Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Боря нагнулся над лайнером:
Кого это ты?
Не мешай старту! сказал Андрей.
Запускаю. Вова опять заглянул в бумажку, что-то сделал кончиками пальцев в носу корабля, задвинул планочку-крышечку и отошел.
Ты что там прочитал? спросил Стасик.
Там Гена написал мне, что и как чтобы техника сработала Разве упомнишь все? Вова спрятал бумажку в карман и быстро сказал: Через три секунды взлет!
Лайнер вдруг пустил тугую струйку дыма, в нем что-то стукнуло, зарокотало, раздался жаркий протяжный свист, и под возгласы ребят он легко побежал по тротуару, по расчерченным мелом «классам», по грязным следам каблуков, потом оторвался и плавно взмыл в воздух.
Вспыхнул, как зеркало, на вираже и понесся над обширным двором и спортплощадкой, набирая высоту. За ним стлался прозрачный след.
Вот он уже выше тополей, вот он перелетел территорию школы и понесся над проезжей улицей с троллейбусами и грузовиками.
Ребята, задрав головы, следили за ним.
И молчали.
От радости. От восхищения.
На дворе стало тихо-тихо.
Пропал! сказал Боря. А какой был лайнер!
Вернется, спокойно ответил Вова. Только освободите посадочную полосу, а то у него допуск точности два метра.
Ребята отхлынули в сторону и освободили такое пространство, что, наверно, мог бы сесть и настоящий самолет. «Ведь врет же, врет! подумал Боря. Или он волшебный? Или там, как и в подводной лодке, сидят малюсенькие человечки? Ведь врет же»
Вот лайнер исчез из виду.
Боря вдруг почувствовал странное облегчение: улетел Никому теперь не достанется. Не так обидно. Как бы он завидовал Глебу, если б тот получил и лайнер!..
Ребята не спускали с неба глаз, а Боря, сунув руки в карманы, стал расхаживать по двору, по первой мягкой травке.
Летит, летит! закричала вдруг Наташка, запрыгала, и по глазам Бори полоснуло пламя ее пальтеца.
Он вскинул голову.
С другой стороны, совсем не оттуда, куда смотрели ребята, появился лайнер: легко, с жарким свистом скользил он в яркой синеве неба.
Вернулся
Из-под ладони, чтоб не мешало солнце, следил Боря за полетом.
Вот лайнер почти над ними. Метрах в двадцати. И здесь случилось что-то странное: в лайнере вдруг откинулись носовой и фюзеляжный отсеки, откинулись ровно на секунду, чтоб с силой выстрелить вверх какими-то темными комочками, и снова закрылись. А темные комочки вдруг превратились в разноцветные парашютики.
Под куполами на тоненьких стропах раскачивались человечки, ветер нес их чуть в сторону. Ребята с криком бросились ловить их.
Бросился и Боря.
Катапультой? спросил Андрей. Здорово придумано!
Боря, не дожидаясь, пока парашютисты спустятся, стал прыгать и на лету хватать их одного, второго, третьего. Толкнул плечом Наташку будет знать! и перехватил четвертого, летевшего в ее ладони человечка.
А когда все парашютисты были расхватаны, лайнер уже стоял на тротуаре и над ним таял прозрачный дымок.
Ничего, сказал Андрей, честное слово, ничего! Ох и Геннадий у тебя!
Он не считает эту модель очень удачной, пояснил Вова. Он хотел отработать полную безопасность при полете. В каждом кресле личная катапульта.
Вова нагнулся, открыл в фюзеляже дверцу, и на его ладонь выбежали три синевато-черных жучка.
«Так вон оно что, понял Боря. Без жучков ты не мог!»
Живы, молодцы! Вова потрогал упругие усики, улыбнулся и, оглядев жучков со всех сторон, подбросил их вверх.
Жучки раскрыли крылья и улетели.
«Эх ты, собаковод, ежиковод, жучковод! подумал Боря. Далеко ж тебе до брата!» И все-таки Вова был ничего мальчонка и к Боре относился лучше других; ну, не так, как Наташка, но, в общем, хорошо.
Боря успел схватить шестерых парашютистов маленьких, тяжеленьких, вроде бы из свинца, человечков. За спинами у них были прикреплены раскрытые зеленые ранцы, в них-то и были парашюты. Сшитые из тончайшей шелковистой ткани, они приятно скрипели в пальцах. А если спрятать одного? И не успел Боря до конца додумать, надо ли это делать, как быстро скомкал в руке один парашютик, отвернулся от ребят и вместе с человечком незаметно сунул в карман.
У него не будет, никогда не будет этого лайнера, но парашютист все-таки останется. Не так обидно хоть
Давайте их сюда, сказал Андрей и стал собирать парашютистов, подсчитывая: Одиннадцать Четырнадцать У кого пятнадцатый? У кого?
Боря молчал. Кровь прилила к его щекам. Что делать? Отдать? Выбросить? Признаться? Нет, теперь нельзя Еще хуже будет
Может, куда-нибудь завалился? спросила Наташка.
Ребята бросились искать парашютиста.
Не у тебя? Андрей посмотрел на Борю.
У меня. Где ж еще? ответил Боря и сам удивился своей дерзости и находчивости.
Глава 5
Клятва
Андрей понял не у него, и Боря почувствовал себя еще увереннее. Куда делась его робость? Он не узнавал себя. Вдруг он вспомнил про Глеба и тут же отыскал его глазами. Глеб стоял, прислонившись к кирпичной стене школы, еще более грустный и кислый. И не скажешь, что утром звонил он ему и так бодро говорил про кинокамеру фильмы снимать будет!
Огорчается, что лайнер не его? Хитрости не хватает на этот раз?
Борю прямо распирало от уверенности. Он подошел к Глебу:
Ну как лайнер? Так себе?
Уйди, сдавленно сказал Глеб, и одно веко у него заморгало.
Боря даже чуть испугался:
Ты что?
Отстань.
Воображает, гонит! Боря из-за него столько мук терпит, а ему хоть бы хны
«А что, если самому вдруг подумал Боря, самому добыть этот лайнер? Нет, не получится Но ведь он не пробовал! Надо же когда-нибудь решиться превозмочь себя!»
Ты ты хотел бы иметь такой? шепотом спросил он у Глеба.
Стукну, выдавил Глеб.
«Конечно, хотел бы!» подумал Боря и отошел от Глеба: он и в самом деле мог запросто и почище Андрея двинуть кулаком в челюсть или в живот; он не разбирался куда. Только Андрей дрался редко, и при всех, и взрывался, как бомба, а Глеб спокойно, исподтишка. Этого не знали в классе, а Боря сам видел, как однажды Глеб колотил за что-то в подворотне своего дома одного мальчонку.
Глеб и раньше, до случая с лодкой, ни с кем не дружил, а теперь и подавно. Ходил в школу и домой один и за партой сидел в полном одиночестве, и это не тяготило его. Ну ни капельки! И какой злющий! И наверно, глаза у него всегда прищурены, чтоб получше скрыть злость: в открытых глазах она всем видна, а попробуй разгляди ее сквозь щелки!
Но Боря не должен его бояться.
А хочешь, я получу его? сказал Боря, и в голове его неожиданно созрел план того, что он должен сделать, когда добудет лайнер. Лайнера еще не было, а план уже был!
Глеб промолчал.
Хочешь? повторил Боря и увидел, как в узких щелках Глеба забился острый блеск.
Ты? Глеб презрительно смерил его глазами.
И тут Боря понял: он сделает то, что решил!
Я, сказал Боря, и его вдруг понесло. Я получу лайнер, если ты мне отдашь за него знаешь что?
Что? надменно спросил Глеб. Но Борю это уже не смутило: он теперь знал, как с Глебом говорить и что от него требовать.
Подводную лодку! Отдашь или нет?
Глеб молчал и не смотрел на него. Он смотрел, как Вова быстро складывает парашютики и всовывает в крошечные ранцы за спиной человечков.
Отдам, сказал Глеб, не оборачиваясь.
Точно?
Да, подтвердил Глеб, сдаваясь.
Да-да, он сдался. Он почти сдался ему!
Кто думал, что так получится? Прекрасно!
Боря где-то читал: бывают такие минуты, когда человек решает по-другому повернуть свою жизнь. Такая минута для него настала! Он вдруг понял причину всех неудач и горестей: слишком мягкий, робкий, податливый у него характер.
Хватит быть сопляком! Хватит унижаться перед всеми! Они привыкли, что он робок и трусоват? Он будет другим. Главное ничего не бояться. Надо обмануть? Обманывай. Надо хитрить? Хитри!
Хватит бояться! Хватит дрожать!
И они будут уважать его, остерегаться. Пальцем показывать будут: вон Боря прошел, Боря Крутиков Ему все трын-трава!