Всего за 389 руб. Купить полную версию
Не сейчас, командовала я, ерзая на нем.
Тогда медленнее, попытался придержать он меня рукой.
Здесь! Вот так! сквозь зубы сказала я и прижала его шершавые ладони к своей груди. Двигай слегка по кругу.
Нет. Да прошептал он одними губами.
Да выдавила я из себя. Сейчас. Да-а
Вот ради этих мгновений все и затевалось. Мы подошли к финалу одновременно.
Адам уже не мог удержаться от глухого рычания, поэтому я прикрыла ему рот ладонью.
Воцарилась плотная тишина, полная последних содроганий, попыток догнать уже ускользающие ощущения. Но в какой-то момент пришло осознание все, точка. Больше уже ничего не поймать.
Я выдохнула, пару секунд еще помедлила, затем осторожно слезла с Адама и сразу потянулась за салфетками. Как в нем много этой жидкости, тоже избыточно много, какой-то немыслимый перебор. И Адам щедро забрасывает вот это все в меня, и как это тоже неприятно, потому что потом оно течет по ногам и щекочет кожу на внутренней поверхности бедер. И пахнет совсем не духами.
В кармане толстовки Адама запел, затрепыхался телефон.
Да иду я, иду, пробормотал Адам. Это Виктор, он внизу меня ждет, в машине. До пробок нам надо успеть на склад заехать.
Адам поднялся со скамейки, тоже потянулся за влажными салфетками. Времени принять душ у него не было, поэтому специальные салфетки очень выручали во время этих быстрых свиданий, когда каждая минута на счету.
«Бублик» Адам положил на поднос рядом. Я потом его вымою и положу обратно в ящик.
Адам, морщась и гримасничая, усердно вытирал себя салфетками и бросал их в корзину.
Могу приехать на следующей неделе, сообщил он, расправившись с салфетками; подтянул джинсы, которые стреноживали его ноги в районе щиколоток. Застегнул молнию, щелкнул металлической пряжкой на ремне. Одернул футболку, затем расправил толстовку, что была накинута у него поверх футболки.
Я взглянула на настенные часы в десять минут мы не уложились. Свидание заняло семнадцать минут. Даже восемнадцать
Я могу приехать в следующую среду, своим низким, рокочущим, горловым голосом опять произнес Адам. Даже не произнес, а пророкотал.
Тише Нет, у меня дела.
Какие еще дела? А, понял. Ладно, тогда еще через неделю. Блин, Птен, я каждый раз умираю, почему так долго Все, пока, до встречи. Он поцеловал меня. Пока, Птен!
Я заковыляла за ним (ноги как-то свело после этих «скачек»), закрыла дверь на все замки и направилась в ванную комнату. Кое-как заколола волосы на макушке, затем полезла под душ.
Пожалуй, мой день начался именно с этого момента. Когда я смывала с себя всякое напоминание об Адаме, его запахе, вообще о сегодняшнем свидании.
Пока стояла под теплыми, расслабляющими струями воды, ноги у меня перестали подкашиваться и ныть.
Адама больше не было, а осталась лишь я чистая, легкая, спокойная. Пустая, как будто звонкая. В состоянии отзываться и реагировать на сигналы, идущие от окружающего мира; способная думать и двигаться, и жить дальше эту жизнь, но уже без мучительных терзаний. Какое-то время можно продержаться до следующего приступа меланхолии.
В принципе, Адам не так уж и плох, зря я на него злюсь. Да, он любовник, а не любимый, я его едва терплю, но то, чего я жду от него, он делает хорошо. Вернее, у нас с ним получается, и получается именно то, чего я хочу.
А поначалу, когда мы только познакомились с Адамом, все выглядело не столь радужно. Адам тогда мне признался, что буквально на стену лезет без женщины, а я ну а мне как-то неудобно уже было оставаться девственницей.
В первые раза два или даже три (точно уже не помню) у нас с Адамом вообще ничего не вышло, мы только промучились, и без всякого результата. Я даже думала, что со мной не все в порядке и у меня какая-то редкая аномалия, делающая невозможным проникновение внутрь.
А потом вдруг получилось, но мне было страшно некомфортно до тех пор, пока Адам не озаботился о приобретении специального ограничителя. И вроде бы уже все пошло на лад, но тут я стала бояться, что могу забеременеть, несмотря даже на то, что Адам пользовался презервативами. (И мне они не нравились, вот честно, какими бы незаметными их ни старался делать производитель.)
Я решила, что мне нужны еще, в качестве дополнительной защиты, гормональные контрацептивы
Но от них у меня неожиданно началась такая депрессия, такие перепады настроения, что я себя не узнавала. Я перепробовала несколько видов таблеток (не сама их себе назначала, конечно, все обсуждали с врачом), но, на удивление, ни одни мне не подошли. Мой организм реагировал на лекарства очень странно то перепадами настроения, то рвотой, то головными болями. Либидо у меня на тот момент пропало совсем это оказалось побочным эффектом таблеток. Кроме того, выяснилось, что таблетки повышают у меня свертываемость крови, которая может привести к очень нехорошим последствиям. А хуже всего было то, что приходилось постоянно помнить о времени их приема, и тут мне никакие «напоминалки» не помогали. Я бесилась, я чувствовала себя несвободной с этой вечной привязкой ко времени.
Это был не мой способ предохранения, короче, я даже сменила врача.
Мы с ней, с новым врачом, решили попробовать спираль. Внутриматочную спираль нерожавшим не ставят это опасно, много противопоказаний и тоже возможны очень неприятные последствия. И другой момент спираль не спасает от заражения всякими нехорошими болезнями.
Но противопоказаний для установки спирали у меня не оказалось (сдала кучу анализов, провела диагностику УЗИ и прочие исследования), а заразиться чем-либо я не боялась, поскольку у нас с Адамом с самого начала имелась договоренность никаких других параллельных отношений, ни с кем. Мы даже анализы дружно сдали перед тем, как начать серьезно встречаться. Мы оба были чисты и знали об этом.
К счастью, мой организм воспринял спираль спокойно, не отторг ее, как часто бывает, особенно у нерожавших.
Словом, после довольно долгих мучений у нас с Адамом все наладилось. И даже вечная занятость Адама не являлась препятствием для наших отношений. А что такого, у нас с ним секс онли и никакой романтики. Нам не нужны совместные прогулки, походы в кафе, говорить нам с Адамом было не о чем, так что быстрые встречи раз или два в неделю нас вполне устраивали.
В нежности, заботе и утешениях я не нуждалась.
Я неласковая, надо честно признать.
Я терпеть не могу, когда со мной сюсюкают и в прямом и переносном смысле пытаются взять «на ручки». Командовать мной невозможно, а подстраиваться под другого человека я не в состоянии.
Я люблю быть одна, я испытываю наслаждение от уединения. И да, мне требуется иногда разрядка, вот для таких случаев мне и нужен Адам.
Адам он, в общем, хороший, повторю. Это мы удачно друг друга нашли. Он весь в работе, в семейном бизнесе, а я одиночка по жизни. Я ему верю, а он верит мне, поскольку мы с ним хотим одного заниматься сексом, получая только наслаждение и не беспокоясь о последствиях.
Адам нравится мне как партнер, но как человек он меня тоже не устраивает.
Наши с ним отношения это только про физиологию. Мы люди, но, к сожалению, в нас осталось немного от животного. Совсем немного. Но оно осталось. Процентов десять. И чтобы оно, это животное, не захватило нас полностью, не стало нами управлять, мы с Адамом и встречались. Чтобы остальные девяносто процентов нашей жизни мы смогли провести людьми. Наши с ним встречи для того, чтобы немного утихомирить в себе это грубое, звериное начало.
Мне на данный момент исполнилось двадцать девять лет, Адаму тридцать один. Наверное, рано или поздно он захочет жениться. Найдет себе подходящую девушку и расстанется со мной.
Я бы тоже хотела найти свою настоящую любовь. Быть может, мне повезет, и я встречу человека, рядом с которым я почувствую себя счастливой. Я, конечно, одиночка, но не настолько. Когда-нибудь, когда-нибудь все может случиться. Найду еще кого-нибудь, способного заменить Адама. Кого-нибудь, кого-нибудь