Снова то же выражение в его глазах. То самое, которое вчера выбило ее из колеи. Многозначительное, обжигающее, обещающее.., что? Зои не знала. Но от этого взгляда в детской стало трудно дышать.
– Ладно, – тихо отозвалась она.
– Ну же, давай.
– Что – давай?
– Скажи "Джонас".
Его имя чуть слышно прошелестело на ее мгновенно пересохших губах.
Не желая анализировать, что же это между ними происходит, Зои поспешно прошагала к двери и только там обернулась:
– Пойду проверю ужин. Потом еще один урок по уходу за детьми – и я отправляюсь домой, ладно?
Джонас переложил Джулиану с одной руки на другую и расплылся в широкой улыбке, явно чувствуя себя более уверенно, чем прежде. Плохо только, подумала Зои, что эта уверенность не ограничивалась одной Джули, а распространялась и на нее, Зои, тоже. С его злостью Зои справиться могла. С его пренебрежением – тоже. Но уверенности в общении с ней он никогда не испытывал. Потому-то ей и было так легко противостоять ему. Сейчас же ситуация определенно начала меняться, и земля закачалась у Зои под ногами. Чем уверенней будет чувствовать себя он, тем меньше уверенности останется на ее долю, а Зои не могла смириться с такой утратой. Слишком много времени и сил ушло на то, чтобы добиться этого блага – уверенности в себе.
– Ужин будет готов минут через пятнадцать. Я позову, когда буду.., когда все будет готово. Наверное, ты голоден.
– Еще как, – заверил ее Джонас. И крикнул – уже ей вдогонку:
– Только не задерживайся, ладно, Зои?
Она хмыкнула, в надежде рассеять невесть откуда взявшийся эротический накал в комнате. К сожалению, вырвавшийся из ее горла звук получился каким угодно, только не беспечным. Скорее, он напоминал сдавленный писк зверька, внезапно оказавшегося в ярком луче от фар автомобиля на дороге.
И точно так же, как тот насмерть перепуганный зверек, она предпочла спасаться бегством.
Глава 4
После ужина Джулиана крепко заснула в своей колыбельке, Джонас занялся уборкой на кухне, а Зои, сидя в гостиной, удивлялась, что она, собственно, теперь делает в доме доктора Тейта.
В доме Джонаса. Теперь он для нее Джонас. Зои вздохнула. Чаще всего она называла его по фамилии – и когда обращалась к нему по работе, и когда просто думала о нем. Удивительно, как легко и естественно его имя слетело с ее языка. Почти так же легко и естественно, как ее собственное.
– Ничего хорошего в этом нет, – буркнула она, поправляя фланелевое одеяльце на Джулиане. – Ровным счетом ничего хорошего.
– В чем? – спросил, входя в гостиную, Джонас.
Зои заставила себя поднять на него глаза. Перед ужином он переоделся в огромный, кремового цвета свитер и потертые джинсы. Закатанные рукава свитера открывали самые возбуждающие мужские руки, какие ей только приходилось видеть, а джинсы так обтягивали его узкие бедра и длинные ноги, что в ней шевельнулась зависть. Вместо туфель или домашних тапок он надел толстые шерстяные носки.
Носки вместо тапок! Нет, такого Джонаса Тейта она никак не могла себе представить. И лучше бы ей никогда не знать эту простую, домашнюю и.., будоражащую сторону его натуры. Потому что если раньше отношения с этим человеком казались ей сложными, то теперь, похоже, они становились просто невыносимыми. Если раньше он ее только раздражал, то теперь начал волновать. А она терпеть не могла подобного рода волнения. Оно неизменно вело к проблемам.
– Да так, – быстро проговорила она, – это мы с Джули болтали. Шептались с ней по-женски, знаешь ли.
– Понятно, – тяжело вздохнул Джонас и сел с потерянным видом. – Значит, она уже проснулась.
– Вообще-то нет. Разговор был.., односторонний.
– Господи, хоть бы она вот так проспала всю ночь, – сказал Джонас, глядя на Джулиану.
– А что, она до сих пор просыпается ночью?
– Каждые два часа. И кричит, пока ее не накормишь.
Зои удивилась.
– Странно. Так не должно быть. К этому возрасту дети, которых кормят искусственными смесями, спят уже по семь-восемь часов. Ты не говорил об этом с педиатром?
– Говорил – во время ежемесячного осмотра. Но его это не особенно обеспокоило.
– Значит, нужно поменять педиатра. И что, ты по ночам кормил малышку через каждые два часа?
Он молча кивнул.
– Господи! Неудивительно, что ты так отвратительно выглядишь. Он скривился.
– Благодарю за комплимент.
– И неудивительно, что ты кидался на всех подряд…
– Зои…
– Когда же ты спал нормально всю ночь? – прервала она его.
Джонас устало поскреб щеку.
– Не знаю. Во всяком случае, до того, как мне привезли Джулиану. – Он обратил на ребенка измученный взгляд. – Теперь ты сама, видишь, Зои, что помощь мне просто необходима. А что, если я совершу какую-нибудь ужасную ошибку и искалечу ей жизнь?
У Зои сжалось сердце от этого голоса, исполненного тревоги и заботы. Не задумываясь, что делает, она сочувственно обвила пальцами его запястье.
– Не переживай так. Не сделаешь ты никакой ужасной ошибки. Джули растет, прибавляет в весе – значит, все более или менее хорошо. Посмотри на нее – какая она пухленькая, розовая. Прямо картинка. Она у тебя ест достаточно, просто не по графику, но с этим мы справимся. Все будет отлично, вот увидишь.
Джонас опустил глаза на руку Зои у него на запястье. Было что-то невероятно эротическое в том, как ее ногти с ярким маникюром легонько касались жестких волосков. Не совладав с соблазном, он накрыл ее руку своею. Как же хорошо она сказала: "С этим мы справимся". У него стало тепло на душе от ее слов и от ее нежного прикосновения.
Его так и тянуло сплести свои пальцы с ее и поднести ее руку к губам, но к тому моменту, когда он решился на это, Зои выдернула руку и судорожно сунула ее в карман джинсов. Потом бросила на него мимолетный взгляд и неловко кашлянула.
– Не сегодня, конечно, но со временем – обязательно.
На один безумный миг он было подумал, что она говорит о них и о том значительном, что могло бы произойти в недалеком будущем.
Но уже через секунду он одернул себя. Нужно быть совсем ненормальным, чтобы поверить, будто Зои Холланд испытывает к нему те же смутные нежные чувства, что кружили голову ему.
– Ты о чем?
– О том, что Джули будет спать всю ночь. Не сразу, но будет.
Он горестно вздохнул.
– Не верится…
Зои обратила на него изучающий взгляд.
– Тебе явно необходимо выспаться, – сказала она. – От хронического недосыпания человек может серьезно заболеть. Кое-где даже пытают бессонницей.
– К чему об этом говорить! – неожиданно резко выпалил он. – Неизвестно, когда я смогу спать по-человечески.
– Тебе давно нужно было обратиться за помощью. Попросил бы… – она запнулась, – попросил бы кого-нибудь из медсестер в педиатрическом или в отделении новорожденных. Любая была бы рада помочь тебе.
– А ты была бы рада помочь?
– Но я же тебе сейчас помогаю, разве нет?
– И что, ты это делаешь с радостью? Джонас, повернувшись к ней, с удивлением увидел, что Зои улыбается.
– Как ни странно – да. – Похоже, это признание и ее удивило не меньше. – Я уже очень давно не… – Она оборвала фразу и поспешно добавила, прежде чем он успел спросить, что она имела в виду:
– Собственно, если ты хочешь, чтобы я тебя сегодня подменила, то я согласна.
– Подменила?
– Не нужно быть врачом, чтобы понять, что ты на грани срыва. Тебе нужно как следует выспаться. Если хочешь, я останусь на ночь и буду вставать к Джули. А ты получишь свои восемь или десять часов сна – сколько там тебе требуется.
Зои понятия не имела, как и когда ей пришла в голову такая мысль. Она и сама за последние сутки не слишком-то много спала. Но отступать было некуда. А если совсем уж честно, то ей и не хочется отступать, призналась она в душе.
Малышка Джули с первых же минут покорила ее сердце. Давно забытое и, как ей казалось, похороненное материнское чувство внезапно ожило, и Зои не хотелось расставаться с Джулианой. Плохо только, что это значило чаще встречаться с ее дядей.
– Ты хочешь провести здесь ночь? – переспросил Джонас. – Со мной?
Зои стиснула зубы от злости. По его тону нельзя было не догадаться, – что он вкладывает в ее предложение гораздо более личный и, если уж на то пошло, сексуальный смысл.
– Не с тобой, – процедила она. – С Джули. В детской. А вообще – забудь. Я ничего не говорила, – быстро добавила Зои, сообразив наконец, какую ошибку совершила. – Лучше мне отправиться домой.
Очень похоже на Джонаса Тейта – решить, что она горит желанием забраться к нему в постель, безмолвно бушевала Зои, уже шагая в прихожую за курткой. Все, хватит, ни за какие сокровища мира она не станет помогать этому наглецу. Придется найти какой-нибудь другой способ общаться с Джулианой. Например, взять и переехать ее дорогого дядю автобусом.
– Подожди, Зои. – Джонас захлопнул дверь стенного шкафа, где висела ее куртка. – Я не то хотел сказать.
– Вот как? – не глядя на него, огрызнулась она.
Он заколебался на мгновение, но потом ответил:
– Ну ладно, может, я именно это и хотел сказать, но не в том смысле. Не так, как ты подумала.
Она по-прежнему стояла спиной к нему, но вся злость из нее улетучилась при звуках его неуверенного голоса.
– Я тебя никак не могу понять, – тихо произнесла она. – В больнице ты обращаешься со мной, как будто я помеха какая-нибудь на твоем пути. Ты отчитываешь меня ни за что ни про что, пинаешь по малейшему поводу и вообще стараешься устроить мне самый настоящий ад на работе. А теперь вдруг ты.., ты…
– Я – что? – раздался позади нее негромкий вопрос.