Каллихан Кристен - Сладкий лжец стр 8.

 Вам плохо?  задал я очевидный вопрос.

Она еще больше побледнела, на гладкой коже выступил пот.

 Это так глупо

 Вовсе нет. Такое случается.

Черты ее прекрасного лица напряглись.

 Я думала, если остановимся, то это поможет, но  Она заставила себя посмотреть на меня.  Вы не будете возражать, если я ненадолго сяду за руль?

Ее тонкие пальцы сцепились вместе. Боже, да мы просто парочка неудачников. Я вести машину не в состоянии, а ей это нужно, и она предлагает

 Ладно,  умудрился выдавить я.  Конечно, если вам это необходимо.

Выражение радости на ее лице заставило нечто в моей груди странно сжаться.

 Спасибо вам огромное.

 Ключ в зажигании,  сказал я, слабо кивнув, а после направился к пассажирской дверце, чтобы сесть.

 Супер. Одну секундочку.  Она подошла к другому пикапу, припаркованному на краю смотровой площадки. В потрепанном садовом кресле рядом с ним сидел пожилой мужчина и продавал бутилированную воду из кулера.

Эмма купила несколько бутылок, взяла в руки и направилась обратно ко мне. Я, кажется, вообразил себе ее бодрую походку, поскольку, когда она встретила мой взгляд, ее тут же будто накрыла волна болезненности. Но она выдержала это, глубоко и судорожно вдохнув, а затем протянула мне ледяные бутылки.

 Вода мне тоже помогает. Возьмите, если хотите.

Вода точно помогла бы. Еще как. Я посмотрел на холодные бутылки у себя на коленях, а затем на Эмму, обходившую пикап. Неужели она сделала это для меня? Я не был уверен. Это раздражало. Нервировало.

Озадаченный, я открыл бутылку для нее и одну для себя, а остальные сунул в большой отсек между сиденьями. Эмма скользнула на водительское сиденье и тут же принялась настраивать все по своему вкусу.

Странно, что и это я нашел сексуальным? Наверное. Но я был слишком измучен, чтобы переживать об этом. Наклонившись ровно настолько, чтобы немного ослабить давление на поясницу, я схватил бутылку и сделал большой глоток. А потом чуть не заплакал от облегчения, когда холодная вода хлынула мне в горло.

 Вы знаете, куда ехать?  спросил я ее, хотя было довольно очевидно, что она знала, в каком направлении мы едем, и я запросто мог указать ей, где повернуть, при необходимости.

Она ответила вопросом:

 Мы ведь направляемся в Монтесито?

 Верно.

Эмма спокойно выехала на дорогу. Как только мы тронулись, она приоткрыла окна, чтобы впустить ветерок, а потом включила кондиционер. Бросив быстрый взгляд в мою сторону, она объяснила:

 Тоже помогает от тошноты, знаете?

Да, я знал.

Я хмыкнул и, спрятав глаза за солнцезащитными очками, закрыл их. Выпив свою порцию воды, позволил свежему воздуху облегчить мое состояние. Эмма тихонько напевала мелодию, и мне потребовалась минута, чтобы понять, что это «Мария» из «Звуков музыки»[18].

По какой-то причине мне захотелось рассмеяться. Не над ней или песней, а потому, что это было так на нее похоже. Вместо этого, пока она спокойно вела машину, я выпил еще воды.

 Вы хороший водитель,  сказал я вдруг.

На ее губах заиграла легкая улыбка.

 А вы сомневались?

 Я так не говорил. Предположил, что вы более-менее опытны, раз предложили повести машину.

 Могла и обмануть,  игриво возразила она.  Может, я просто жутко самоуверенная, но опасно некомпетентная.

 Встречали много таких людей?

В уголках ее глаз появились маленькие морщинки.

 Парочку.

 Хм-м.

Эмма обогнала соседнюю машину.

 Правда в том, что я люблю водить. Особенно на живописных дорогах. В Исландии мы брали напрокат спортивные машины и ездили кататься по сельской местности на выходных.  На ее лице застыло меланхоличное выражение, словно она погрузилась в свои мысли.

 Принцесса Аня была звездой этого сериала.

Ее лицо мгновенно приняло удивленное выражение.

Вот дерьмо.

Затем она повернулась в мою сторону и широко улыбнулась.

 Вы смотрели «Темный замок»?

Двойное дерьмо.

 Хороший сериал. Я смотрел его  в дороге между играми,  иногда.

Самодовольство шло Эмме Марон. Хотя я уже начинал думать, что Эмме идет все.

 Так, значит, вам нравилась Аня, а?

Аня. Не Эмма. Героиня сериала. Героиня, которую я видел голой и Черт подери. Гребаный ад.

Я подтянул ногу немного выше, чтобы скрыть увеличивающийся член. И все же не смог перестать представлять ее голые сиськи. Блин. Я самый худший кобель на свете.

 Она мне больше нравилась с головой,  пробормотал я, заслужив мелодичный смех Эммы.

 Да, мне тоже.  Эмма сказала это с улыбкой, но вскоре она исчезла, и я понял, что задел ее за живое.  Амалия рассказала, да?

 Я поклялся хранить тайну. Не то чтобы мне есть кому разболтать

Казалось, это ее успокоило. Но тут тонкие плечи Эммы поникли.

 Скоро это станет известно всем. В весьма захватывающем финале сезона.

Через шесть месяцев.

 Ты знала? Что тебе

 Отрубят голову топором?  спросила она, шевельнув бровями.

Мне стало не до смеха.

 Да, это.

Шоу печально славилось тем, что скрывало повороты сюжета не только от фанатов, но и от актеров.

 Нет,  ответила она уже серьезно.  Нет, пока не ознакомилась со сценарием во время читки.

Я узнал этот тон горькая боль, смешанная с замешательством. Будто она задавалась вопросом: «Неужели гребаный кошмар, что случился со мной,  это правда?» Мне это было слишком хорошо знакомо.

Они убили ее без предупреждения. На глазах у коллег.

 Это какое-то дерьмо, Эм.

Она помолчала, прежде чем ответить.

 Это точно, Люсьен.

Глава третья

Эмма

После месяцев пребывания в Исландии ехать по Калифорнии оказалось сродни путешествию в другой мир. Солнце, море, горы. Многие береговые линии имели такие же черты. И пусть я жила в Калифорнии лишь часть года, было что-то родное в здешнем свете, золотистом и теплом, в нескончаемом потоке автомобилей, в том, как серферы покачивались в воде, словно пробки, пока не ловили волну.

Я взглянула на воду, и к горлу подступил ком. Пребывание здесь напомнило мне, что Лос-Анджелес ждал, а вместе с ним и все мои страхи и сомнения. Если бы я не нашла роль в ближайшее время, мне пришел бы конец. Проблема состояла в том, что нам не разрешалось сообщать директорам по кастингу, что Аня мертва. Пока не вышел финал. Из-за этого мне пришлось притворяться, будто все хорошо. И вот я якобы взяла перерыв после напряженного графика съемок. Все это было частью плана, если верить Дэну, моему агенту, и Кэрри, моему менеджеру. Миру полагалось думать, что все идет как обычно.

Конечно, это ложь. Когда моя история в «Темном замке» закончилась, в моем хрупком мире появились трещинки. Пришлось поверить Дэну и Кэрри, когда те сказали мне не волноваться и заверили меня, что предложения о новых ролях польются рекой. Только вот, в отличие от моих коллег, мне не предлагали другие роли между сезонами. Я уже начала переживать о том, что окажусь актрисой одной роли.

Смерть карьеры в Голливуде обрушилась на меня так же быстро, как топор на Аню. Если бы стало известно, что я никому не нужна, никто не стал бы предлагать мне работу. Это напоминало какое-то самоисполняющееся роковое пророчество.

Руки, сжавшие руль, стали холодными и липкими. Я вернула свое внимание к дороге. Люсьен сгорбился на своем сиденье. Он прикрыл глаза «авиаторами»[19], но его размеренное дыхание ясно давало понять, что он уснул. Я еще раз украдкой глянула на него и чуть улыбнулась. Даже во сне уголки его рта оставались опущенными, будто он не хотел предаваться покою.

Моя улыбка угасла. Помимо упрямства, было что-то душераздирающее в том, как он не мог полностью расслабиться во сне. Ему больно? В этом дело? Мне хотелось протянуть руку, пройтись по четкой линии челюсти, покрытой щетиной. Но он не был моим, и я бы выставила себя сумасшедшей.

Поэтому я просто вела машину. Довольно скоро мы отклонились от пути рядом с водой. Шоссе окружали повороты, промышленные парки и торговые центры. Мне было известно, что мы едем в Монтесито, но я не знала точного места. Когда мы приблизились к выезду, я свернула и заехала в ресторан быстрого питания.