Он был прав, говорила она себе. Надо быть сдержаннее и помнить: у них впереди совместная работа над партитурой. Сделав глубокий вздох, Рейвен пошла помогать ему готовить кофе.
Глава 9
По дороге они остановились в деревенской гостинице. Рейвен она понравилась так же, как и окрестности Корнуолла. Все здесь напоминало ей времена короля Артура. Легко было представить себе звон мечей, блеск доспехов, стук копыт быстрых коней, пущенных в галоп. Вересковые заросли и цветущие повсюду розовые полевые цветы, легкая дымка от моросящего дождя, такого привычного в Англии, - все это создавало романтическую обстановку. Рейвен пленяли коттеджи, окруженные буйно разросшимися садами, зеленые лужайки с мягкой травой, желтые нарциссы и голубые гиацинты.
Позавтракали они по-деревенски коричневыми яйцами, толстыми ломтями бекона, овсяными лепешками и снова сели в маленький автомобиль. Брэнд направлялся на юг к побережью и скалам.
- На что похожь твой дом, Брэндон? Ты никогда не рассказывал мне о нем.
- Я решил дать тебе возможность самой увидеть его. Он уже недалеко.
- Ты пытаешься казаться загадочным или просто боишься сказать, что крыша протекает?
- Может быть, - задумался Брэнд, - хотя я ничего такого не помню. За домом следит семейная пара Пенгали, они прекрасно со всем справляются.
- Пенгали? - Рейвен решила привести в порядок волосы.
- У них коттедж в двух милях от моего дома. Он присматривает за домом, занимается мелким ремонтом, а она ведет хозяйство, когда я приезжаю.
- Пенгали… - прошептала Рейвен, словно перекатывая слово во рту.
- Надежные и проверенные корнуольцы.
- А я знаю! - Рейвен повернула к нему лицо и неожиданно улыбнулась. - Она - невысокая, крепко скроенная, но не полная, темные волосы уложены пучком на шее, на лице выражение неодобрения. Он - повыше ее, седой, потихоньку поддает, когда она не видит.
Брэндон удивленно выгнул бровь.
- Очень похоже. Как ты догадалась?
- Именно так должно быть, если не врут те многочисленные готические романы, которые я прочла. А соседи там есть?
- Никого, полное уединение. Это одна из причин, почему я купил здесь дом.
- Ты антиобщественный тип, - сказала она, засмеявшись.
- Инстинкт выживания, - поправил он ее. - Иногда я выбираюсь сюда, когда свирепею от суеты. Потом возвращаюсь, окунаюсь в повседневную работу и получаю удовольствие от нее. Это известного рода разгрузка. Я же говорил тебе, что стал зрелым человеком.
- Помню, говорил. Похоже, ты не часто сюда возвращаешься? Столько альбомов, включая двойной прошлогодний, причем пять песен на нем лично твои. И песни, написанные тобой для альбома Кэла Рипли, - лучшие.
- Ты так думаешь? - спросил он.
- Ты и сам знаешь, что это правда.
- Твоя похвала, дорогая, - бальзам для моего эго.
- Что же останется на мою долю, если рядом будет такой талантливый соавтор?
- Я пишу здесь или в моем доме в Ирландии. Большая часть песен написана здесь. Это удобно и в другом отношении - мои родные живут не так далеко отсюда, и они иногда навещают меня.
Рейвен с любопытством поглядела на него.
- Я думала, ты живешь в Лондоне.
- Главным образом, там. Но, когда мне нужно серьезно поработать или хочу побыть в одиночестве, то приезжаю сюда.
- Вероятно, большая семья тебе мешает? - произнесла Рейвен, притворно равнодушным тоном.
Что-то в ее голосе заставило Брэндона бросить на девушку испытывающий взгляд. Он ничего не сказал, помня, что разговор о семье для нее - запретная тема. В прошлом он порой затрагивал эту тему, но она всегда уклонялась от нее.
Брэндон знал, что она была единственным ребенком и так же, как и он, в семнадцать лет ушла из дома. Удовлетворить свое любопытство он как-то попытался, спросив у Джули о семье Рейвен. Но Джули не раскрыла тайну, хотя знала все, что касается подруги. Эта тайна одновременно огорчала и привлекала Брэндона.
- Нас не побеспокоят ни семья, ни соседи. Миссис Пенгали предпочитает не показываться моим гостям из шоу-бизнеса и держится от домашних чуть в стороне.
- Гостям из шоу-бизнеса? - с улыбкой уточнила Рейвен. - Уж не устраиваешь ли ты оргии, Брэндон?
- Последние месяца три не было. Помнишь, я взялся за ум. Но она знает всю подноготную об актерах и актрисах. Мистер Пенгали сказал мне по секрету, что она считает делом своей жизни прочитать каждое слово, которое пишется о них в газетах. И о музыкантах тоже …
Он многозначительно помолчал. Рейвен широко улыбнулась.
- Наверняка подумает о нас самое худшее, - озабоченно сказала Рейвен.
- Самое худшее? - Брэндон с удивлением посмотрел на нее.
- Конечно, что ты и я скрываем незаконные любовные отношения.
- И это самое худшее? Мне это кажется привлекательным.
Рейвен покраснела и опустила глаза.
- Ты знаешь, что я имею в виду.
Он с улыбкой поцеловал ей руку.
- Я знаю, что ты имеешь в виду. Беспокоишься, что тебя отнесут к категории падших женщин?
- Меня относили к этой категории долгие годы. Каждый раз, когда я покупала журналы, я приходила в ужас. Ты в курсе, сколько писали о моих любовных приключениях с мужчинами, с которыми я вряд ли перекинулась парой слов.
- Считается, что звездам эстрады и кино присуще сверхактивное половое влечение, это как часть их профессии.
- Пресса никогда не отказывала себе подпортить чью-то репутацию, - сухо ответила Рейвен.
- Так было всегда, - кивнул Брэндон. - Я слышал об опросе, который провели в Лондоне в прошлом году. Они спрашивали, сколько женщин я меняю за три месяца. Британок, - уточнил он.
Рейвен встретила молчанием его слова, пытаясь их осмыслить.
- И сколько же по их мнению?
- Двадцать семь, - усмехнулся Брэндон. - Думаю, это лучше, чем быть излишне умеренным.
Рейвен засмеялась, наслаждаясь беседой. А что, он вполне в силах оправдать такую репутацию.
- Думаю, лучше не спрашивать, правы ли они, и если нет, то в какую сторону ошиблись.
- Надеюсь, не будешь.
Машина между тем взбиралась наверх по усыпанной щебнем дороге.
Рейвен увидела трехэтажный каменный дом строгой архитектуры, с крепкими ставнями, выцветшими от ветра и непогоды. Когда-то они были зелеными. На крыше дома торчало несколько труб. Тонкие клубы дыма сливались со свинцовым небом.
- Ох, Брэнд, какая прелесть! - в восторге воскликнула девушка. - Как замечательно, что ты нашел такое место.
Она выскочила из машины, обогнула дом и обнаружила, что позади него виднелось море! Она стремительно бросилась к стене, сложенной из естественного камня.
Рейвен посмотрела вниз, через ограду, доходившую ей до пояса; там волны пенились и разбивались о подножие зубчатых скал. Море ревело, грохот был неистовый. Она стояла как зачарованная под мелким дождем, не обращая на него внимания.
- Сказка! Сказка! - Она побежала изучать дом и все, что было вокруг него. Переплетавшийся дикий виноград, кусты роз и жимолости, сад камней среди нежных побегов зелени - все это было так прекрасно, что у Рейвен перехватило дыхание.
- Внутри дома ты тоже очутишься в сказке, - сказал Брэндон, наслаждаясь ее восторгом, - но там посуше.
- Брэнд, какой ты неромантичный. - Она еще раз окинула взглядом дом.
- Романтичный или нет, как тебе угодно, а я хочу принять горячую ванну и выпить чашку чая.
- Звучит заманчиво. Нам дадут ячменные лепешки со сметаной? Я что-то уже забыла их вкус! А я их так люблю!
- Вот и попробуешь их у миссис Пенгали. - Брэндон положил руку на дверной молоток, но не успел поднять его, как дверь открылась.
Миссис Пенгали выглядела точно так, как обрисовал ее хозяин дома. Это была женщина с виду очень суровая, крепкого сложения, с темными волосами, тщательно собранными в пучок, и цепкими глазами. Проницательным взглядом она быстро окинула Рейвен, этот взгляд с неодобрением задержался на одежде незнакомой особы, но в глазах, обращенных на Брэндона, было трепетное восхищение.
- Доброе утро, мистер Карстерс, - проворковала она. - Вы приехали вовремя.
- Приветствую вас, миссис Пенгали, рад вас видеть снова. Это мисс Уилямс, она остановится у меня.
- Ее комната готова, сэр. Доброе утро, мисс Уилямс.
- Доброе утро, миссис Пенгали, - сказала Рейвен робко. Грозная домоправительница напугала ее. - Надеюсь, я не доставлю вам хлопот.
- Здесь их немного. - Она снова перевела взгляд на Брэндона. - Камин разожжен, припасы в кладовке, как вы поручили. Еда на вечер готова, ее только придется подогреть, когда вы захотите есть. Мистер Пенгали заготовил для вас много дров, ночи холодные и сырые. Сейчас он принесет ваши чемоданы. Мы слышали, как вы подъехали.
- Спасибо. Нам нужна горячая ванна и чай, который вы так замечательно завариваете. Хочешь еще что-нибудь для себя, Рейвен?
- Прости, что ты сказал? Брэндон улыбнулся.
- Не хочешь ли чего-нибудь, прежде чем миссис Пенгали пойдет готовить чай.
- Нет. - Рейвен улыбнулась строгой домоправительнице. - Я убеждена, что все будет прекрасно.
Миссис Пенгали величественно выплыла из комнаты.
- Ты постоянно поражаешь меня, Брэндон
Теперь можно было осмотреть внутренность дома. Вот в этой комнате ей и Брэндону суждено работать в течение нескольких недель. Большой старый рояль стоял около двух узких окон. Девушка открыла крышку и пробежалась по клавишам, звучал он великолепно. Коврик под роялем покрывал дубовые доски пола. Портьеры кремового цвета с вышивкой ручной работы, две удобные софы и несколько столиков прошлого века составляли обстановку комнаты.