Всего за 529 руб. Купить полную версию
Телевизор наконец окончательно включился и показал озабоченного диктора на фоне надписи «СРОЧНЫЕ НОВОСТИ». Пух с мамой затаили дыхание кажется, она тоже с минуты на минуту ожидала наступления апокалипсиса.
«Только не ядерная зима, только не ядерная зима, только не ядерная зима», зажмурившись, Пух гонял по кругу единственное пришедшее в его голову заклинание.
президент Борис Ельцин подписал указ «О поэтапной конституционной реформе Российской Федерации», предписывающий немедленное прекращение деятельности Съезда народных депутатов и Верховного совета Российской Федерации
Да что он о себе возомнил?! взревела очнувшаяся Софья Николаевна.
Пух выдохнул и быстро протер глаза ладонями. Это была, пользуясь чеканным определением Крюгера, типичная Взрослая Хреновня, которую его родители необъяснимым образом принимали очень близко к сердцу. Главное, что не ядерная зима!.. Тут Пуха осенило.
Так что, мам, теперь «Лунную сонату»? сказал он невинным голосом. У меня в прошлый раз почти получилось!
Софья Николаевна молча махнула рукой всё ее внимание было занято бубнежом диктора.
Достаточно на сегодня, Аркаша. Ты молодец. Иди делай уроки.
«Ага, конечно, уроки» думал Пух, вприпрыжку врываясь в свою комнату. У него была припасена новая книга: продолжение фантастической саги Гарри Гаррисона под названием «Стальная крыса спасает мир». Вне всякого сомнения, Гарри Гаррисон был величайшим писателем всех времен и народов, а его серия романов о галактическом мошеннике Джеймсе Боливаре ди Гризе с большим отрывом лучшим, что Аркаша Худородов прочитал в жизни (а он много в жизни успел прочитать). Пух давно решил, что, когда вырастет, обязательно станет писателем-фантастом а если это окажется слишком сложным, то тогда космическим авантюристом. Одно из двух. Никаких других вариантов будущей карьеры Аркаша не рассматривал.
Спасибо Борису Николаевичу Ельцину за Взрослую Хреновню! шепнул Пух, плюхнулся на кровать и раскрыл «Стальную крысу» на заложенной странице.
6
Бо́льшую часть урока химии на следующий день Сережа Питон провел в попытках довести Новенького. От шуток Питона не был застрахован никто. Даже самые безупречные отличницы. Даже самые отмороженные старшеклассники. Нет, придурка надо было додавить!
Причину собственного упорства в этой сфере он не мог объяснить даже самому себе, хотя и не то что бы сильно пытался. Если шутка не совсем попадала в цель и просто приводила жертву в бешенство такой исход Питона вполне устраивал. Но идеальный сценарий когда шутка била в интуитивно нащупанное Сережей уязвимое место, и жертва бледнела, иногда начинала рыдать, реже просто замирала и смотрела в пространство перед собой мертвыми, как пуговицы, глазами. Внутри Питона в эти моменты что-то трепетало и попискивало, как маленькая птичка, когда вокруг нее сжимается кулак.
Он покосился на Новенького; тот по своему обыкновению сидел с прямой спиной, глядя в невидимую точку над головой Ольги Валерьевны. Соблазн придвинуться к придурку поближе и пошутить был непреодолимым, хоть Питон и знал: шутки в присутствии химички всегда заканчивались плохо. По слухам, в прошлом году Валерьевна со всей дури херакнула деревянной указкой по голове какую-то овцу из восьмого класса Но ради по-настоящему смешной шутки Сережа был готов выхватить хоть указкой, хоть осколком кирпича, хоть самой настоящей бейсбольной битой из магазина «Real» (такие случаи тоже были).
Тут Сережа кое-что придумал. Он шумно втянул соплю, выдрал из уже изрядно похудевшей общей тетради листок, что-то быстро на нем нацарапал левой рукой, перегнулся через парту и бросил листок Новенькому на колени. Степан не пошевельнулся. «Засранец», подумал Питон. Ничего-ничего! И не таких ломали!
Слышь, Новый, прошипел он. Зырь записку!
Вместо ответа тот молча смахнул бумажку с колен на пол то есть всё шло в полном соответствии с планом. Рискованным, но потенциально крайне эффективным планом. Питон вскинул руку и нетерпеливо затряс ей в воздухе.
Ольга Валерьевна! Ольга Валерьевна-а-а!
Невысокая худая химичка, напоминавшая хищного лесного зверька, на полуслове прервала свой монолог о валентности водорода, прищурилась и посмотрела на Питона сквозь узкие очки. На ее щеках начал разгораться нехороший румянец. Класс, и без того знавший, что на химии лучше не выделываться, затаил дыхание.
В наступившей гробовой тишине Ольга Валерьевна подошла к отличнице Юльке Селиверстовой, сидевшей за первой партой, и, не обращая внимания на Питона, положила ей руку на плечо.
Селиверстова, какое важное правило поведения на уроке забыл Сережа Чупров?
Правило такое, заблеяла Юлька. В классе полная тишина до тех пор, пока учитель не задаст вопрос.
Совершенно верно, ее внимание переключилось на Питона. Я надеюсь, Чупров, для твоего же блага! что ты поделишься с нами какой-либо важной информацией. Внимательно слушаю.
Питон с грохотом отодвинул стул, встал и заговорил писклявым заискивающим голосом:
Ольга Валерьевна, я просто хотел сказать, что Новенький, ну, то есть, что Петренко кому-то писал записку, а вы говорили, что на уроке нельзя писать записки, и поэтому я Питон оглушительно шмыгнул носом и попытался поскорее закончить свое выступление перед начинающей сатанеть химичкой: В общем, он ее бросил, но промахнулся, и она на полу валяется! Я сам видел! А в классе мусорить нельзя, вы сами говорили! Вон, смотрите!
Питон попытался пнуть бумажку, всё еще лежавшую у стула Новенького, не попал и чуть не грохнулся на пол. Своей цели он, впрочем, достиг: очки химички сверкнули злой радостью, а румянец начал сходить на нет.
Сядь, Чупров.
Ольга Валерьевна неспешно пошла между партами по направлению к Новенькому. Стояла мертвая, как Донец, тишина даже Крюгер, умудрившийся простыть посреди нехарактерно жаркого даже по южным меркам сентября, перестал возиться с грязным носовым платком.
Петренко, тихо сказала химичка. Ей не нужно было повышать голос, чтобы обладать полным и безоговорочным вниманием всего класса. Подними свою записку.
Новенький продолжал смотреть перед собой, но на его шее задергалась вена. Питон ощерился.
Разверни ее, продолжала Ольга Валерьевна. И громко, с выражением прочитай всему классу.
Питон затаил дыхание. План удался! Развязка была близка у Новенького было не так много вариантов дальнейших действий. Он может отказаться читать записку и тогда истерики химички не избежать. Еще он может начать ныть и оправдываться и тогда не избежать еще более лютой истерики химички! Уж как минимум, мысленно рассуждал Питон, притырка выставят из класса и отправят объясняться перед завучем! Всё складывалось как нельзя лу
Питон не поверил сначала своим глазам, а потом своим ушам. Степан молча нагнулся, поднял с пола записку, выпрямился и развернул бумажку всё это с одним и тем же отсутствующим выражением лица. «Зомби ебучий», раздраженно подумал Питон. Новенький тем временем начал читать записку, явно не отдавая себе полного отчета в том, что́ он делает и какие последствия его вот-вот ожидают.
Питон выпучил глаза. Шутка получалась гораздо веселее, чем он смел надеяться. Всем шуткам шутка!
Алла, я тебя люблю, монотонно читал Новенький. Порви, а то Гитлер спалит.
Неофициальное прозвище Ольги Валерьевны было самой страшной коллективной тайной 43-й школы хотя и никакой на самом деле не тайной; Валерьевна не давала спуску ни детям, ни другим учителям, ни даже теткам, работавшим в школьной столовой.
В следующую секунду одновременно произошло сразу несколько событий.