Всего за 400 руб. Купить полную версию
Как невидаль виляет им,
Что стелет парадокс годам,
Внемирной формы подлых лет,
Они задетой правом чести
Пускают в знак апологет
Любви пародии узнать,
Чью волю ты благого рая
Сегодня тождествовал опять,
Рассказывал, про ценность долга,
Понять, твой казус счастья долго
Не мог судьбы плохих удел,
Но, в нигилизмах видит пепел
Родство светил, над жизнью сей.
Планетной радостью дождался,
Своей опоры знака мифа,
По жизни за оградой счастья,
Развил их суверенный потолок
На обликах убогих смыслов,
Что современностью рождают
Круги апофеоза мысли,
Нам дорожить судьбой опять
Препровождают через стены,
Немой, закостенелой жизни,
Их благом утверждает каждый,
Что он герой, и свят на том,
По часу безысходной мины
Плывут те сферы аллегорий,
Царапая, твой пепел мира,
На образах глашатаев исконных.
Чтобы, ты стал манерой смирной,
Цены уплаты за стеной,
За долговечной праху славой
Взойти на пьедестал скупой,
Отравленной и склочной жизни,
Чтобы обрадовать дух пыльный,
Ещё, от тех несовершенных мифов
Скупого услаждения быть ими,
На бренном коридоре истин
По нам проходят цели мира,
Ища, свой нигилизм у толка,
Чтобы застыть, под тленным их
Стеной проложенной моралью
И благородства жажды ищущих,
Чему их научили каждый
Держать, свой искус мысли теребя
Наследие немого долга,
За взятый, у кого то только
Испещрённой плахи рая,
Скупой обиды стержня славит
Их обделённый трепет смысла,
Управит истощение строптивых
Даров, на обладании быть ими,
Или чужими, в преисподней мины.
Им ставят россказни заглавия,
По языкам манеры бренных
Пороков философской тверди,
Но только, свет пародии узрит
На жизненном ходу опоры стены,
Что падая виляют миром,
На онтологии быть смирным,
И телятся, под сказки мифа,
Что ты, нашёл тот форм истории
Обратный воздух плотской жизни,
Но сам, испить её не можешь,
Как основание быть тоже
Таким же человеком гордым,
В прохладном сне работы рая,
Им стены, ставят правом целых
Заботы исключения играя.
Заждавшись, тленной плахи чести,
Ты знак своей оценки чертишь,
Что было бы, и что оценит
Твоё родство иллюзий жизни
Стать большим, над стеной укора,
Подавленного Неба взора
Испещрённых черт всевластия
Пред теми, кто оставил мифы
Вокруг безумия быть ими,
На знаках аллегорий мира,
Усталого порока счастья,
Лишь в смыслах дорожа собой.
*****
Не потерять лицо из знания,
Такой удел природы личности
Тебе заносчиво ведёт,
За прах, от идентичной роли,
Кому то подводить истории,
На блёклом перманентном бытия
Свободы целостной игры,
Желая, знать его и ты
Свою свободу потерял,
На спеси восприятия отличных
Психологического имени других.
По слову, отразив покой,
За ренессансом квази интеллекта
Поступит каждый свой,
На времени, растраченного ими
Изгой, и горделивый такт
Философа, под тенью былины,
Дарует смерть ему одни
Дородные могилы ужаса,
Фортуны в чём то берегу
Покоя слаженного счастья,
Как будто, ты находишь их
Властителей пародии других,
Таких же, имманентных одночасью
Богатого уклона над судьбой,
Не потеряв, при этом свой
Прах совести от знания укора
К свободе проводить ему
Положенное сроку одному
Ментальной оппозиции несчастья
Такое же, богатое лицо,
Не потерявшее, свой запах и манер
Рутины воли потакать
На сложном берегу опять.
Ходить под философским сводом
Работы права над судьбой,
Цены под разногласием мечты
Не потерять лицо, из притчи
Закоренелой фобии страдания,
Доказанного идеалом знания,
Частицы воплощения под смертью
Твоей фортуны перед бытием.
Меняет цвет характера его
Природы эталона мифа полдень,
На человеческом отчаянии всходит
Поступок разногласия под тон
Моральной ценности ища,
Свой трепет мира заново,
Как философский возраст трепеща
Апофеозом измышления любви,
Где, дни сходились как огни
Моральной онтологии под толк
Не потерять свой воли уголок,
На мысленном лице устоев,
Характера понятия внутри его
Знакомого лица и одинокого
Проёма тени измышления имён,
Что завтра, будут лишь его
Слагать красноречивые портреты,
Возможной воли участи любви,
На толиках, от внеземной свободы
Природы философских черт твоих.
Им чертит возраст онтологии
Манеру статуса за тот,
Рассказанный на мыслях диалог
О человеческом пристрастии
Знакомой цели большинству его
Словесных форм, ухмылки глаз
За смертью не потерянной любви.
*****
Застигнув в памяти виток
В чём смыслом, кажется ему,
Он падая, ложится в тень
Сознания над прошлым мифом,
И между умалением идёт
Разбуженное эго, близ любви,
Что свет анахронизма сладил ты,
Природой поколения сквозь сон.
Тебе казалось, чтобы боль,
Твоей порочной формы сна
Слагала видимое слёз
У перерывов проблеска добра,
Чтобы учась ты вышел, весь,
Как свет фортуны облачась,
В культуре бытия рабов,
Их ищут благом, между снов.
Их трепет слышен всем вокруг,
Слагает мифологии как Бог
Его отчаянный раздор,
Чтоб низложить опять судьбы
Культуру блага и рабов,
Их мечет Солнце с высоты,
Как честь икры, над пламенем любя,
Что ты боишься стать ему
Вопросом и открытием храня,
Сегодня в воздухе рабов,
Служебной участью из слов,
Что подобают в смерти падать
На истину, она видна,
Чтобы сложить пуд перед
Проблемой обличения добра,
И всех угрюмых поколений.
Им честь в верёвке подошла
На смысловом аду порока,
Чтобы за сон, цепляясь гордо
Ты вышел в палубу смотря,
На свой столетний череп мира,
Как видимое диалекта для
Культуры смерти по строптивым,
Субъектам измерения добра.
На память, то возглавит сердце,
У смерти поколения дождись,
Ты свой апофеоз до толка,
Что вертит медленное Солнце,
Над линией угрюмого лица
Искусства формы над пародией,
Жить в памяти и быть тогда
Картиной поколения утопии.
Ей воплотили смерти час,
На робком празднике дородных,
Где нежить образует шарм
И смерть стремится падать подле,
Твоей любви прибавить шаг
Навстречу смеху интеллекта,
Что жизни могут сделать заново,
Лишь благо смерти и добро,
Оно скитается одно и пережитком,
Хохочет над своим пожитком,
Что смерть оставила для нас,
И вертит обоюдный шанс
Успеть на ту картину мира,
Попасть, чтобы за благом их
Смотреть и жить над волей при
Иллюзией потери от любви,
Что Солнце приближает как изгой,
Проторённой дорогой дорогой.
Шагает твой избитый след,
На памяти, которой нет,
Ей слышно маятник везде,
Что смерть хохочет на беде,
А высказать не может лишь,
Ты просыпаешься и мстишь,
За собственное оглашение невзгод,
Что пали на пародии вот вот
Ты обелил сюжетный день
Фатальной участи проснуться,
И может за собой прильнуть,
К любви искусственного смысла,
Он ждёт на социальном сне,
Варьируя тот смерти шаг,
Что лишь хохочет по углам,
Твоей безудержной надежды.
И робко падает на смерть,
Ей видимое время умаляет
Свою причину проходить,
Над безысходностью тоски,
Играя, словно почерком одним
Мерещится твой страх у края,
Что умер ты уже и спит
Твоя надежда вспоминать чужих
Вопросов мести глубину руки,
И каждым почерком о главной
Причине думать, на шаги,
Что тени обезглавили прохладный
Культуры диалог и смертность ран
Приятной формы блага за собой,
Что центром мира ты не стал,
И вспоминаешь каждый час опять
Свой разум, в смерти боевой,
Свою усладу торжества и брани
Ей кажется, что ты проснёшься ради
Мучительного умаления других,
Но ты погиб, за пеплом остановки
Между особой ролью права обратить
Дух смерти в обществе других
На свой пример фатального безумия,
Что кажется тебе сегодня чтит,
Тот век и поколения от раненых,
Угрюмых парадоксов над борьбой
Морали и привычек соблюдать
Твой сон любви и пережиток права,
В чём ты возглавил равенство других,
И стал над объективностью страдать,