Всего за 400 руб. Купить полную версию
Как под след смертельной позы
Разливаются те слёзы и огни
Дружеской фортуны мира,
Если смертью ходишь мимо,
И отчаянно встречаешь свет любви.
*****
Излишками на опыте играешь,
Свой фон категоричной глубины
Не знаешь, как у рода поколений
Ты выстоял свой почерк привилегий,
И стал на том особенном строю
Стоять, с высоко поднятой главой,
От личных благ и чести рутины
Её, твоими апологиями смерть
Вложила над течением времён,
И на доспехах обручения идёшь,
По склону форм витиеватой параллели,
Что знак культуры остановлен здесь,
На видимой земле, что одолели
Фортуны роли исторического тла
Свою свирель и отличение добра,
От форм категоричности порока,
Что слышит воплем иногда,
Крадущийся зарок и память фобий,
Лишь, наступая на претензии сперва
Ты линии вновь тайной обоюдной
Задел, чтобы на опыте играть,
В том чувстве современной красоты
Под жизнью в совершенстве принимать
Свой почерк и оттаявшее племя
Любви, той обречённой глубины,
На социальном утолении раздолья,
Что светит и довольству воздаёт
Системы парадоксов проявления.
Им ты научишься, как движимый восторг
Идёт, по переправам мысли частой,
В свой трепет экзистенции полёт
Слетает, до утерянной руки произведения,
На воле социального под мыслью,
Что были времена и правом заострил
Их монумент продольной идеалам терний,
Как сталь от схожести дородного плеча
Случайно узнаёт сюжет соседний,
На истинах о мнении понять
Твой смысл привычек над культурой,
От ценности в чём былью ждёт
Отмеченное образом предчувствие,
На слове параллельной красоты его
Системы идеалов, на мгновении
Указанного экзистенциальной тьмой.
За стороной сегодня явный холод
Довлеет и неизмеримо ждёт
Проворной участи на мифах указать,
Что частью социальной раны бытия
Ходили в человеческом обличье
Условие на отличении играть
Тот больший холод, или временем
Пускать в свой пепел монологов
Сквозивший человеческим умом
Проблемы означения добра, что вышло
Не так, как хочет миром сон
Сегодня показаться, чтобы стали
Слагать доказанные убеждения любви
Происходящие культуры в истине идти,
Потусторонней явью пережитков одноликих.
Им тесно и темно на склонах лет,
Белеет твой неявный силуэт души,
Как мира обличение и дрожь
Пустой оценки мнения за грош.
Её, ты в философском тлене повернул
На мир войны и взял за рупор
Катастрофического ужаса вокруг,
Что ждали одинокие мосты одни
На одичании избытков и потуг,
В излишках опыта проворно предсказать,
Что каждое мгновение проходит тут
На видимой картине поколения к чему
Ты форму сна меняешь и тогда
Игра твоей причины видит день,
Что ночью слепло от отчаяния сна
Ментальной пустоты фортуны предсказать
Заглавие ещё одной судьбы.
Держа в руке её почётный оттиск
Ты волей обращаешь время против
Сложения манеры бытия на то,
Когда то претворившее добро,
На отбелённой юности горнила,
Как каждый звездочёт проходит мимо
Спускающихся оттепелей звёзд,
И пишет свой романс под объективом
Манящей юности скупого подлеца,
Топорщась как заклание у моды,
И осторожной юности невзгоды
Сказать о тех лихих строениях идей,
Что поднимают юность каждый день,
На новом повороте преткновений,
Оценки доблести культуры нам в окно
Модели иллюзорной красоты давно
Ушли их тени и зажгли мораль,
Над тучами исторгнутого зла.
Ему теперь всё некуда податься,
Играет опыт на пределах шансов,
Что человеческое время каждой доли
Понять свой почерк тлена от неволи
Искусственного разума вокруг,
На психологии модельной оболочки,
Ей видно день и белизну отсрочки
Куда проходит верность моды,
Заносчиво глядит и просит быть
На пьедестале обличения скупого,
Убогого роднения ума с любовью,
Как жаждой обладания пародией
Исчезновения над темнотой былин,
Эпохи человеческого счастья,
Оставив вековой предел и мифы
Им кажутся, вполне достойным ждать
На слове большинства пародий мира
Сложения феномена под встарь
Изношенных апофеозов былины
И свода от ментальной воли спать
Над видимой пространству диалекта
Моделью вида различения искусств,
Что очевидностью заносят скуки на
Моральный облик времени и пусть
Их опыт развивает время в нас,
На прошлом есть и свет твоих идей,
И каждый день он осязает мифы зла,
По чёрной аллегории теперь
От унаследованной формы бытия
Стремления прожить ещё потерь
Бесчисленное множество внутри
Искусства в обществе и замирает день
Внегласной конъектурой при умах
Всё поднимающих своей игрой тогда
Прямые ветви инородной красоты,
На взгляд роднящих черт природы,
И символизма пропасти над модой,
Что унаследовали юности года.
*****
Видишь переносный смысл играет
На твоём лице оправданном,
Ты всё больше забываешь,
Что последним часом был ты
Над тропой подземной тени,
Где свисали силы гениев,
Но оставив счастье срока
На виду достиг лишь жалких
Изысканий смерти жала,
И на том оскалив жалобу
Светишь преисподний призрак,
На ночной стоянке мысли,
Где тебе на свет играет
Музыкальным смыслом права
Свой похожий оправданию
Повод власти быть другим,
На своём печальном смысле
За немногим бродишь истиной,
Всех, кого за свет оставил
В преисподней подземелья,
И на гениях восславил,
Что есть духу в каждом праве
За фигурой бросив счастье
На карманный свет движений,
Усложняя всё пространство,
Где искали поколения
Прототип своей баллады,
А в земле им тесно завтра
Будет на сырой прохладе
Ожидать свой гений взгляда,
На заклании молчавших
Светом мысли ожидающих,
Что в твоей судьбе сложили
Свой особенный мотив жала света,
Приближения вокруг долга зла,
Что хоронит их опять и молчит,
Нам его поднять бы завтра,
И уверенно на мир посмотреть.
*****
Ты вспорхнул на жаждах мира,
Свой моральный свет оттаял
На твоей опорной свите
Слова интеллекта зная,
Что на обликах заглавий
Смысловое племя правил
Строит век своей детали,
Мысленно упрятав вниз
Поколение из призраков,
Им на счастье вверх остались
Те воздушные приметы
Оставаться в свете признанных,
Верить и смотреть отличный
Дом на объективной смыслу
Космологии при личных,
Смерти на истории начала,
Но из тех следов печальных
Светит им твоя ошибка,
Знает, что вот вот примета
Расставляет в свете зыбко
Роли для моральной свиты,
На аду прощальной ноши
Встретить их и стать как воздух
Вымыслом на всех возможностях,
Честь за пришлыми расправив
Ты на след прозрачной дали
Оставляешь вид их раны,
В смерти нового прощания,
Как же был, и в смерти памяти
Колким льдом из нег твоих
Оправдания других ими там
На воздушной форме света,
Что вспорхнёт от их портрета,
Видимое солнце истин каждого
Обойдёт свой трепет воли,
Что забыть ты смог неволи,
На моральном свете счастья,
Оттого их стало больше,
Призраком летает даже
Историческое тело и сбивает
Мысленный надзор за ними,
Что когда нибудь увидишь
Все оценки смерти ими,
И найдёшь свой свет прозрений,
В век, что строит на деталях
Поколения из грани объективных
Догм на смерти памяти строптивых,
Чести на аду их помнить,
И, за то опять восполнить
Свой потерянный источник
Мира интеллекта в точках,
На своей программе призраков,
Что они, лишь ходят сами,
Облекаясь на страдание
Исторических привычек выжить.
*****
На свет из площади достигнет
Фигура части мерных правил,
Что было видимым оставит
Слетать на том остатке цели,
За светом посторонней мысли
Влачит свой полдень сопредельный
Апломб авторитарной чести,
Ему свой стяг довлеет плечи,
Что расправляют время с нами,
За видимый источник тени
Струится новое прощанье,
И память исторгает время
Ей жить так близко однородным
Строением культуры моды