Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Тетя! оборвал ее раскрасневшийся Нарц. Но она ничуть не смутилась и продолжила рассказывать о немыслимых способностях своего племянника.
Никто не хочет перейти в другое место? тихо спросил он у сидевших рядом с ним Сони и Лары.
Сестры почти синхронно кивнули, и троица быстро ретировалась из кухни столовой.
Она иногда ведет себя как моя мать! весь покрытый розовыми пятнами проворчал Нарц.
Не удивительно, они ведь сестры, с сознанием дела прокомментировала Лара, еще ни разу не видевшая мать своего друга, но наслышанная о ней.
С кухни стали доноситься хохот и звон бокалов. Скорее всего они открыли ягодную медовуху, которую принес с собой норник Пульф.
А ты раньше участвовал в подобных соревнованиях? поинтересовалась Лара, устроившись в кресле.
Нарц брюзгливо покачал головой, и сел рядом с Соней.
Не было особого желания. Да и сейчас чисто спортивный интерес, не более того, он вальяжно откинул голову на мягкую спинку дивана, мое будущее никак не связано с орлианами. Оплётчиком я уж точно не собираюсь становиться, он пренебрежительно поморщился. Вы ведь знаете я собираюсь поступать в отдел высших знаний.
А потом работать в службе безопасности и надзора как твой брат, вставила Соня с неким укором в голосе.
У вас взаимные чувства, я знаю, хмыкнул Нарц, глядя на подругу.
Вы о чем? спросила Лара.
Мой брат и Соня терпеть друг друга не могут.
Соня чуть слышно цокнула и встав с дивана подошла к трещавшему не прогорающими дровами камину.
Просто у нас слишком разные взгляды на жизнь и вообще, давайте закроем эту тему.
Поддерживаю, согласился Нарц. никто не хочет завтра посмотреть забег рогачей? Говорят, это очень забавно, особенно когда они спутываются рогами.
Я за, тут же отозвалась Лара.
А ты? Нарц обратился к Соне, решившей отмолчаться.
Никак не получиться, у меня уже есть планы, она виновато пожала плечами и для пущей убедительности горестно вздохнула.
Два вопрошающих лица уставились на нее.
Я лечу на Недозволительный рынок, ответила она, ожидая шквал вопросов.
Нарц не заставил себя долго ждать.
И с кем же?
С Финтом и Максом. У Леоны на носу рождения, мы летим покупать ей подарок.
Но ведь там опасно! -возмутилась Лара, разве на Цветном базаре нельзя ничего ей выбрать?
Соня громко выдохнула, на этот раз с раздражением.
Леона хочет золотых кусачек, а они продаются только на Недозволительном рынке.
Вам вряд ли удастся проскочить, с долей самодовольства проговорил Нарц, мой брат говорит, что из-за приближающегося саммита и турнира, все территории охраняются еще тщательнее.
Мы все же попробуем.
Если хочешь, я могу попросить Лавра оформить вам пропуск.
Одно упоминание его имени вызвало в Соне тягостное чувство неприязни, а уж пользоваться его помощью не за что, пусть лучше ее схватят отары (хотя этот тоже сомнительное удовольствие).
Спасибо, не нужно, как можно мягче ответила она.
Ну как хочешь, бросил Нарц с уязвленным видом. Одним соперником меньше на турнире, хотя какой он соперник Просто за тебя переживаю.
Я тоже, большие карие глаза Лары взволнованно смотрели на сестру, пусть они сами летят, а мы пойдем смотреть на рогачей, а?
Но Соня категорично покачала головой, ясно дав понять, что лучше с ней не спорить.
Ты упрямая как рогачи, констатировала Лара, послав сестре воздушный поцелуй.
С кухни продолжали доноситься смех и бубнящий голос Пульфа, оказавшимся первоклассным рассказчиком забавных историй. В камине танцевали искрящиеся зеленью языки пламени, было так хорошо и спокойно, что Соню снова охватил страх потерять свое хрупкое счастье.
«Я убью вас, лиловые. Я вернусь, помните это!» снова прозвучали в голове последние слова Морении, перед тем как она растворилась подобно грязному облаку. Эта угроза с незавидной периодичностью портила Сонино настроение, не давая ей всецело насладиться новой жизнью. Видимо, не одну ее тревожили подобные мысли. Несколько раз она была свидетелем кошмаров Лары, хоть ее сестра и спала в соседней комнате, но ее крик поднял весь дом.
Она вернётся! Вернется! кричала Лара в первый раз. Во второй, который случился несколько недель назад она молила о пощаде, о том, чтобы ведьма не убивала ее. Тогда Соня забралась в постель к сестре, и они так спали до утра. На следующий день Лара попросила снова остаться с ней. Так они ночевали вместе больше недели. В эти темные часы, когда Лара вздрагивала как загнанная антилопа, Соня гладила ее по голове, убирая прилипшие к влажному лбу волосы и нашептывала, что все будет хорошо. В такие моменты Соня чувствовала себя виноватой, что это она всех втянула, что все эти ночные кошмары из-за нее. Что-то подобное происходило и с отцом. Да, он не кричал во сне как Лара, но его часто мучила бессонница. Тогда он по пол ночи просиживал на террасе, потягивая медовуху или уединившись в кабинете читал до того момента, пока сизо-лиловые лучи не светлели, становясь искрящимися и прозрачными.
После того как ушли гости, Соня налила себе умиротворяющий чай из диких васильков и поднялась в свою комнату. На прикроватной тумбочке ее дожидалась начатая книга, которую ей дала почитать Леона. В ней сочными эпитетами описывалась внезапная любовь неотесанного отара, промышляющего разбоями, и утонченной дочери правителя города, попавшей к нему в заложницы и воспылавшей к своему похитителю страстными чувствами. С трудом преодолев несколько страниц, Соня захлопнула хваленую книгу, искренне удивляясь ошеломляющей популярности среди девочек.
Возможно, все дело в том, что она не способна на чувства, особенно страстные, безрассудные. Если это действительно так, то ей суждено всю жизнь остаться одной и встретить старость, окружив себя десятком серебристых лягушек и рогачами для полноты картины. Под безрадостные перспективы, прорисованные в голове, она погрузилась в сон.
Кучная цепь кряжистых деревьев окружили ее плотным кольцом. Выпирающие из земли корни, уродливыми щупальцами тянулись к ней, норовя схватить за лодыжки. Вскрикнув от ужаса, Соня попыталась сдвинуться с места, но ее ноги, прочно погрязшие в болоте, медленно уходили вглубь, поглощаемые зловонной трясиной. Обуреваемая страхом, она еще резче задергалась на месте, но от этого становилось только хуже. Всеядная жижа в предвкушении лакомства, жадно засасывала свою жертву. Вдруг мутная тина всколыхнулась, забурлила, задышала, испуская лопающиеся пузыри. В зловонном воздухе повеяло холодом и Соню пронзила щемящая дрожь по всему телу. Над кронами деревьев, вдали, показалась темная фигура в развивающемся плаще. Это была Повелительница теней. Мертвенно бледное лицо озарялось двумя жгучими углями, вперившимися в Соню. Вытянув руки, она летела по воздуху, как птица смерти, жаждущая получить отмщение. Расстояние, разделявшее их становилось все короче, еще мгновение и Соня почувствовала на себе холодное прикосновение паучьих пальцев.
« Я же говорила, что убью тебя», прошипела белая маска.
Проснувшись в холодном поту, первое что увидела Соня, так это две темные фигуры, склонившиеся над ее кроватью.
Это всего лишь сон, как можно беззаботнее заверил ее отец, хотя в его в его голосе чувствовалось напряжение. Он протянул дочери кружку с недопитым чаем.
Да, всего лишь глупый сон, повторила Соня, отхлебнув успокоительного напитка. Ей не хотелось рассказывать о своем кошмаре никому, благо что Лара и папа тактично не задавали вопросы.
Хочешь, я останусь с тобой? предложила Лара, сев на край кровати.
Соня благодарно кивнула и сдвинувшись с середины кровати, уступила сестре место.