Драгунский Виктор Юзефович - Всё о Дениске и его секретах

Виктор Драгунский

Всё о Дениске и его секретах: рассказы

© В. Ю. Драгунский (наследники), 2022

© Д. Б. Непомнящий, О. С. Попугаева, иллюстрация на обложке, 2014

© О. В. Саксон, иллюстрации, 2012

© Оформление. ООО «Издательская Группа Азбука-Аттикус», 2014

Издательство АЗБУКА

®

* * *

Шестьдесят две

удивительные и забавные истории,

случившиеся с мальчиком Дениской

на московских улицах и бульварах,

в школе и дома, во дворе и в кино,

под куполом цирка, на водной станции,

в электричке, под столом,

в лифте и на чердаке

и рассказанные им самим

по секрету всему свету!

Виктор Драгунский

«Он живой и светится»

Однажды вечером я сидел во дворе, возле песка, и ждал маму. Она, наверно, задерживалась в институте или в магазине или, может быть, долго стояла на автобусной остановке. Не знаю. Только все родители нашего двора уже пришли, и все ребята пошли с ними по домам и уже, наверно, пили чай с бубликами и брынзой, а моей мамы всё ещё не было

И вот уже стали зажигаться в окнах огоньки, и радио заиграло музыку, и в небе задвигались тёмные облака они были похожи на бородатых стариков

И мне захотелось есть, а мамы всё не было, и я подумал, что, если бы я знал, что моя мама хочет есть и ждёт меня где-то на краю света, я бы моментально к ней побежал, а не опаздывал бы и не заставлял её сидеть на песке и скучать.

И в это время вышел во двор Мишка. Он сказал:

 Здорóво!

И я сказал:

 Здорóво!

Мишка сел рядом со мной и взял в руки самосвал.

 Ого!  сказал Мишка.  Где достал? А он сам набирает песок? Не сам? А сам сваливает? Да? А ручка? Для чего она? Её можно вертеть? Да? А? Ого! Дашь мне его домой?

Я сказал:

 Нет, домой не дам. Подарок. Папа подарил перед отъездом.

Мишка надулся и отодвинулся от меня. На дворе стало ещё темнее. Я смотрел на ворота, чтобы не пропустить, когда придёт мама. Но она всё не шла. Видно, встретила тётю Розу, и вот стоят и разговаривают и даже не думают про меня. Я лёг на песок.

Тут Мишка говорит:

 Не дашь самосвал?

Я говорю:

 Отвяжись, Мишка.

Тогда Мишка говорит:

 Я тебе могу за него дать одну Гватемалу и два Барбадоса!

Я говорю:

 Сравнил Барбадос с самосвалом

А Мишка:

 Ну хочешь, я дам тебе плавательный круг?

Я говорю:

 Он у тебя лопнутый.

А Мишка:

 Ты его заклеишь!

Я даже рассердился:

 А плавать где? В ванной? По вторникам?

И Мишка опять надулся. А потом говорит:

 Ну, была не была! Знай мою добрость! На!

И он протянул мне коробочку от спичек. Я взял её в руки.

 Ты открой её,  сказал Мишка,  тогда увидишь!

Я открыл коробочку и сперва ничего не увидел, а потом увидел маленький светло-зелёный огонёк, как будто где-то далеко-далеко от меня горела крошечная звёздочка и в то же время я сам держал её сейчас в руках.

 Что это, Мишка,  сказал я шёпотом,  что это такое?

 Это светлячок,  сказал Мишка.  Что, хорош? Он живой, не думай.

 Мишка,  сказал я,  бери мой самосвал, хочешь? Навсегда бери, насовсем! А мне отдай эту звёздочку, я её домой возьму

И Мишка схватил мой самосвал и побежал домой. А я остался со своим светлячком, глядел на него, глядел и никак не мог наглядеться, какой он зелёный, словно в сказке, и как он хоть и близко, на ладони, а светит словно издалека И я не мог ровно дышать, и я слышал, как стучит моё сердце, и чуть-чуть кололо в носу, как будто хотелось плакать.

И я долго так сидел, очень долго. И никого не было вокруг. И я забыл про всех на белом свете.

Но тут пришла мама, и я очень обрадовался, и мы пошли домой. А когда стали пить чай с бубликами и брынзой, мама спросила:

 Ну, как твой самосвал?

А я сказал:

 А я, мама, променял его.

Мама сказала:

 Интересно! А на что?

Я ответил:

 На светлячка! Вот он, в коробочке живёт. Погаси-ка свет!

И мама погасила свет, и в комнате стало темно, и мы стали вдвоём смотреть на бледно-зелёную звёздочку.

Потом мама зажгла свет.

 Да,  сказала она,  это волшебство! Но всё-таки как ты решился отдать такую ценную вещь, как самосвал, за этого червячка?

 Я так долго ждал тебя,  сказал я,  и мне было так скучно, а этот светлячок, он оказался лучше любого самосвала на свете.

Мама пристально посмотрела на меня и спросила:

 А чем же, чем же именно он лучше?

Я сказал:

 Да как же ты не понимаешь?! Ведь он живой! И светится

Тайное становится явным

Я услышал, как мама в коридоре сказала кому-то:

 Тайное всегда становится явным.

И когда она вошла в комнату, я спросил:

 Что это значит, мама: «Тайное становится явным»?

 А это значит, что, если кто поступает нечестно, всё равно про него это узнают, и будет ему очень стыдно, и он понесёт наказание,  сказала мама.  Понял? Ложись-ка спать!

Я почистил зубы, лёг спать, но не спал, а всё время думал: как же так получается, что тайное становится явным? И я долго не спал, а когда проснулся, было утро, папа был уже на работе и мы с мамой были одни. Я опять почистил зубы и стал завтракать.

Сначала я съел яйцо. Это ещё терпимо, потому что я выел один желток, а белок раскромсал со скорлупой так, чтобы его не было видно. Но потом мама принесла целую тарелку манной каши.

 Ешь!  сказала мама.  Безо всяких разговоров!

Я сказал:

 Видеть не могу манную кашу!

Но мама закричала:

 Посмотри, на кого ты стал похож! Вылитый Кощей! Ешь. Ты должен поправиться.

Я сказал:

 Я ею давлюсь!..

Тогда мама села со мной рядом, обняла меня за плечи и ласково спросила:

 Хочешь, пойдём с тобой в Кремль?

Ну ещё бы Я не знаю ничего красивее Кремля. Я там был в Грановитой палате и в Оружейной, стоял возле Царь-пушки и знаю, где сидел Иван Грозный. И ещё там очень много интересного. Поэтому я быстро ответил маме:

 Конечно, хочу в Кремль! Даже очень.

Тогда мама улыбнулась:

 Ну вот, съешь всю кашу, и пойдём. А я пока посуду вымою. Только помни: ты должен съесть всё до дна!

И мама ушла на кухню.

А я остался с кашей наедине. Я пошлёпал её ложкой. Потом посолил. Попробовал ну невозможно есть! Тогда я подумал, что, может быть, сахару не хватает? Посыпал песку, попробовал Ещё хуже стало. Я не люблю кашу, я же говорю.

А она к тому же была очень густая. Если бы она была жидкая, тогда другое дело, я бы зажмурился и выпил её. Тут я взял и долил в кашу кипятку. Всё равно было скользко, липко и противно. Главное, когда я глотаю, у меня горло само сжимается и выталкивает эту кашу обратно. Ужасно обидно! Ведь в Кремль-то хочется! И тут я вспомнил, что у нас есть хрен. С хреном, кажется, почти всё можно съесть! Я взял и вылил в кашу всю баночку, а когда немножко попробовал, у меня сразу глаза на лоб полезли и остановилось дыхание, и я, наверно, потерял сознание, потому что взял тарелку, быстро подбежал к окну и выплеснул кашу на улицу. Потом сразу вернулся и сел за стол.

В это время вошла мама. Она посмотрела на тарелку и обрадовалась:

 Ну что за Дениска, что за парень-молодец! Съел всю кашу до дна! Ну, вставай, одевайся, рабочий народ, идём на прогулку в Кремль!  И она меня поцеловала.

В эту же минуту дверь открылась, и в комнату вошёл милиционер. Он сказал:

 Здравствуйте,  и подошёл к окну и поглядел вниз.  А ещё интеллигентный человек!

 Что вам нужно?  строго спросила мама.

 Как не стыдно!  Милиционер даже встал по стойке «смирно».  Государство предоставляет вам новое жильё, со всеми удобствами и, между прочим, с мусоропроводом, а вы выливаете разную гадость за окно!

 Не клевещите. Ничего я не выливаю!

 Ах не выливаете?  язвительно рассмеялся милиционер. И, открыв дверь в коридор, крикнул:  Пострадавший!

И к нам вошёл какой-то дяденька.

Я как на него взглянул, так сразу понял, что в Кремль я не пойду.

На голове у этого дяденьки была шляпа. А на шляпе наша каша. Она лежала почти в середине шляпы, в ямочке, и немножко по краям, где лента, и немножко за воротником, и на плечах, и на левой брючине. Он как вошёл, сразу стал заикаться:

 Главное, я иду фотографироваться И вдруг такая история Каша мм манная Горячая, между прочим, сквозь шляпу и то жжёт Как же я пошлю своё фф фото, когда я весь в каше?

Тут мама посмотрела на меня, и глаза у неё стали зелёные, как крыжовник, а уж это верная примета, что мама ужасно рассердилась.