Всего за 399 руб. Купить полную версию
Семен, на кой мне твоя схема. Я эту улицу пешком столько раз исходила туда и обратно, сколько ты за свою жизнь километров не прошел.
Это я так своеобразно радовалась, что неведомый старичок не живет где-нибудь на Химмаше или еще где подальше. Семен выглядел несколько сконфуженным и в то же время, чувствовалось, что мое согласие передать письмо старику принесло ему некоторое облегчение. А я, не иначе, как распалившись от собственного великодушия, проговорила:
И еще Никуда я пока не уеду. У меня тут еще куча дел. Да и потом, что они от меня хотят? Никаких темных дел я тут не вела. А отпугивать от завода клиентов думаю, это не в их интересах. Как ни крути, а они люди деловые. Так что, не думаю, что мне может что-то серьезно угрожать. Да и менять планы свои по неведомым причинам я, при всем уважении, не собираюсь. Так что, если еще когда захочешь поболтать, звони. Остановилась я, как обычно, ты знаешь где, номер двадцатый. Я поднялась из-за стола. Семен тоже поднялся, торопливо доставая чуть смятую купюру из кармана, и положил ее на стол.
Мы пожали друг другу руки и расстались перед самым выходом из кафе. Семен сразу шмыгнул куда-то в сторону, а я решила еще зайти в дамскую комнату. Не задерживаясь там долго, и воспользовавшись тем, что официант убирал с нашего столика, я проскочила нешироким коридорчиком и толкнула дверь с надписью «служебный вход». Оказавшись в тесном и темноватом переулке, бодро зашагала в сторону параллельной улицы. Береженого Бог бережет!
Глава 4
Добираться до гостиницы решила пешком. На ходу лучше думалось. Следовало все разложить по полочкам, пока еще свежо, так сказать, в памяти. Две «крыши» сначала спорили, кому контролировать завод, да, надо полагать и рудник тоже. Дело чуть не дошло до войны, и Уральцы отступили. Вот и правильно сделали. Иначе тут была бы уже полномасштабная войнушка со всеми вытекающими. Договорились на партии изумрудов, думаю немаленькой, где центральное место занимал уникальный (по словам Сени, а я склонна была ему верить) изумруд под названием «Зеленый лед». При передаче выяснилось, что камень, хранящийся на заводе фальшивка. Ситуация между «братками» опять накалилась. У них только один закон, на котором и держится это государство в государстве: «За базар надо отвечать». Поэтому, для пришлых дело чести (если про бандитов вообще такое можно сказать) найти настоящий камень, чтобы передать его неведомому Филину вместе с остальным добром. И пока они камень не найдут, покоя здесь никому не будет.
Так, с этим, вроде бы, все понятно. Теперь нужно было определить свое место в этой сваре. А место мое сторона. Я товар получила. Его проверили. Так что, теперь ничто не мешает мне заняться своими делами, стараясь не обращать на ребятишек внимания. У них своя свадьба, у меня своя. Единственное, что мне нужно срочно сделать это отправить мои изумруды в родной магазин с фельдъегерской службой. Конечно, удовольствие это мне обойдется недешево, но душевное спокойствие куда как дороже каких-то денег. Приняв это решение я повеселела. Кажется, я нашла способ, как избавится от одной головной боли. И еще. К дедульке с письмом следует отправится сегодня же вечером. Так сказать, выполнить все, связанное с этим заводом, чтобы потом уже ни о чем не думать.
Незаметно я дошла почти до самой гостиницы. Чтобы идти к старому ювелиру, следовало купить ему каких-нибудь гостинцев. Как-никак, человек старый, заслуженный, да еще и приболел. С пустыми руками идти будет как-то неприлично. Я заскочила в попавшийся мне по дороге гастроном, взяла всего понемножку, так как не знала, что старик любит, и бодро зашагала в сторону своей гостиницы, виднеющейся отсюда за верхушками пожелтевших кленов на бульваре. Уже подходя к самому зданию моего временного пристанища, я внезапно вспомнила, что уходила-то я отсюда тайком. И если сейчас те, кто меня караулит здесь, увидят, что я вхожу в гостиницу, как ни в чем не бывало, в то время, когда я должна, как бы, пребывать в своем номере, у меня могут возникнуть проблемы. Мне бы очень не хотелось, чтобы они узнали, что я могу спокойно уйти от их слежки. Да и насторожит это ребятушек, что повлечет за собой некоторые вопросы. А оно мне надо? То-то же! Поэтому я, притормозив, спряталась за ближайшим стволом подвернувшейся мне вовремя липы. Осторожно выглянула из-за коричневого морщинистого ствола, пытаясь рассмотреть, стоит джип под моими окнами или нет. Машину я не увидела, и уже собралась выйти из своего древесного укрытия, как чья-то рука легла на мое плечо. От неожиданности я подпрыгнула на месте и чуть было не выронила пакет с провизией для старичка ювелира из рук. Оглянулась, уже готовая отражать атаку неприятеля, и увидела перед собой, недоуменное лицо Алеши. От испуга, смешанного с негодованием, я в сердцах чуть не выразилась несколько непристойно о его родственниках и о нем самом. Схватилась за сердце свободной рукой, и, не скрывая эмоций, произнесла:
Лешка, чтоб тебя!!! Напугал-то как, ирод!! Чуть заикой не сделал! Ты чего подкрадываешься?!
Алексей еще с большим недоумением захлопал на меня своими шикарными ресницами, и извиняющимся тоном проговорил:
Ну, прости прости Ликочка Не хотел напугать
Я от злости на саму себя, что друг застал меня в такой момент, досадливо буркнула:
Бог простит А потом, поняв, что Лешка в моих проблемах вовсе не при чем, проговорила, чуть ласковее. Ладно Проехали. А потом задала интересующий меня вопрос. Ты как здесь?
Алеша, все еще с покаянным видом, проговорил:
Да вот Ехал по делам мимо. Смотрю, ты тут в индейцев играешь. Думаю, дай остановлюсь, спрошу. Может тебе напарник в игре нужен. Одной-то, поди, скучно играть? И лукаво так, со значением, улыбнулся.
А я обреченно подумала, что теперь мне точно не избежать объяснений с другом. Поверить, что я внезапно впала в детство, он вряд ли поверит. Так что Теперь уже я, переминаясь с ноги на ногу, промямлила, пряча глаза:
Ну Знаешь Кажется, я опять куда-то встряла
Алексей мгновенно посуровел, а я, от такой его перемены настроения, даже голову в плечи вжала. Ну все Сейчас пойдет поедет! Но, так же я знала совершенно точно, что, если чистосердечно покаюсь, в беде он меня не бросит, и, конечно, поможет, ежели что. Поэтому, приняв решение взять весь грядущий процесс неизбежной нахлобучки в собственные руки, я деловитым тоном спросила:
У тебя как со временем?
Лешка пожал плечами:
Сейчас на встречу еду. Потом часа два будет свободных. Можем где-нибудь посидеть, пообедать. Точнее, наверное, уже поужинать. А потом еще будет одно дельце, но недолго. И я свободен. Можем пойти куда-нибудь. Потом, вспомнив, что должен изображать суровость, нахмурился, и, изображая грозного батюшку, спросил. Так куда ты опять вляпалась?
Я махнула рукой.
Долгая история. Ты вот что. Езжай на свою встречу, а потом закинешь меня к одному старичку. Я подняла в руке пакет, демонстрируя продукты. Он болеет. Навестить обещала. Пока я там у него побуду, ты свои дела решишь, а после, мы куда-нибудь сходим, посидим, поужинаем, и я тебе все расскажу. Лады?
Он с минуту подумал, и согласно кивнул головой. Но в его глазах застыла настороженность. Он явно пытался углядеть за моими словами какой-нибудь подвох. Я улыбалась во все оставшиеся свои тридцать зубов, а глаза при этом отливали честной синевой. Но, это, судя по всему, его не успокоило, а насторожило, почему-то, еще больше. Но, времени на полноценные разборки у него не было, и, вовремя вспомнив об этом, он кивнул головой и побежал к своей машине. Я вслед махнула ему рукой, а Алеша, трогаясь с места в своем авто, коротко просигналил мне, и умчался по своим делам. Я выдохнула с некоторым облегчением. Ну вот и славно. Лешка мне обязательно подскажет что-то дельное. Это он просто так, для пущей важности, изображает из себя хлопотливую наседку. А когда надо, мог действовать быстро и вполне решительно, а главное, результативно.