Всего за 176 руб. Купить полную версию
Пока отец Семен там обедню служит мы здесь недурно проведем время!
Но больше всего попам доставалось в стихах. В следующем же номере было опубликовано стихотворение Демьяна Бедного «Про трех попов», вот небольшой отрывок:
Наконец, в году двадцатом
Объявился новый поп.
Он крошил христово тело
В кислый клюквенный сироп.
С виду попмонах и только!
Не курил он и не пил,
Грех один за ним водился:
Поп кухарочку любил.
Умилялись Рогачевцы:
«Поп бессребреник прямой!»
Да кухарка-то, сударка
Так драла, что боже мой!
Сундуки все в год набила
И поправивши дела,
Перед святками от батя
В город деру задала.
А еще через месяц издающаяся в Городце Нижегородской губернии газета «Поводырь» рассказала, что прихожанин, у которого поп отбил жену, тщетно пытался темной ночью проникнуть в поповскую обитель. Тогда он бросился к церкви и начал бить в набат. Когда сбежалась вся деревня, мужик рассказал про святого соблазнителя.
Эту небольшую заметку будущий автор песен «Широка страна моя родная» и «Вставай, страна огромная» Василий Лебедев-Кумач развернул чуть-ли не в поэму. Причем еще тогда использовал прием, который сегодня очень полюбили поэты-фельетонисты вроде Дмитрия Быкова стихотворный текст писался в строчку, как будто прозой.
Вот как начиналась поэма:
Что за штука? Нету бабы, Петр Акимов говорит: ночь, уж спать давно пора бы, да и лампа зря горит. Где ей быть? куда деваться? Все соседи спят давно.
Стал Петруха волноваться, глядя в мерзлое окно. Вышел, тихо. Ни огарка у соседей в окнах нет, лишь в окне поповском ярко светит лампы желтый свет.
Он туда.
Глядит в окошко: там за тонкой кисеей видит он, его Матрешка стать готова попадьей. Губы выпятив, как трубы, поп с Матрешкою взасос там целуются сугубо и блестит поповский нос. На Матрешкином наряде пораскрылись все крючки
Петр решил, в окошко глядя, изорвать попа в клочки
К официальным и строгим тридцатым, впрочем, и подобную невинную по нынешним временам скабрезность из «Крокодила» вычистят.
Как заедал быт
И вновь серия бытовых зарисовок.
Ну, в общем, развлечения в любом сегодняшнем курортном городе не сильно отличаются от тех, что были в Москве столетней давности.
Разве что красноармейцев в городе не видно, по гражданке, небось, ходят. А женщин на пляже и безо всякой панорамы разглядывать можно.
Ну и хинкальные в последние годы все увереннее теснят шашлычные.
Про пингвинов и красноармейцев
Знаете ли вы, что в 1923 году редакция всесоюзного журнала «Крокодил» даже не подозревала о местожительстве пингвинов?
Вот вам пара примеров:
СТРАНИЧКА ИЗ НОВЕЙШЕЙ ИСТОРИИ.
«Установление правового режима на острове Шпицбергене (Ледовитый океан) невозможно без участия России. (газета «Известия»)».
Подпись:
Пингвины: Земля наша невелика, но углем обильна, а порядка в ней нет.
Р. С. Ф. С. Р.: Не бойтесь! Насчет порядка у нас особый разговор будет, а береговые скалы и впредь за вами останутся.
Второй рисунок.
ПРИ СЕВЕРНОМ СИЯНИИ.
«В декабре месяце прошлого года группа красных курсантов совершила экскурсию на крайний север. Местные жители, в первый раз увидевшие «диковинных» людей, сначала разбежались в разные стороны, но потом все население с увлечением слушало концерт-митинг. (Из газет)
Подпись:
Под бодрый звон оркестра явились самоеды, и олени, и пингвины, и медведи: при северном сиянии состоялся первый концерт-митинг на берегу Ледовитого океана
И никто так и не рассказал карикатуристам, что пингвины в Арктике не живут. За ними только на край света, в Антарктиду.
P.S. Читатели внесли очень важное дополнение. Процитирую: "Первоначально пингвином называли именно арктических гагарок. Во французском так до сих пор и осталось (у Анатолия Франса в "Острове пингвинов" как раз они). Petit Pengouin гагарка, Grand Pengouin бескрылая гагарка, последняя-то на обеих карикатурах и изображена.
Только их истребили ещё в XIX веке. Видимо художник смотрел, кто живёт на Шпицбергене, в энциклопедии Larousse, вместо Брокгауза-Евфрона".
"Песня без слов, ночь без сна"
А также про вредительство, умопреступления, фигу в кармане и ожидание «когда наши придут».
Как выяснилось, все вышеперечисленные вещи были и сто лет назад, в 1923 году.
Карикатура Михаила Черемных из журнала «Крокодил» иллюстрирует следующую газетную вырезку:
«Государственной нотопечатней, находящейся в ведении Наркомпроса, изданы «Этюды», среди которых, на странице 21-ой, помещена «Песня без слов». Оказывается, эта песня без слов «Боже, царя храни» (газета «Труд).
Подпись:
Обыватель: Как хорошо жить под Госиздатом! Тут тебе и про доброго боженьку стишки, и календарь со святцами, и ноты, по которым, закрыв на всякий случай поглуше дверь, можно «Боже, царя храни» на пианино сыграть Не-ет, жить еще можно нашему брату!
«Киса и Ося здесь были»
Поход Остапа Бендера и Кисы Воробьянинова в театр «Колумб» был, как известно, глумлением над авангардными театральными постановками 1920-х годов.
Историки литературы до сих пор спорят какими. Одни полагают, что авторы подразумевали постановку Сергея Эйзенштейна «На всякого мудреца довольно простоты», поставленную в московском театре Пролеткульта. Там, по воспоминаниям, классический текст тоже был разбавлен репликами с актуальной политической «повесточкой», а действо насыщено акробатическими номерами и цирковыми трюками вроде ходьбы по проволоке.
Другие полагают, что авторы «12 стульев» имели в виду постановки Всеволода Мейерхольда не то «Ревизора» по Гоголю, не то «Лес» по Островскому «с его цветными париками с галифе и хлыстом Гурмыжской, с теннисным костюмом Буланова, с клоунадой Счастливцева Несчастливцева, с любовным диалогом на гигантских шагах».
Так или иначе, над театром 1920-х глумились не только Ильф и Петров. Вот вам в доказательство карикатура Ивана Малютина «Театр для себя» 1923 года.
«Несмотря на отрицательное отношение прессы, московские театры все более и более увлекаются конструктивными постановками. (из газет)».
Внизу подпись:
«Пьяный. Чорт возьми, кажется, я опять в театре! Ну, да! Вон и конструкция, и сценические площадки, и люди кверху ногами, био-механикой занимаются. Должно быть, мне подсунули сегодня не самогон, а Гитис!».
Как карикатуристы свиней рекламировали
Возможно, вы удивитесь, но свиней в нашей стране когда-то насаждали, как картошку.
Вообще-то свиноводство было известно в России испокон веков, а лучшими свиньями традиционно считались тамбовские и украинские. Но при этом даже в начале 20 века оно не было ведущей отраслью животноводства в стране, безнадежно проигрывая коровам, лошадям, а в некоторых регионах даже овцам.
Дело в том, что русские свиньи были очень так себе «визгу много, шерсти мало», потому что в царской России практически не существовало племенного свиноводства. Оно было создано только в начале 20 века двумя энтузиастами селекционером М.М. Щепкиным и профессором М.Ф. Ивановым.
А в 1920-е годы Советская власть буквально агитировала крестьян разводить свиней. В том числе и в журнале «Крокодил».
Карикатура Ивана Малютина иллюстрирует абсолютно рекламную цитату: «Свинья спасла немцев; свинья одела и обула семью; в свинье сто пудов хлеба; свинья спасла от нищеты; свинья самая доходная статья. (газета «Беднота»).
Внизу стишки
В продконтору еду я
Вывози меня, свинья!
Я тебя растил, берег,
Отдавай-ка продналог.
В этом нет тебе трудов,
В тебе хлеба сто пудов.
Коли немцев ты спасала,
Отдавай по норме сало.
И вот еще, на ту же тему.
Карикатура Ивана Малютина «Заморские гостьи», тот же 1923 год.
«В Москву доставлены из Англии 20 вагонов с племенным скотом, главную часть которого составляют породистые свиньи. Встретить прибывших «англичанок» собрались представители Наркомзема и Племкультуры главные заказчики скота. (газета «Беднота»)».