Всего за 490 руб. Купить полную версию
Вспомним персону, известную только историкам, литературоведам да книгочеям. Это Печерин. Не лермонтовский Печорин из «Героя нашего времени», а реальная личность.
Итак, Печерин Владимир Сергеевич. Поэт, переводчик, мемуарист, мыслитель. Родился 15/27 июня 1807 года в Киевской губернии, а окончил свои дни 19 апреля 1885 года в Дублине. По матери русский дворянин. Отец кадровый российский военный польского происхождения.
Владимир Печерин рос необычным ребенком, в детстве просил у Бога: «Возьми меня с собой туда, на Запад». То есть подсознательно испытывал генетическое стремление на родину, к праотцам. Вместо Запада родные увезли его в Петербург учиться, где он вскоре поразил учителей знанием иностранных языков и античной литературы. Перед молодым Печериным засияла блестящая карьера, а он ею пренебрег, более того, неожиданно для всех покинул Россию, по существу, став беглецом, добровольным эмигрантом.
Не так давно на Западе вышли две книги, посвященные его жизни: Елены Местергази «Печерин как персонаж русской культуры» и русской эмигрантки, живущей в США, Первухиной-Камышниковой «Эмигрант на все времена». Тут следует заметить, что и до революции феномен Печерина привлекал внимание, правда, писали о нем скупо и сдержанно. Пожалуй, его лучшая биография принадлежит перу Михаила Гершензона: «Жизнь Печерина», изданная в 1910 году. В ней автор отметил, что Печерин «хотя ничего не сделал, зато много и глубоко жил», что, разумеется, не всем удается.
В современной книге Елены Местергази педалируется решение Печерина покинуть Россию как-то чересчур по-женски: ему бы жениться! Возможно, житейские добрые обстоятельства наверняка смягчили его нарастающее недовольство собой и своей судьбой. Но Печерин избегал женитьбы, для него она была непозволительной роскошью. Бедность умеряла его желания. Сделаем и мы предположение: а возможно, Печерину, как «датскому Сократу» Серену Кьеркегору, женщина в доме всего лишь помеха для умственных занятий. Да, и еще одна причина. Как признавался Печерин: «Состояние литературы наводит тоску. Ни светлой мысли, ни искры чувства. Все пошло, мелко, бездушно». Про царский режим и сложившееся при нем общество Печерин говорить спокойно не мог только с содроганием. А раз так, то как жить дальше в России?! Только на Запад, в «страну святых чудес», как выражался его современник Алексей Хомяков.
Ну а теперь несколько штрихов из биографии Печерина. Его домашним образованием и воспитанием занимался немец-гувернер, поклонник Жан-Жака Руссо и принципов его педагогики по книге «Новая Элоиза». Именно заезжий гувернер привил юному Печерину идеи вольности и христианского равенства. Развил независимость суждений, избавил от многих иллюзий (как утверждал Руссо, «прекрасно только то, чего нет») и вместе с тем наполнил его душу максимализмом до краев С таким багажом молодой вольнодумец и руссоист поступил на историко-филологический факультет Петербургского университета, где проявил себя с блеском. И как пытливый талантливый юноша-студент, и как начинающий поэт и переводчик. В частности, следует отметить его перевод поэмы Шиллера «Желание лучшего мира». К лучшему миру стремилась и душа самого Печерина.
В марте 1833-го Печерин среди лучших студентов был отправлен для продолжения образования и подготовки к профессорской деятельности в Берлин. За время пребывания за границей Печерин совершил пешеходное путешествие по Швейцарии и посетил Италию. За рубежом, и особенно в Берлине, Печерин столкнулся с неприязнью к русским, которых многие местные жители считали «гуннами, грозившими Европе новым варварством». Молодого Печерина угнетало противоречие между негативной репутацией России и казенным патриотическим славословием. Что русские самые лучшие в мире. И, конечно, уваровская триада: самодержавие, православие, народность. Эта триада резко контрастировала с реальной жизнью европейских стран. Свои чувства Печерин отразил в письме на родину от 5 июня 1834 года поэтическими строчками, ставшими впоследствии громко знаменитыми:
В июне 1835-го Печерин возвратился в Петербург и стал трудиться в качестве преподавателя греческой словесности в Московском университете. Его карьера блестяще началась и сулила высокое продолжение, но неожиданно для всех окружающих Печерин в феврале 1836 года (за год до гибели Пушкина) отпросился в отпуск и в июле навсегда покинул Россию. Отправил сам себя в эмиграцию. Спустя годы признавался своему знакомому Чижову: «я исполнил священный долг самосохранения, оставаться в России было бы равносильно самоубийству».
В своих «Замогильных записках» Печерин отмечал, что к решению остаться в Европе его подтолкнуло отвращение, которое внушила ему «грубо-животная жизнь» русских людей, «живущих лишь для того, чтобы копить деньги и откармливаться». То есть «жить в брюхо», как сказал один из русских классиков.
О своем побеге из России Печерин писал в «Записках»:
«Не осуждайте меня, но войдите, вдумайтесь, вчувствуйтесь в мое положение!.. Молодой человек с дарованиями, с высокими стремлениями, с жаждой знаний, <> один, без наставников, без книг, без образованного общества, без семейных радостей, без друзей и развлечений юности, без цели в жизни, без малейшей надежды в будущем!..
А вот и другая картина. В Англии, в Америке молодой человек, преждевременно возмужалый под закалом свободы, уже занимает значительное место среди своих сограждан все пути ему открыты: наука, искусство, промышленность, торговля, земледелие выбирай, что хочешь! Нет преграды. Даже самый ленивый и бездарный юноша не может не развиваться, когда кипучая деятельность целого народа ему кричит: вперед! go ahead! Он начинает дровосеком в своей деревушке и оканчивает президентом в Вашингтоне! А я в 18 лет едва-едва прозябал, как былинка, кое-как пробивался из тьмы на божий свет; но и тут, едва я подымал голову, меня ошеломляли русскою дубинкою».
Власть расценила отъезд Печерина как бегство и возбудила по поводу его невозвращения на родину судебное преследование, но он его проигнорировал, спокойно странствуя по Европе, от Парижа до Цюриха, от Базеля до Льежа, ища сообщества людей, вместе с которыми он мог бы бескорыстно служить человечеству по образцу первых христиан. Многим Печерин казался воплощением Дон Кихота или вторым Руссо.
Почти профессор Московского университета, Печерин поначалу в Европе вел жизнь бесприютного нищего, продавал гуталин, работал секретарем у какого-то английского капитана, примыкал к различным политическим группкам, то был коммунистом, то сенсимонистом, то подвизался в качестве миссионера-проповедника, благо в совершенстве знал иностранные языки. Однажды, наблюдая искрящиеся брызги низвергающихся сверху потоков воды, Печерин подумал: «Какое наслаждение умереть в водах Рейнского водопада».
Но чем бы ни занимался Печерин в европейских странах, он не уставал размышлять о социальном переустройстве мира. Его герой в стихотворении «Торжество смерти» выражает крайнюю степень несогласия с установившимися порядками на земле:
О, сколько до Печерина, ну и после него, находилось таких переустроителей мира и философов, и политиков, и ученых-экономистов, и что? Переустроили страны и перевоспитали народы, привели все в гармонический социальный рай?..
В 1840 году Печерин отказался от православной веры и принял католичество. А затем стал послушником монастыря Сен-Трон. Впоследствии Печерин совершил еще один поворот и в качестве миссионера отправился в Англию, и именно здесь началась активная переписка Печерина с Герценом. Оба сошлись на почве неприятия самодержавной России. А власть тем временем вновь предприняла попытку вернуть на родину вольнодумца-беглеца. В конце концов сенат в России вынес окончательное решение о лишении Печерина всех прав состояния и лишил его возможности когда-либо вернуться домой.