше репараций Франции Германии после франко-германской войны 1871, пленения Луи Наполеона и Парижской коммуны. Кейнс не питал иллюзий относительно гибкости консервативных правительств, действия которых сначала привели к войне, а затем допустили принятия такого малоприемлемого «Мирного» договора. Он рассчитывал на смену правительств и на то, что «новые правительства в главных союзных странах обнаружат более глубокую мудрость и большее великодушие, чем их предшественники».
[Следует напомнить представленные во введении суммы репарационных требований с Германии, рассматриваемые на Парижской конференции. Первоначально французы затребовали 44 млрд золотых довоенных фунтов (220 млрд золотых долларов), британцы 24 млрд фунтов, а американцы 4,4. После признания необходимости учета только прямого нанесенного ущерба от принесенных разрушений, объем требований стал составлять 8-9,4 млрд фунтов стерлингов. В итоге в 1921 специальная комиссия установила объем репарационных платежей в сумме 132 миллиарда марок, что составляло около 6,6 миллиарда фунтов стерлингов или 33 миллиарда долларов. Причем в итоговой цифре платежей были включены и погашения дополнительных займов, предоставленных Веймарской республике. По факту, собственно репарационные платежи были существенно меньше и оказались близки «цифре Кейнса».]
«Выданные Германией военный и коммерческий флот и подводные кабели, выданные ей согласно условиям перемирия военные материалы, государственная собственность на уступленных ею территориях», оценены в 500 миллионов фунтов.
Оставшаяся сумма в 1500 млн. фунтов не должна приносить процентов и должна гасится в течение 30 лет по 50 млн. фунтов ежегодно. Репарационная комиссия должна стать подконтрольной Лиге Наций. Исключаются всякие попытки получить возмещение убытков от Австралии. Союзники должны отказаться от своих притязаний на уголь, представленный в дополнении 5 к Мирному договору, но требование Германии возместить Франции ее потери угля вследствие разрушения копей должны остаться в силе. Относительно Саарского бассейна временная уступка его не заносится в счет уплаты Германии, которая получит и копи и территорию назад через 10 лет. Однако взамен Франция должна взять на себя обязательство поставлять половину от того количества лотарингского железа, которое ввозилось из бассейна в Германию до войны. Уже учрежденная Угольная комиссия должна войти в структуру Лиги Наций, расширив ее состав за счет представителей Германии, государств Центральной и Восточной Европы, а также нейтральных северных государств и Швейцарии. Должен быть организован свободный торговый союз под покровительством Лиги Наций при отсутствии протекционистских пошлин.