Всего за 0 руб. Купить полную версию
Летси нервно глянула на дребезжащую, как стекло на сильном ветру, и трескающуюся прямо на глазах тёмно-синюю печать, которая растянулась во весь пещерный проход и уже откровенно не выдерживала напора наступающих имперцев. Затем на мою сильно дрожащую напряжённую ладонь. Перевела печальный взгляд на моё лицо.
В портал! прошипела я уже только ей.
У тебя всё лицо в крови, не отреагировала девушка.
Пошла вон, ящерица короткохвостая! довели меня, уже и на оскорбления перешла.
Физическое и магическое истощение, продолжила не пожелавшая услышать Летси, Тея, ты на грани. Идёшь с нами.
Несмотря на то, что крупная дрожь сотрясала всё тело, запястья выворачивало тупой болью, а перед глазами плясали чёрные точки, я всё равно сумела саркастично усмехнуться и ответить:
Очень смешно, сейчас упаду
Сейчас упадёшь, серьёзно подтвердила полукровка, подходя ближе и готовясь меня ловить.
Я контролирую ситуацию и своё состояние! прошипела гневно.
Уж мне могла бы и не врать, возмущённо-обиженный взгляд красных глаз с вертикальным зрачком. Каждый раз, когда ты «контролируешь ситуацию», происходит полный мрак!
Мрак был тут до меня, не согласилась с её словами.
И полукровка из Рубиновых драконов не стала спорить, потому что не хуже меня знала: моё появление их спасло. Заваленных в воздушном кармане, изолированных, не способных использовать драконью магию без риска быть мгновенно обнаруженными имперцами.
Но это не помешало ей повторить:
Тея, ты с нами.
В Хайрассу?! психанула окончательно. Поздравляю, Лет, ты рехнулась. Уходи!
Но полукровка упорствовала:
Мы расскажем, что ты для нас сделала, и тебя
Убьют, перебила я твёрдо, повернула голову и прямо посмотрела в её глаза. Меня убьют, едва узнают, кто я.
Летси отвела взгляд и поджала губы, но в следующую секунду снова посмотрела с присущим ей упрямством.
А так тебя убьют здесь, едва узнают, что ты сделала, припечатала безжалостно.
И была права.
Осознав, что криком и руганью я ничего не добьюсь, вздохнула, успокаиваясь, и решила действовать иначе в условиях ограниченного времени и наступающей опасности.
Кто, эти? наиграно изумилась я. Слушай, ты раделийцев за кого принимаешь? Несмотря на все недостатки, мы всё же честный народ, во всяком случае, свято чтим древнюю, как мир, суровую, но справедливую очерёдность!
Что? растерялась полукровка.
Очередь, проговорила я чётко, хотят убить пусть встанут в очередь и ждут!
А дальше было уже не до шуток.
В портал. Живо!
Подтверждая, что времени больше не осталось, печать пошла последними, критическими для неё трещинами. Нарушая целостность энергетической оболочки, сквозь неровные надломы хлынули призрачно-серые светящиеся лучи. Загудел воздух от мощи прорывающихся заклинаний, задрожали стены каменного подземелья
Летси нырнула в песочный портал, ведущий прямиком на родину всех драконов, я бросилась к стене, на бегу швыряя в неё печать одноразового портала.
Падая в переплетение путей, в последний момент успела обернуться, чтобы убедиться, что полукровка сумела спастись.
Но в гаснущем драконьем портале неожиданно увидела не свою старую знакомую, а мужчину.
Высокий, стройный, внешне будто бы безобидный, он имел столь сильную и уверенную ауру, что мне хватило всего одного взгляда, чтобы волосы на затылке встали дыбом от ужаса.
Он был силён. Пугающе, нечеловечески силён.
Длинные белые волосы убраны в низкий хвост, тонкие хищные черты лица, глаза яркие, сине-золотистые, с истинно драконьим вертикальным зрачком.
Глаза, которые я уже видела.
Глаза, которые светились во тьме чужой спальни в Зандаре.
Глаза того, кто заставил меня усомниться во всём Магическом искусстве
* * *
Портал вышвырнул на пол комнаты в Академии чародеев. На то, чтобы смягчить приземление, сил уже не осталось. О том, чтобы подняться и перебраться в кровать, даже речи не шло. Я не могла даже пошевелиться
Устала. Просто смертельно устала за эти три дня с момента прогремевших чередой взрывов, накрывших нашу подземную сеть драконьих переходов, я толком не остановилась ни разу хотя бы дыхание перевести.
Прыгала из портала в портал, расходуя энергию. Вышвыривала драконов в Хайрассу, их родную пустыню. Наших чародеев к лекарям. От людей императора, как могла, петляла и пряталась
Себя не раскрыла это хорошо. Но пока я была вынуждена прятаться, они пленяли драконов это плохо. Если успеем, вытащим до казни, но соваться в пекло сейчас, без сил и с истощением, было бы величайшей глупостью. Последней в жизни.
Драконов у нас не любили. Не любили настолько сильно, что давно запретили представителям крылатого народа появляться на территории империи, но Раделия тянулась от западного побережья до восточного, разделяя Центральный материк пополам и перекрывая драконам из западной Хайрассы путь к северным странам. У бегущих от суровых драконьих законов или возвращающихся на родину зачастую не было иного выбора, кроме как уповать на удачу и пересекать Раделию незаконно.
Пойманных убивали. Без разбирательств, без справедливого суда, без сожаления и без единого помилования за сто семнадцать лет.
Я была противников этой политики.
И моё мнение разделяли слишком многие.
А потому по всей империи располагались абсолютно секретные и совершенно незаконные базы движения «Пылающее сердце». Его участники по мере своих сил и возможностей организовывали переправу драконов, за последние два года нам даже удалось наладить сеть магических переходов, но император Ала́стар Ве́скер был пугающе умен и сообразителен, а ещё имел одну впечатляющую, но больше огорчающую черту: он всегда добивался своего. Всегда.
Так что мы все знали, что рано или поздно нашу махинацию раскроют, просто никто не ожидал, что это произойдёт так быстро и сокрушительно.
В итоге мы потеряли три четверти баз, с таким трудом выстроенная сеть переходов была подорвана имперцами и окончательно уничтожена нами же. Все свободные чародеи с нашей стороны в спешке уничтожали фиксационные якоря, все чародеи со стороны правительства силились отследить хоть что-то, но, насколько я знаю, большого успеха они не потерпели.
Внезапно ручка моей двери дёрнулась. Резко и зло.
Затем дёрнулась ещё раз.
Яростная ругань, приглушённая деревом, и гудение призываемой магии.
Я, уже зная, что произойдёт дальше, кое-как с трудом приподнялась на дрожащих локтях.
На светлом дереве двери, прямо по центру, вспыхнула алым невидимая до этого печать Изоляции. Вспыхнула и осыпалась на пол пеплом, после чего дверь всё же открыли резко и гневно.
Стуча каблуками военных сапог, внутрь влетел один печально известный мне жених. Мой.
Тёмно-синяя с золотыми вставками военная форма, состоящая из плаща, кителя со знаками отличия слева на груди, брюк, блестящих сапог по колено, кожаных перчаток и широкого ремня с мечом в ножнах.
Чёрные волосы, не по регламенту длинные, закрывали крепкую шею и парой непослушных прядок падали на высокий лоб. Аристократичный прямой нос, ровные чёрные брови, губы тонкие, но нижняя немного больше верхней.
В серых глазах парня двадцати пяти лет застыла ледяная ярость.
Увидев меня, боевой маг выругался повторно, с грохотом закрыл многострадальную дверь, отрезая нас от случайных любопытных взглядов из коридора, и задал всего один вопрос:
За какой чёртовой Тьмой?!
Я легла обратно, бросив болящие от перенапряжения в мышцах руки.
Что с Кели? прохрипела, не способная говорить нормально.
Отчётливое рычание со стороны жениха и сказанное им же:
Свалилась полудохлая утром в комнату, наши девчонки стабилизировали, слава Граням. Но дальше было уже не так здорово. Отец в курсе произошедшего.