Но на ее беду тарелка Жан-Поля в этот момент опустела, а это означало, что его язык освободился. Его роман с рыбным кари подошел к концу, и он снова был готов пожирать глазами Лесли, болтать и отвлекать ее внимание от романтично грустного незнакомца за спиной.
- Вуаля, теперь было бы неплохо окунуться, - сказал он и откинулся на спинку стула, заложив руки за голову. - Надеюсь, мадемуазель созрела для такого испытания? Или ей для храбрости не помешало бы пропустить еще один стаканчик фенни?
- Сомневаюсь, что еще один стаканчик фенни сможет заменить отсутствие купальника, - ответила она и, внезапно оживившись, добавила: - Но ты можешь искупаться без меня. Я тебя здесь подожду.
По его подозрительно прищуренному взгляду Лесли поняла, что он не одобрил ее предложения.
- Ты хочешь, чтобы я оставил тебя здесь одну? Красивая девушка одна в ресторане все равно, что одинокий пловец в океане среди акул. Нет, я как верный пес останусь у твоих ног.
- О-ля-ля, Жан-Поль, - протянула она. - Хочу тебе напомнить, что ты не пес, а друг. И уверяю тебя, что за каких-нибудь десять-пятнадцать минут меня не успеют похитить. Тем более что, судя по публике, сидящей здесь, нас окружают хиппи. Более миролюбивого народа я за свою жизнь не встречала. Так что можешь отправляться в плавание со спокойной душой.
- Да, конечно, со спокойной душой. Чтобы, вернувшись, увидеть тебя сидящей в обнимку с одним из этих длинноволосых, обкуренной и глупо хохочущей.
Нет, он невыносим. Уже боится оставить ее одну. Только он и не подозревает, что дело совсем не в длинноволосых…
Она украдкой посмотрела в сторону дальнего столика в углу и… встретилась с глазами мужчины. Он улыбнулся ей. Лесли незаметно ответила на его улыбку.
Смутившись, она перевела взгляд на Жан-Поля и заметила, что он снова увлекся созерцанием ее груди.
- Что ж, тогда тебе придется подождать, пока я доем свое божественное кари, - сказала она, пытаясь прервать его медитацию, и, низко склонив голову к тарелке, принялась за еду.
Жан-Поль несколько минут терпеливо молчал. Казалось, он о чем-то напряженно думал. Наконец, словно не мог больше выдержать молчания, продолжил думать вслух.
- Купальник… Женский купальник… Мой Бог, такую роскошь в Индии не так легко приобрести. Нужно было подумать об этом, пока мы были в Дели. А здесь… Может, только в Анджуне на фли-маркете… у европейцев…
Лесли расхохоталась:
- Серьезная насущная проблема?
- Конечно. Я не ожидал, что ты откажешься от чести предстать Венерой на индийском пляже.
- Глядя на твои муки, Жан-Поль, я готова пересмотреть свои нравственные установки, - сквозь смех проговорила она.
- О, как ты великодушна!
Заметив, что она покончила с ужином, Жан-Поль позвал официанта и попросил счет. Когда Лесли попыталась оплатить свою половину счета, он сурово остановил ее.
- Я пригласил тебя на ужин. Я заставил тебя съесть его. И вспоминая, как ты мучилась, не могу позволить тебе платить за него.
- Что ж, спасибо за изысканную муку, которая мне ничего не стоила, - ответила она и, вставая из-за столика, бросила беглый взгляд на мужчину в углу.
Мужчина отрешенно смотрел куда-то в сторону, в темноту сумерек за изгородью ресторана, и курил.
Много курит и больше не смотрит на меня, подумала Лесли. Наверняка из-за Жан-Поля. Решил, что мы пара. Но, похоже, это не единственная причина его грусти.
Они вышли из ресторана и оказались в объятиях темноты, из которой доносился ласковый шелест прибрежных волн. С синего неба робко подмигивали первые звезды.
Пройдя несколько метров, Лесли замедлила шаг и оглянулась на уютно освещенный шатер ресторана, оставшийся позади.
Что ж, до следующей встречи, печальный и прекрасный незнакомец! Надеюсь, она состоится скоро, потому что я не смогу долго ждать. И если ты тот, кто послан мне судьбой, я помогу тебе избавиться от грусти до конца жизни, закончила она свое мысленное послание и поторопилась за Жан-Полем.
Как только она поравнялась с ним, Жан-Поль поймал ее за руку.
- Мне очень жаль, что тебе придется сидеть на берегу одной, пока я буду наслаждаться плаваньем, - сказал он.
- Но я могу пойти домой, - ответила она. - Это ведь недалеко. - Она оглянулась и посмотрела в сторону рощи, чернеющей за светлой полосой песка. - Я даже вижу наш дом. Это ведь его огни пробиваются между стволами кокосов?
- Могла бы, если бы я не забыл фонарик. Но без фонарика идти через рощу небезопасно. Там много кочек и ям, если ты помнишь. - Он помолчал и вскоре добавил: - Но я могу проводить тебя домой, а потом вернуться и искупаться. Все равно в темноте мне не удастся блеснуть перед тобой своими спортивными достижениями. Тебе придется подождать до завтра, чтобы увидеть еще одно незабываемое шоу в твоей жизни.
Лесли рассмеялась.
- Подозреваю, что всю ночь не смогу спать от нетерпения. До встречи!
И она решительно заковыляла по песку в сторону чернеющей рощи.
- Лесли! Подожди!
Отойдя на приличное расстояние и убедившись, что он не следует за ней, она остановилась и обернулась.
- Жан-Поль! - крикнула она. - Я не ребенок! Правда! Я взрослая девочка и не боюсь ни темноты, ни хиппи, ни даже кочек!
Жан-Поль сделал звук губами, похожий на лопанье шарика. Вуаля, она не француженка, напомнил он себе в очередной раз и энергично выпрыгнул из шортов. Она американка и не может долго выдержать чью-то заботу о ней. Забота мужчины о женщине у них называется домогательством и преследуется законом. Поэтому ей необходимо продемонстрировать свою независимость. Что ж, он не собирается лишать ее этого удовольствия.
А была бы она француженкой… Жан-Поль вздохнул, войдя по щиколотки в воду. Эх, была бы она француженкой, ее интересовали бы другие удовольствия. Была бы она француженкой, какое чудесное купание они бы устроили сейчас! Француженка не только не зудела бы весь вечер о купальнике, она бы даже попросила его помочь ей раздеться и…
Жан-Поль вошел в теплый океан, предпочитая не домысливать, что было бы, если бы Лесли была француженкой.
Как только Лесли вошла в рощу, ее порыв к независимости угас. Роща стояла перед ней непроходимой стеной кромешного мрака. Луна еще не взошла, и только кое-где, сквозь высокие кроны кокосовых пальм, проглядывали тускло мерцающие звезды.
- Черт, он был прав, - пробурчала она себе под нос. - В этой роще без фонарика придется идти на ощупь.
Но обратного пути нет, продолжала она мысленно подкачивать свою обмякшую самоуверенность. Если она вернется к Жан-Полю, это будет означать, что она отныне позволяет ему контролировать каждый ее шаг. Она попадет в ловушку. Мужчинам нравится, когда женщины зависят от них и нуждаются в их помощи. Но Лесли пока еще не нашла того мужчину, которому она готова доверить свои слабости.
Итак, вперед!
Первые шаги были истинной мукой. Она шла, сначала стопой ощупывая землю, и только потом решаясь сделать шаг. Кочек и впадин под ногами оказалось в сто раз больше, чем когда она шла через рощу с Жан-Полем при свете дня.
Лесли чертыхалась, молилась, но шла, то поднимаясь на кочки, то спускаясь в ямки. И с каждым шагом у нее это получалось смелее и увереннее.
Так она прошла приблизительно треть рощи, когда неожиданно из-за ее спины выстрелил луч фонарика и принялся гулять по стволам пальм. Наконец-то она не одна в этой мрачной роще! То ли ее молитвы, то ли проклятия были услышаны.
Лесли остановилась у пальмы и стала ждать появления несущего свет.
Нет, у нее и в мыслях не было, что в этом райском уголке Земли кому-то захочется обидеть ее.
Дождавшись, пока луч перестал гулять и выпрямился, Лесли вышла ему навстречу.
- Вы? - услышала она удивленный вопрос из темноты, которая продолжала частично окутывать фигуру мужчины.
Лесли узнала его.
- Я.
- Что вы делаете здесь одна? - последовал еще более удивленный вопрос.
- Пытаюсь добраться до дома. И, похоже, с вашей помощью это будет намного проще.
- Понятно. Что ж, прошу присоединиться к моему свету. Только почему вы одна?
- Потому что я одна, - ответила Лесли.
Они медленно продолжили путь рядом, ступая на освещенную лучом ухабистую землю. Лесли заметила, что он говорил на хорошем английском со странным акцентом.
- Простите, - тихим голосом сказал он. - Это был бестактный вопрос.
- Совсем нет. Это был естественный вопрос. Меня удивляет только одно: как вы узнали меня? - Лесли пришлось поднять голову, чтобы заглянуть ему в лицо.
- Вы тоже узнали меня. - Ему пришлось слегка наклониться к ее лицу, чтобы увидеть, как блестят ее глаза. - Признаться, еще в ресторане мне показалось, что мы с вами где-то встречались.
Мне тоже, подумала Лесли. И наверняка это было в моих снах.
- У меня, видимо, слишком банальная внешность, - сказала она. - Легко перепутать с кем-то.
- Я бы сказал, наоборот, слишком необычная для американки. Вы ведь американка?
- Да. А вы?
Наконец она узнает, в какой стране так мило коверкают ее родной язык.
- А я турок, - ответил он. Лесли остановилась.
- Турок? Вы из Турции?
Он тоже остановился напротив нее и направил луч под ноги.
- Да. А почему вас это удивляет?
- Не знаю… Просто…
Держи эмоции под контролем, Лесли, сурово наказала она себе. Не вздумай делать ему комплименты.
- Я не похож на турка, вы хотите сказать? По-вашему, турок должен быть коротконогим, мускулистым, бритоголовым дикарем, размахивающим кривой саблей?