Всего за 94.9 руб. Купить полную версию
Можно также предположить, что небольшие монашеские общины, существовавшие недалеко от сел Оржевка и Рамза (бассейн Вороны) в XVIII в. могли возникнуть еще в бытность Червленого Яра, а Карандеевская икона Божией Матери является одной из святынь этой загадочной православной страны, существовавшей между Русью и Ордой.
Начиная с XVI в. русские люди стали заново осваивать территории в бассейне р. Цны. И первопоселенцами в этих лесных местах были монахи. Известно, что в Шацком уезде Свято-Никольский Чернеев мужского монастырь был основан старцем Матфеем в лесу на Мамышевой поляне в 1573 г. (первое письменное упоминание). Старец Матфей основал монастырь на Мамышевой поляне, где уже сто лет стояла ветхая церковь свт. Николая. Т. е. христианство в эти края проникло как минимум в XV в. (Шацк, ставшей центром новой колонизации основан в 1552 г.)
Несколько позже было основано еще несколько монастырей: Сергеевская Проломская пустынь, Вышенская Успенская пустынь, Мамонтовская и Троицкая пустыни. Все они располагались недалеко от рек среди дремучих лесов, и с самого своего основания, вели миссионерскую работу, просвещая языческую мордву. Сам старец Матфей крестил 20 мордовских семей. Но кроме этого монахи были и колонизаторами, так как вокруг монастырей, на монастырских землях селились крестьяне и таким образом появлялись новые села: Мамонтово, Отъяссы, Троицкая Дубрава, Ново Чернеево и др.
В XVII в. тамбовские пределы входили в состав Рязанской епархии и управлялись рязанскими епископами. Наиболее яркой фигурой этого времени был архиепископ рязанский Мисаил, который прославился как замечательный проповедник христианства среди мордвы. Он лично посещал мордовские деревни, рассказывал о христианской вере и крестил почти 4000 человек. В 1656 г. владыка отправился в свою последнюю миссионерскую поездку в Шацкий уезд. Несмотря на предупреждение, что его поджидают несколько сотен вооруженных язычников, святитель двинулся вперед из села Конобеево в деревню Янбирную (ныне Шацкий район Рязанской области). Апостольская проповедь была заглушена грубой мордовской бранью, свистом пуль и стрел. Одна из стрел выпущенная мордвином Горечишкой, пронзила левую руку и сердце архиепископа. Боярский сын Бохолдин, сумел вынести проповедника из толпы и перенести в Чернеев монастырь. Случилось это 14 апреля 1656 г. В жестоких страданиях Мисаил прожил еще девять дней и скончался 23 апреля. Тело его было торжественно предано земле 27 мая 1656 г. в Архангельском соборе г. Рязани. Он стал первым мучеником Тамбовской земли пострадавшим за веру во Христа. В 1988 г. Русской Православной церковью архиепископ Мисаил был причислен к лику святых [5].
Дело архиепископа Мисаила было продолжено другими ревнителями православия. Священник Иоанн из с. Кондровки Темниковского уезд в 1663 г. был убит мордвой за свое миссионерство. Еще одной жертвой язычников стал священник Иосиф из с. Базарная Кадомского уезда, убитый мордвином в 1648 г. В 1680 г. в Темникове миссионерствовал игумен Феодосий, а темниковский протопоп Иоанн обратил в христианство 250 татар. Миссионерством занимались и миряне. Так подъячий Темниковской приказной избы Иван Мыльников бывал в разных мордовских селах, помогал беднякам, проповедовал, многих обратил в веру Христову, за что получил царскую грамоту.
Реалии XVII в. были таковы, что наше захолустье все больше втягивалось в сферу интересов молодого Русского государства. Тамбовская земля стала важным стратегическим рубежом на юго-востоке Русского царства и как следствие этого появление таких укрепленных городов как Тамбов и Козлов. К этому времени фактически на территории Тамбовщины проживало три народа: мордва, русские и татары. И поэтому остро стоял вопрос о христианизации и мордвы и татар. Теперь это уже была не частная инициатива отдельных монастырей, духовенства и мирян, а государственная задача. И неслучайно, что именно в этот период времени так резко активизируется миссионерская работа архиепископа Мисаила.
Нельзя сказать, что вся мордва была крещена в одночасье, процесс этот затянулся вплоть до XVIII в., но в целом можно констатировать, что протекал он мирно и успешно. Сложнее было с татарами. Миссионерская деятельность поначалу принесла некоторые успехи: по документам того времени мы знаем, что существовали целые деревни крещеных татар, были крещены знатные татарские роды (Чолокаевы, Енгалычевы, Мансуровы и др.), однако затем эти усилия были ослаблены, так как изменилась политика государства в этом вопросе, да и само татарское население в тамбовских пределах составляло незначительное меньшинство (оно фактически было локализовано в Темниковском, Елатомском, Спасском и Шацком уездах, незначительное количество татар проживал в Тамбовском уезде).
К середине XVII в. Тамбовская земля от реки Воронеж до реки Цны покрыта сетью христианских поселений в каждом из которых был приходской храм. Складывается и своя традиция, когда приходская община выдвигала кандидата в священники из своей среды или же принимала в приход пришлого священника (документы не раз упоминают черных попов, этим термином обозначали не просто иеромонаха, а именно такого иеромонаха, который служит в приходском храме). При каждой церкви был участок земли, и видимо уже тогда стали появляться священнические династии, так как обучением своих детей духовенство занималось само и потому при выборе кандидата в священство предпочтение отдавалось именно детям духовенства.
Безусловно, одним из важнейших факторов развития церковной жизни в крае стало наличие нескольких крупных (для нашей местности) монастырей, которые играли большую роль и в экономической и духовной жизни. Настоятели монастырей пользовались непререкаемым авторитетом. Нужно помнить, что в то время духовный отец являлся часто и поручителем своих чад в финансовых и экономических делах, а также подписывал духовные завещания.
Но, безусловно, землю, ставшую в это время полноправной частью Российского государства нельзя было оставлять без высшего духовного руководства и вполне естественно, что в правительственных и церковных кругах созрела мысль об открытии епархии.
Картины религиозной бытовой жизни середины и конца XVII в. свидетельствуют о царящих в среде христиан грубых нравах, суевериях и остатках язычества. Церковная власть была очень строга, даже к таким, как нам сейчас кажется невинным забавам, как игры. Патриарх Иосиф в своей грамоте Темниковскому протопопу от 1652 г. говорит о том, чтобы не допускалось среди православных: «И зернью и карты и шахматы и лодыгами (шашками) и шарами и мячом и бабками и городками и шахардою и свайкою и сущем не играли, и всякого скота не окуривали () И купальниц не пугали, и на полях игр и глумов отнюдь не было, в ладоши б не били, на качелях, на досках не скакали () на санех и лыжах не катались, личин не надевали, чижика не праздновали». Также категорично Святейший был настроен по отношению к скоморохам, которых: «С домрами и с гуслями и с гудками и с бубнами и с медведи и с волынки и с сопельми () отнюдь не было» [6]. Все эти строгости современному христианину могут показаться излишними, так как получалось, что человеку нельзя было не в игры играть, ни музыку слушать, причем запрещения эти относились не ко времени поста. И часто такое времяпрепровождение связано было именно с праздничными днями и именно здесь следует искать причину таких строгих мер. Вспомним, что все перечисленные игры и обычаи по сути своей имели под собой языческие корни, именно так принято было проводить время в дни языческих праздников, что теперь было неприемлемо. Косвенно все эти факты свидетельствовали о том, что вера православная еще не очень глубоко вошла в души простых людей. Документы также свидетельствуют об огромном количестве различных пережитков прежних верований, которые до сих пор были живы: обычай умываться с серебра, гадания в виде литья олова и воска в воду, окуривание скота, завивание в лесу березок, плетение венцов и хождение с ними к воде и многое другое. Отрицательное отношение было и к традиционному празднованию Святок, когда запрещалось: «На вечерие Рождества Христова и Богоявления коляды и глуги и таусеня не кликали и игрищ не играли, и в рядех калачники в хлеб птиц и зверей не делали. Меж Рождеством Христовым и Богоявлением игр не играли и в харех не ходили, и молозева бы не ели, и телячей пузырь на избах не хоронили, и крестцов не пекли и скота не кормили». Появились и новые «народные обычаи» связанные непосредственно с христианством, например, сохранение благовещенских просвир для хлебного засевания, выпекание опресноков на святой воде и кормление ими скота. Однако с течением времени мало что менялось. В 1698 г. тот же Темниковский протопоп Иаков снова пишет Патриарху о том, что: «Из иных городов приходят в Темников город и уезд скоморохи с медведи () многих людей чародейством и волхованием прельщают () Чинят бесовские сонмища, сходятся в дому многие люди мужска и женска полу и девки по Рождестве Христову и до Богоявления дни всякими бесовскими играми играют» [6]. За все эти проступки Патриарх предлагал достаточно суровые наказания: брать пени по 2, 4 и по 6 руб., сажать в цепь или отправлять в монастырь.