Всего за 699 руб. Купить полную версию
Взгляд Галины Викторовны был полон такого изумления, что Петр сразу поверил: она слышит об этом впервые.
Кто был ко мне неравнодушен? Этот сопляк? Этот недочеловек? Да я его видела полтора раза за всю жизнь. Вам, наверное, сказали, что он поджидал меня возле прокуратуры? Да, поджидал, и не один раз, его многие там видели, и что с того? Я с ним даже разговаривать не стала.
Так. Вот это уже интересно. Ничего не складывается, ничего друг другу не соответствует. Значит, какой-то поклонник у молоденькой красавицы Галочки из секретариата все-таки был. А старая зануда Николай Андреевич все никак не доберется до главного. Хотя, если уж совсем честно, все эти подробности о жизни милиции в брежневские времена Петру безумно любопытны. Пусть Губанов тянет резину, сколько захочет, куда торопиться-то? Петр Кравченко сам себе хозяин, им с Кариной отлично живется в Москве, в родную Тюмень отчего-то совсем не тянет, а работать в нынешнее время можно из любой точки земного шара.
Но тем не менее вдова Евгения Петровича была абсолютно убеждена в том, что ее мужа убили именно из ревности. И детям она говорила то же самое.
Глупости, отрезала Демченко. Все было совершенно не так. Для чего слушать бредни Валентина, который в то время был несмышленышем, когда можно запросить в архиве Мосгорсуда уголовное дело и прочитать?
В том-то и дело, что у меня пока не получается пробиться в архив, признался Петр. Это оказалось неожиданно сложной затеей для человека без связей. Я ведь не москвич, приехал из Тюмени для сбора материала, в столице мало кого знаю.
Но меня-то вы нашли, проницательно заметила Галина Викторовна. Значит, какие-то связи есть.
Очень скромные, очень. На Мосгорсуд их не хватает.
Петр постарался улыбнуться как можно приветливее, радуясь, что после выходки Карины женщина хоть о чем-то заговорила, а не закрылась в полном молчании.
И каковы же ваши связи? поинтересовалась она уже почти совсем дружелюбно. С кем вы говорили о Жене? Кого расспрашивали?
Ну, вот сына его, Валентина Евгеньевича.
А еще?
Еще разговаривал с Губановым Николаем Андреевичем из Главного управления кадров МВД, но он почти ничего
Петр не успел договорить. Лицо Демченко застыло, превратившись в уродливую гипсовую маску.
С кем? очень тихо и очень медленно произнесла она. С Губановым?
Да.
Не произносите эту фамилию в моем доме, процедила она сквозь зубы. Разговор окончен. Больше я не скажу ни слова. Идите к своему этому Развешивайте уши и слушайте, что он вам в них нальет. Губанов Надо же
Она сделала паузу и вдруг громко и почти визгливо крикнула:
Вон отсюда!
* * *
Карина
«Вон отсюда!» Карина услышала. И почти одновременно раздался щелчок открываемого замка.
Галина Викторовна, это я! Продукты принес!
Девушка выскочила из кухни и почти столкнулась одновременно с Петром, вышедшим из комнаты, и с молодым мужчиной, возникшем на пороге квартиры. В руках у него были пакеты с логотипом дорогого сетевого магазина.
Мужчина с тревожным недоумением посмотрел на Петра и Карину и крикнул уже в полный голос:
Галина Викторовна! Вы дома? Все в порядке?
Петя молодец, быстро сориентировался: распахнул дверь в комнату, чтобы пришедший увидел хозяйку, восседавшую на диване. Демченко даже не обернулась, так и сидела лицом к окну.
Явился, Альфонс? язвительно бросила она. Отнеси все на кухню и убирайся. Глаза б мои тебя не видели.
На лице мужчины с таким несовременным именем не дрогнул ни один мускул. Похоже, он привык к подобному обращению. Карина с любопытством смотрела на него: красивый, высокий, длинные волосы забраны в хвост резинкой. Хорошо сложен, худощавый, одет совсем просто легкая темная куртка, поношенные джинсы, кроссовки не первой молодости. Он деловито понес покупки на кухню, Карина скользнула следом.
Давайте помогу.
Спасибо, я справлюсь, лаконично ответил красавец с «хвостом».
Когда выгоняют, хочется убраться побыстрее.
Он поставил пакеты на стол и улыбнулся:
Не обращайте внимания. Она всегда со мной так разговаривает, я привык. Пожилой человек, к тому же после операции. Нервы.
Нас тоже выгнали, сообщила Карина.
Краем глаза она видела Петю, который молча стоял на пороге кухни и наблюдал.
Значит, сегодня плохой день, вздохнул мужчина и протянул ей упаковку замороженного мяса. В морозилку положите. Всю молочку на среднюю полку в холодильнике. А овощи я сам разложу, вы не разберетесь.
Вы помощник по хозяйству? с невинным видом спросила она.
Зять. Муж дочери.
Он быстро вынимал и расставлял в навесном шкафу пачки макаронных изделий. Упаковки были Карине незнакомы, и она постаралась выхватить глазами названия. Пенне из гречневой муки, вермишель из камута, тальятелле из полбы Похоже, Галина Демченко следит за здоровьем и питается исключительно «правильными» продуктами.
Вы сказали, что сегодня у Галины Викторовны плохой день. Часто это бывает?
Зять Демченко усмехнулся:
Чаще, чем хотелось бы. Но сейчас еще ничего, раньше было хуже.
Он вытащил из контейнера мусорный пакет, аккуратно завязал ручки, достал из ящика рулон, оторвал и вставил новый пакет.
Все, можно выметаться. Вы тоже уходите или остаетесь?
Уходим. Нас же выгнали.
А, ну да Галина Викторовна! Он с мусором в руках вышел в коридор и остановился на пороге комнаты. Я ухожу, ваши гости тоже. Если что-то будет нужно звоните. До свидания.
Голос ровный, спокойный, без тепла, но и раздражения в нем тоже не слышалось. Интересно, он в самом деле совершенно бесчувственный или просто умеет держать себя в руках? Если бы с Кариной кто-то попробовал обращаться так, как Галина Демченко со своим зятем, вряд ли все выглядело бы столь мирно и безмятежно. Да пух и перья летели бы!
Демченко ответить не соизволила.
Они вышли из квартиры втроем, спустились по лестнице пешком. Всего-то третий этаж, к чему гонять лифт?
На улице дружно остановились и глубоко вдохнули, впустив в легкие влажный от недавнего осеннего дождя воздух.
Тяжелый человек ваша теща, сочувственно проговорила Карина.
Да, трудно возразить, кивнул зять Галины. А вы кто вообще?
Простите, мы не представились. Петя, кажется, наконец очнулся. Я журналист, Петр Кравченко, собираю материал об убийстве одного следователя, которого когда-то знала Галина Викторовна. А это Карина, моя подруга. Ну, в смысле, моя девушка.
Дмитрий.
Мужчины обменялись рукопожатием.
Дмитрий? удивилась Карина. А я думала, вас зовут Альфонсом, Галина Викторовна вас так назвала.
Дмитрий рассмеялся, но как-то невесело:
Не с заглавной буквы, а со строчной. Альфонс как типаж, понимаете? Галина считает меня молодым охотником за богатыми возрастными дамочками.
Но почему? удивился Петр. Какие у нее основания? Вы же муж ее дочери!
Вот именно поэтому. Моя жена старше меня на тринадцать лет, Галина считает, что это неприлично. И еще она считает, что я позарился на деньги. Да, моя жена состоятельный человек, у нее свой бизнес, но я-то себя тоже не на помойке нашел. Моя теща считает меня нищим, ей даже в голову не приходит, сколько могут зарабатывать хорошие айтишники. А я не просто хороший, я очень хороший специалист.
Неужели ваша теща до такой степени не верит в любовь? подала голос Карина.
Получается, что так. А вы чем ей не угодили?
Разговорами все о той же любви. Кажется, для Галины Викторовны это болезненная тема, куда ни ступишь нарываешься на мину.
Дмитрий недоверчиво прищурился:
Вы же сказали, что пришли расспросить о каком-то следователе, которого Галина знала по работе в прокуратуре. При чем тут любовь?
Карина лихорадочно прикидывала в уме даты и числа. Ей очень хотелось загладить свою вину перед Петром, сделать что-нибудь полезное, помочь ему, чтобы исправить то, что она ухитрилась испортить. Сколько лет этому Дмитрию? На вид двадцать пять двадцать восемь. Жена на тринадцать лет старше. Галина Перевозник, ныне Демченко, в восьмидесятом году была беременна. Родила или сделала аборт?