Всего за 139 руб. Купить полную версию
Ой, отобью у тебя доктора. Ой, отобью! вздохнула Диана и залпом осушила бокал.
Подняла руки, поймала сложный и чувственный хип-хоп ритм группы "БандЭрос", изогнулась, выпятила крепкую попу и запела:
Коламбия Пикчерс не представляет,
Как хорошо нам с тобою бывает
Она схватила Айболита за руку, резко развернула его с такой силой, что он растерялся, прижалась попой к его животу, наклонилась вперед, положила руки на колени и задвигалась в такт музыке. Диана покраснела и нервно глотнула из бокала. Айболит понял, что это провал. Горячую казачку уже было не остановить. Выход был только один: смотаться. И как можно скорее. Он прижал ее попу к себе, легко и осторожно подтолкнул девушку вперед. Дарья упала на руки именинника Сашки, который как раз пробегал мимо.
Какие люди у Халивуде! пропел Сашка, подхватил Дарью и увлек танцевать.
Айболит наклонился к Диане и прошептал:
Здесь слишком шумно. Сбежим?
Она кивнула. Он взял ее за руку и повел наверх. На третьем этаже никого не было. Айболит толкнул первую попавшуюся дверь и они оказались в кабинете. Массивный стол, черные кожаные диваны, стеллажи с книгами и камин. Здесь было тихо, темно и уютно.
Я разожгу камин, Айболит присел на корточки и взял с подставки возле камина длинные спички.
А если нельзя? испугалась Диана.
А мы только немного согреться, беспечно улыбнулся он.
Они сидели рядышком на диване и смотрели на огонь. Красные сполохи отражались в огромных миндалевидных глазах Дианы. Айболит наклонился и коснулся ртом ее пухлых губ.
Ты мне очень нравишься, Ваня, но нам нельзя. Не трогай меня, пожалуйста! тихо попросила она. Мы не сможем быть вместе. Всё, что у нас есть эта единственная вечеринка. И если сейчас между нами что-то произойдёт, то семья меня просто убьет. И это не метафора. Мне уже приготовили жениха. Поэтому мою честь так берегут. Отец и брат не дают и шагу ступить. Там очень влиятельная семья. Но замуж берут только девственницей. И если ты сейчас я мы с тобой, она запнулась и покраснела. Короче, потом никто из своих меня замуж не возьмет.
Я возьму, прошептал Айболит. Выходи за меня! он достал из кармана серебряное колечко с россыпью мелких гранатов.
Ты с ума сошел! растерялась она.
Разве ты можешь ставить диагноз, не изучив все симптомы? упрекнул ее Айболит, становясь на колено. Ты же почти врач!
Она смотрела на кольцо, блестевшее в бархатной коробочке.
Извини, что оно такое! Когда стану врачом, заработаю денег и куплю тебе любое. Какое захочешь! Даже "Картье".
Мне очень нравится, она взяла кольцо и надела его на палец.
Вытянула руку, полюбовалась гранатами.
Похоже на кровь, прошептала она.
Это последние капли, которые я теряю. Доктор, спасите! он упал на спину и заелозил ногами по пушистому ковру. Помираю! У меня страшная и неизлечимая болезнь.
Диана очень серьезно посмотрела на него и прошептала:
Не шути так, дурачок!
Да какие шутки! возмутился он. Мне жить осталось пять минут! Неужели вам, как врачу, чуждо милосердие?
Она опустилась на ковер рядом с ним, положила руку на лоб и озабочено нахмурилась:
Да вы весь горите, больной. И как же называется ваша болезнь?
Тебянехватание в острой форме, он схватил ее, положил на ковер и приподнялся над ней. Я люблю тебя, Диана! Будь со мной, пожалуйста!
Она молча освободилась от объятий и повернулась к нему спиной. Айболит вскочил на ноги, нервно забегал по кабинету но внезапно замер перед ней.
Не умею я совсем в романтику. Ты уж извини! Я потомственный сухарь, пять покорений врачей.
Неправда, она села по-турецки, схватила его за
рукав, усадила на ковер и положила руку на его колено.
Он схватил ее руку, прижал к груди и серьезно сказал:
Хотел, чтобы было кайфово, легко, как в кино. Но не получается. Когда я впервые увидел тебя на первом курсе, у меня закончился кислород в лёгких. И с тех по живу в безвоздушном пространстве. Я
Он в отчаянии замолчал. Как объяснить ей, что его пугает одна только мысль о том, что она будет где-то, с кем-то, но не с ним? Что будет жизнь, в которой будет всё, кроме нее. Но будет ли это зваться полноценной жизнью?
Не согласен я без тебя. Жить, плыть по течению, что-то строить, ломать, терять, искать. Не согласен. Без тебя.
Никак! Милая, как тебе это сказать? Не умею я в романтику. И в чувства не умею. Задыхаться умею, дохнуть без тебя, ревновать, томиться в ожидании. С ума сходить, представляя,
что кто-то сейчас может тебя коснуться, посягнуть на место рядом с тобой. Только рассказать тебе не умею.
Что никак мне без тебя. Двести ножевых ранений и ни одного шва! Наживо ты меня кромсаешь, без анестезии. И умирать без тебя я буду медленно, живя своей этой обычной нормальной жизнью. Как все.
Чтобы не хуже. Чтобы как у людей. И кардиограмма у меня будет хорошая. Сердце будет работать, как мотор. Если умирать медленно, много лет подряд, то кардиограмма всегда прекрасная.
Половина моих знакомых с чудной кардиограммой, но давно мертвые. И ты будешь мертвой, милая моя. Может быть, когда-нибудь, окруженная внуками, не нашими, а чужими, ты вспомнишь о забавном Айболите
Он судорожно вздохнул и хрипло произнес:
И если ты не рядом, то везде,
В обрывках фраз чужих мурашками под кожей.
Во сне ты не приходишь, в грёзах нет нужды,
Тебя я наяву рисую в образах прохожих
Молчи! она закрыла его рот рукой. Закрой глаза.
Он повиновался. Она встала. Раздался тихий шорох упавшей на ковер одежды.
Теперь открой глаза! велела она.
Он открыл и замер. Она стояла перед ним совершенно обнаженная.
Давай просто будем, прошептала Диана. Ты у меня, я у тебя. Не нужно обещаний, не нужно ожидать невозможного. Давай просто будем друг у друга тихо, молча и по-настоящему.
Он обхватил ее колени руками, прижался к ним лбом.
Камин давно погас. Но им не было холодно. Они лежали на ковре, глядя друг на друга. Где-то там, вдалеке, умирала прежняя жизнь. Зато здесь рождалась новая: вдвоём в горе и радости. Навсегда!
5 глава. Ты не буди меня, милая!
Они только успели выйти из лифта, как дверь квартиры Дианы распахнулась. Отец девушки, Нисим Ирганович вылетел на лестничную клетку и с размаху влепил дочери пощечину.
Не смейте ее бить! Айболит шагнул вперед и передвинул маленькую и хрупкую Диану себе за спину.
Он возвышался над ее отцом, прерывисто дыша. Отец, видя так близко молодого сильного парня, автоматически поднял руку, защищаясь. Но Айболит не собирался с ним драться.
Бейте меня, он вытянул руки по швам. Ваша дочь была со мной. Я виноват. Мне и отвечать. Только не трогайте ее, пожалуйста. Иначе я за себя не ручаюсь.
Что ты сказал, мразь? Рафик, младший брат Дианы, выскочил на площадку и с размаху ударил Айболита в солнечное сплетение.
Тот охнул и согнулся. А Рафик схватил его за плечо, приподнимая, и влепил два удара по печени. Айболит побледнел и свалился ему под ноги.
Ванечка! завопила Диана и бросилась к нему.
Упала на колени, принялась гладить его по лицу и плакать:
Ванечка, миленький, тебе больно? Ой-вай-вой! Ой-вай-вой! Папа, ну скажи Рафику, чтобы больше не бил! Умоляю тебя! Он же боксер! Он его убьет!
Тебя забыли спросить, подстилка. В дом зайди! брат попытался ухватить ее за волосы, но отец оттолкнул его.
Хватит! Всё! Руки не распускай!
Но эта шл
Рот закрой, я сказал! зарычал отец. Зашел в дом быстро! Два раза повторять не буду.
Он склонился над Айболитом. На лестничную клетку выскочила жена Нисима Тамара. За ней бежали три дочери. Все в черном, они столпились возле Айболита и громко зарыдали.
Ой, боже, за что ты меня наказываешь? мать Дианы сорвала с головы черную в белый горох косынку и ухватила себя за волосы. Почему руку сына не остановил? Нисим, мальчика же посадят! Скажи мне, что он его не убил. Ой-вай-вой! завыла она, раскачиваясь из стороны в сторону. Горе в наш дом пришло, горе!