Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Но как потом обрушились на Глеба ребята: это же, кричали они, сплошной обман и надувательство!..
К тому же оказалось, что попугай больной: через несколько дней он умер. Никто в классе не разговаривал с Глебом, и до сих пор многие не замечают его, а те, кто замечает, называют не Глебом, а Попугаем, а Андрей еще хлестче Попкой-дураком.
Боря тоже хотел поссориться с Глебом, и поссорился бы, но в последнюю минуту опомнился: тогда ведь и лодку он больше не увидит, и ничего другого.
Пришлось не ссориться.
И до истории с лодкой не мог он обойтись без Глеба. Чего только не было у того! Папа Глеба работал в огромном универмаге, мог достать любую вещь и, наверно, поэтому ходил, важно выпятив грудь и сильно выдающийся живот, и у Глеба будет такой! А важность у него уже была. И был он, как и папа, очень бодр и носил на руке плоские, изящные, очень точные часики и то и дело особенно при людях поглядывал на них. Он с удовольствием показывал Боре свои новые вещи, но голос у него чуть терял бодрость, когда Боря подкатывался к нему:
Дай покататься на гоночном Не сломаю ведь!
Сейчас не могу, отвечал Глеб.
Как-то Боре понадобилась масляная краска подкрасить торпедный катер, а у Глеба был целый фанерный ящик с тюбиками, и Боря попросил:
Мне чуть-чуть выдавить, незаметно будет.
А если потом не хватит на картину?
Еще останется! И ты ведь никогда не рисуешь.
А если вдруг захочу?
Боря замолчал. Ведь совсем немножко было надо
У Глеба еще была уйма «конструкторов», три фотоаппарата новейших систем и в больших зеленых альбомах лучшая в школе коллекция марок английских и французских колоний; и еще был у него маленький, но очень сильный телескоп, и однажды вечером он направил его на Луну и разрешил Боре посмотреть в окуляр. И Боря увидел совсем рядом темные пятна лунных морей, пики гор и хребты
Ой! крикнул вдруг Боря и подпрыгнул от изумления. Там космический корабль! Прилунился!
Муха села на линзу. Сгони, сказал Глеб и громко зевнул.
И оказался прав. Боря прогнал муху и стал бродить глазами по Луне, потом перебросился на звезды, а рядом с ним нетерпеливо сопел Глеб.
Посмотрел, и хватит, сказал он минуты через три и стал закрывать особыми крышечками оба края трубы. Хватит пылиться оптике Луна пустяки! Посмотрел бы ты на Марс
Он тоже виден? И каналы? И полюсы?
Запросто. Скоро, между прочим, великое противостояние, отлично будет виден.
Глебочка, хороший Будь другом, покажи!
Там посмотрим Я тебе позвоню тогда.
Ну спасибо Только не забудь! Не забудешь?
Нет. Ну хватит на сегодня, укатывай.
И Боря ушел, а мог бы до ночи проторчать у Глеба. Потом Боря каждый день спрашивал у него в школе: «Скоро позвонишь?» «Скоро» И Боря целый месяц подбегал на каждый звонок к телефону, даже с мылом на лице.
И однажды Глеб бросил в трубку: «Приходи». И Боря понесся как угорелый к нему, чтобы увидеть этот самый знаменитый красноватый Марс, планету бога войны. Позвонил в дверь, а мама его очень вежливо сказала: «А Глеб только что ушел с папой в гости» Боря опешил: «А как же Марс? Он ведь сам позвал!» «Глебик у нас забывчивый Успокойся, есть от чего расстраиваться!..» И закрыла дверь.
Несколько дней Боря не смотрел на Глеба в классе, потом снова потянуло к нему. И Глеб опять с большой охотой рассказывал про свои марки и даже подарил несколько штук, правда с оторванными уголками и дырочками. А потом Глеб выменял лодку, и Боря один остался верен ему и снова зачастил в их дом. Но чего ни делал Боря, как ни смотрел в глаза Глебу, тот не показал лодку. Ни разу. А когда Боря неосторожно заикнулся, не обменяет ли он лодку на всю его боевую технику, Глеб засмеялся:
И тебя в придачу не возьму!
Но ты ведь ее не пускаешь! в отчаянии крикнул Боря. Не нужна она тебе!
А ты откуда знаешь? Глеб в упор посмотрел на него своими узкими глазами, и Боря словно впервые увидел, какой он сильный и толстый. И отступил.
Я Я думал Мне казалось Я хотел
Договоримся, прервал его Глеб, чтоб о лодке больше ни слова.
«Почему?» хотел было спросить Боря, но побоялся.
Да, один Боря не поссорился с ним, а надо было! Он один не называл его Попкой-дураком, а надо было! Он бегал к нему домой, рассказывал, что задали на дом, если тот болел, стойко сносил презрение класса, даже заступался за него перед ребятами, а Глебу Глебу на все наплевать!
Глава 3
Зеленые глазищи
Боря едва дотерпел до конца урока. Он старался не пялить глаза на Вовину парту. Он искоса поглядывал в сторону Глеба не увидел ли он эту коробку? Чего доброго, опять выменяет на что-нибудь, а потом и не покажет!
Этого нельзя допустить. Этому надо помешать.
Но как?
Одно знал Боря: действовать надо осторожно.
Рядом с Вовой сидела та самая Наташка, из-за которой он теперь не пойдет в аэропорт. Она была худая и носатая, с челочкой на лбу и громадными зелеными глазищами. Она и раньше, до случая с лодкой, всегда вертелась возле Бори, а теперь еще больше, и давала советы, что он должен делать и чего не должен, вздыхала, когда он получал двойки, и прямо как бешеная набрасывалась на ребят, если они задевали Борю Кто ее просил? Она чуть не каждую неделю звонила ему и предлагала новую книжку.
Что ей надо от него? А неделю назад Это просто ужасно, что случилось неделю назад! Было собрание, и она кричала, что Борю надо включить в сборную: он любого обгонит в школе и только стесняется выставлять свои способности. Девчонки хихикали, мальчишки иронически молчали. Боря закрывал от ужаса глаза и был бы рад провалиться вместе с партой сквозь пол. А она все разорялась, все кричала про него. И ее слушали! Ее всегда почему-то слушал класс, какую бы ахинею она ни несла! И когда вышла Марья Васильевна, как-то получилось так, что он вскочил с места, и съездил Наташке по щеке даже рука заныла, и бросился бегом из класса.
Класс за его спиной прямо взорвался весь. Ох как Боря испугался, что так получилось! Ну, подножки ей ставил, и за косы дергал, и подзатыльники отпускал, но чтоб так Вечером Глеб сообщил ему по телефону, что Наташка почти не ревела и сказала, что сама знает, что ему сделать за это.
Однако до сих пор Боря не знал, что это она такое знает. Он и потом переживал, что стукнул ее, а на третий день вскочил в лифт, а там она, ну и слегка улыбнулся ей ну самую малость, и она улыбнулась, и совсем не слегка, и они снова стали разговаривать.
А теперь Андрей требовал извинений, и Боря опять рассердился на нее.
Но сегодня Наташка позарез нужна была ему.
Прозвенел звонок, и Боря подозвал ее.
Наташка подбежала, обрадованная, что понадобилась зачем-то, и уставилась на него в упор своими глазищами. Ну просто фары, а не глаза! И были б серые или голубые, а то ведь зеленющие. Как у русалки. И веселые. Боря не любил, когда она смотрела на него так, да еще при всех. Он и сейчас хотел по привычке отвернуться, да ведь был срочный разговор.
Он отвел ее в угол и шепотом спросил:
Что это Цыплёнок приволок в класс?
Вовка? Не знаю А что?
Да если б знал, не спрашивал бы!
Ну тогда я спрошу у него.
Только чтоб никто не слышал.
Почему? У Наташки удивленно приоткрылся рот.
Ну какая она не понимает самых простых вещей! И Боря решил не унижаться до объяснений и отрезал:
Потому.
И отошел в сторонку. И стал наблюдать, как Наташка тут же бросилась к Вове и чуть не на весь класс заорала: «Что это ты притащил?» Боря поежился: ну хоть капельку бы хитрости ей! И он-то не слишком хитер, куда ему до Глеба, но она Одно в ней ничего: не мстит за подзатыльники, и возле нее всегда кажешься самому себе сильным и удачливым.
Ничего особенного, ответил Вова.
А что неособенное? не отступала Наташка, и Боря уже ругал себя, что попросил ее.
Лайнер, сказал Вова и уточнил: Воздушный
Тоже Геннадий сделал?
Тоже.
Боря похолодел: не обмануло его предчувствие Ух, наверно, и штуку принес!