Литтера Наталья - Суббота Воскресенского стр 4.

После завершения очередного романа он возвращался, чтобы «приглядывать» за матерью.

Возможно, это были неправильные отношения, зато это была дружба.

Самый долгий роман Дани длился полгода. Самый короткий  неделю. Девушек сына Полина не знала, он не знакомил. Конечно, было любопытно, но лезть в его личную жизнь Полина считала неправильным. Если не знакомит, значит, ничего особенного, просто хорошая девочка. Или не очень хорошая.

Надев футболку и домашние штаны, Полина вернулась на кухню и только тогда увидела на столе записку.

«Убери творог обратно в холодильник и возьми оттуда рагу (красный сотейник). У меня неожиданно концерт. Жди с цветами и следами помады от поклонниц».

Вот откуда он узнал про творог? И кто, вообще, в их семье старший? Пришлось послушно выполнять указания сына.

Даня вернулся, когда Полина уже поужинала рагу  у ребенка явно способности к кулинарии  и пила чай перед включенным телевизором. На экране мелькали лица, обсуждали какой-то забытый шедевр кинематографа, после которого этот шедевр покажут в полночь, а Полина думала о том, что пора ложиться спать, завтра за город к Нонне, яблокам и самовару. Пару дней пластиковые карты и культурное наследие как-нибудь подождут.

«Недавно были опубликованы дневники режиссера,  вещал с телеэкрана ведущий,  и вот что в них написано про съемки Последнего шанса»

 Сладкое на ночь вредно, но тебе можно.  На стол перед Полиной легло красивое пирожное в бумажной коробочке.

 Гонорар?  поинтересовалась она.

 Он самый.

 Негусто.

 Давно не играл, подрастерял навык.

 Я так и подумала. Следов помады от поцелуев не вижу.

Полина смотрела на Даню. Сын был оживлен и доволен.

 Но ресторанный концерт прошел удачно,  сделала она вывод.

Он взял кружку, сел напротив и, налив себе чаю, подтвердил:

 Более чем.

 Аншлаг?

 Девушка.

 Все-таки поклонница?  она придвинула к себе пирожное.

Песочная корзиночка, заварной крем, свежая клубника, и черт с ней, с фигурой.

 Пока нет.

Ого, это что-то интересное. Девушек с ней никогда не обсуждали. Полина оторвала взгляд от пирожного. Глаза сына из-под длинной челки блестели. И смеялись.

 Она предположила, что я совершил крупное ограбление и теперь залег на дно, подрабатывая ресторанным музыкантом.

 В этом что-то есть,  произнесла Полина, кусая пирожное.

М-м-м Божественно.

 Но я сделал тактическую ошибку. Одежда меня выдала. Ресторанные музыканты в таких шмотках не ходят.

 Девушка права.

«И вот это отчаяние и безвыходность режиссер изобразил в виде черной дыры, которая постоянно снится главному герою»,  говорили в телевизоре.

 Какие депрессивные передачи ты смотришь на ночь глядя,  сын повернул голову к экрану.

 Больше ничего не показывают,  пожала плечами Полина.  К тому же мне в ближайшие дни по работе надо приобщаться к культуре.

 Спонсировать фильм?

 Нет, у нас культурное наследие. Памятники, музеи что-то в этом роде. И я пока не знаю, что именно. Хотя, может, и кинематограф, я как-то в этом ключе не думала. Только сегодня на совещании озвучили задачу и срок дали неделю Ладно, не будем о работе, когда есть такое пирожное. Насладимся им. Так что с девушкой?

 Ушла.

Глава 2

1

Поездка к подруге удалась. Выходные пролетели быстро, но голова все-таки успела отдохнуть. Вечернее субботнее чаепитие с самоваром под яблонями состоялось. Полина и Нонна сидели вдвоем, потому что наговориться вдоволь можно только тогда, когда никто не мешает. Витя  муж Нонны  это прекрасно понимал, оставив подруг и уйдя в дом смотреть футбол. А близнецы отправились гулять. У них была уже своя жизнь. И разные компании, потому что Нонна умудрилась родить за один заход и сына, и дочь.

 Где пропадают,  сокрушалась она,  не знаю. Да и оба уже выше меня. На вопрос, с кем, отвечают всегда одинаково: «С друзьями». Иногда мне кажется, что там есть что-то романтичное. Но я не вмешиваюсь.

 Понимаю как никто,  Полина добавила в чашку из маленького чайника заварки.

В заварку были добавлены листья смородины и малины, в итоге вкус у чая получился изумительный. А над головой  уже наливные яблоки. Такие только в конце августа бывают.

 Возьми с собой,  сказала Нонна, проследив за взглядом подруги.

 С удовольствием. Знаешь, время настолько быстро бежит, что я до сих пор не могу понять, как Даня успел вырасти, закончить университет, поступить в аспирантуру смотрю на него, а в голове не укладывается. У тебя в запасе есть целый школьный год, лови его, потом уже придется отпустить совсем.

 Тоже об этом думаю.

 Мой тут на днях впервые рассказал о девушке, и это прорыв. Думаю, чем-то она его зацепила, если вернулся домой и под действием эмоций разоткровенничался. Все же молодость  это прекрасно. В зрелости не влюбляешься так, как в молодости.

 И когда ты в последний раз влюблялась?  подозрительно спросила Нонна.

 А я и не помню. Чем дольше живешь, тем больше опыт и рациональный ум перевешивают все остальное,  Полина покрутила в руках чашку.  Мне вообще кажется, что с годами я потеряла возможность влюбляться, тем более безоглядно. Так, как когда-то влюбилась в отца Дани.

 В него было трудно не влюбиться,  тихо сказала Нонна.

 Да, трудно,  Полина грустно улыбнулась.  А сейчас работа, работа, работа. Она заслоняет собой всю жизнь. Иногда мне кажется, что работа жизнь у меня крадет. Люди в выходные ездят на дачу, ходят в кино, живут. А я пишу медиапланы Но попробуй лиши меня работы  и все. Через неделю будет не хватать ее ритма и напора. Даже сегодня ехала к тебе и размышляла на тему нового задания от председателя правления. Наверное, я не умею отдыхать.

 Этому можно научиться,  Нонна взяла из вазы печенье и макнула его в розетку с вареньем.  А что за задание?

 Спонсорство культурного наследия.

 Ого! Замах, однако.

 Вот и я о том же. Думаю, может, взять шефство над вашей музыкальной школой? У вас там самородков нет?

 Самородков нет,  засмеялась Нонна,  есть просто хорошие ребята.

 Боюсь, просто хорошие ребята мое руководство не удовлетворят. А, ладно, давай лучше есть варенье. Это какое, вишневое?

 Это  да. Но могу принести малиновое.

 Не надо, я и вишневое с удовольствием съем,  Полина подвинула поближе свою розетку.

2

Когда Дан был студентом и только постигал азы компьютерной лингвистики, он увлекся программированием. Не с такой страстью, с которой в юности увлекался музыкой, но с большим любопытством и многое изучал шире представленного в университете курса. И как-то так получилось, что завело его на некоторое время на тропу хакерства. Очень уж азартным занятием оказалось взламывание чужих кодов и паролей. Своего рода головоломка, которую предстояло решить. На пике этого увлечения Дан даже подумывал о смене специализации с лингвистики на компьютерную безопасность. Если знаешь, как взламывать, то можно придумать и как защитить. Такая вечная игра в кошки-мышки.

Однако любовь к лингвистике, победившая когда-то любовь к музыке, взяла верх и здесь. Свои знания программиста Дан использовал в написании программ, а хакерством заниматься перестал. Перерос, да и свободного времени не стало.

Он и так умудрялся охватывать неохватываемое: трудился в фирме над разработкой лингвистической программы, брал на дом переводы и писал диссертацию. В пятницу вообще пошел в ресторан  стал музыкантом.

И вот именно благодаря минувшей пятнице Дан решил тряхнуть стариной. Уж что-что, а найти нужную информацию он умел. И, возможно, для этого даже не придется ничего взламывать. Главное ведь что? Главное  знать, где искать.

Темноволосая девушка, выдвинувшая гипотезу про его сомнительные занятия, не отпускала. Дан помнил девушку в общем, как образ, какими-то разрозненными фрагментами. Помнил узкие ладони с длинными пальцами и черным лаком на коротких ногтях. И множество тонких серебряных колечек на пальцах левой руки. И брелок с фигуркой на цепочке на запястье. Какая это была фигурка  он не разглядел. Просто когда девушка поднимала руку, что-то поблескивало около чуть выпирающей косточки. Правая же рука была у нее абсолютно нагая, без украшений. А глаза  темные, и голос чуть севший, словно она много громко разговаривала. И волосы густые, рассыпанные по плечам, когда она их убирала от лица, фигурка на запястье поблескивала.