Всего за 346 руб. Купить полную версию
Был разгар короткого, но жаркого лета. Повсюду цвели цветы, росли травы, зеленел лес. Птички пели в лесу. Солнце палило вовсю, и всем хотелось искупаться в прохладной воде. Был дед Ефим, который мог присматривать за двумя маленькими детьми детсадовского возраста, и более старшие ребята во главе с Тимкой решили идти на речку, которая находилась за лесом.
Девочки, как всегда, опаздывали, и нетерпеливые мальчишки сами побежали вперёд со старым глуховатым псом Барбосом, которого не брали с собой даже пастухи. А почему назвали Барбосом, и не спрашивается теми, кто в своё время смотрел фильм с Юрием Никулиным. Он уже не годился ни на охоту, ни на дальние поездки. Барбос любил детей, повсюду гнался за ними, облизывал младшеньких, был счастлив, когда чья-то рука касалась его лохматой шкуры.
Василина с Анькой заплели свои косы: одна светленькая, другая тёмненькая. Василина была рослая, крепкая на вид девочка, а Анька была низкорослой и худенькой, поэтому казалась младше, хотя ей было уже четырнадцать лет. Девочки надели купальники, привезённые из Москвы тётей Мариной, поверх которых надели светлые, одинаковые по цвету сарафанчики с бретельками и побежали по тропинке, ведущей к реке.
Тимка, Санька и Петька уже спускались к реке, как вдруг услышали рычание Барбоса. Перед собакой стоял огромный медведь. Мальчишки обмерли от испуга. Первым опомнился Тимка. Он закричал:
Побежали!
И мальчики пустились за ним вдогонку. Задыхаясь от внезапного быстрого бега, Тимка не переставал оборачиваться. Лай собаки и рычание медведя слышались уже в некотором отдалении. Он остановился и крикнул пробегающему мимо Петьке:
Беги быстро! Пусть девчонки идут обратно! Предупреди деда и заприте дверь! Я пойду к пастухам.
Я с тобой! крикнул Санька. И они оба бросились по другой тропинке.
Петька увидел идущих девчонок и заорал:
Там медведь! Идите обратно!
Девочки недоверчиво посмотрели на него, но вид испуганного насмерть брата поверг их в ужас, и они с воплями: «Медведь! Медведь!» понеслись обратно. Они с криками прибежали на ферму, и все заперлись в доме. Дед Ефим достал ружьё.
Во дворе фермы, наверное, спасаясь от гнуса, отстал от коров бык Огонь с телятами. Людям было не до них. Бык ещё до прихода людей встал и нетерпеливо перебирал ногами, разбрасывая вокруг себя золу от пепелища: здесь люди сжигали старый засохший навоз, чтобы отогнать всякий гнус от себя и от животных. Телята тоже начали беспокоиться, мычали тоненькими беспомощными голосами.
Земля как будто содрогнулась от рёва страшного зверя, и тоненько завизжал где-то близко пёс от невыносимой боли. Дед Ефим загнал девчонок с младшими в подпол с одеялами. Подвинул туда тяжёлый сундук. Закидал туда железок. Сам устроился у окна, откуда был виден весь двор. Вынул осторожно одно нижнее стекло, высунул оттуда ружьё, подготовил патроны. Бык двинулся в лес. Там начали ломаться деревья, и рёв быка и рычание зверя внезапно прекратились. Дед Ефим прислушивался долго. Потом увидел окровавленного шатающегося быка он шёл как бы весь в огне, его красная шкура лоснилась от крови на солнце. Бык упал на две передних ноги, потом голова упала набок, и он весь перевернулся, высунув язык.
Дед не выдержал и вышел во двор, запер дверь. Подошёл к быку и постоял в некоторой задумчивости. Следы когтей зверя вызывали содрогание, бык умирал. Но Ефим перекрестился и осторожно двинулся по кровавым следам быка. Подойдя к лесу, он увидел медведя, который лежал пластом, не выдавая признаков жизни. Для острастки дед прицелился и выстрелил в голову. Огромный зверь был мёртв. Дед пошёл дальше и увидел Барбоса, с которым он охотился в последние годы. Старик погладил уже неживую голову своего любимца, и слеза скатилась по морщинистой щеке
Дети похоронили пса Барбоса на берегу речки, где он любил лежать, пока они купались. А быка Огня сожгли с почестями взрослые
2. Сказ об учителе
Жил-был в далёком-далёком якутском селе учитель. Его и селом-то назвать нельзя: это была всего одна изба. В те времена якуты жили далеко друг от друга, разбросанные по аласам и сенокосным угодьям, потому что занимались скотоводством. А зима в Якутии долгая. Восемь, а то и девять месяцев в году надо кормить скот сеном, заготовленным за короткое северное лето. А возить много сена на лошади, когда не было тракторов, было очень сложно. И вот они селились в зимнее время в тех местах, где летом косили сено и стоговали. А летом жили около пастбищ. Даже они были так далеко друг от друга, что косари оставались ночевать в зимниках вдали от семьи.
Учитель был очень-очень молодой, всего семнадцать лет. Это был жилистый, привыкший к деревенскому тяжёлому труду паренёк. Тогда было совсем мало образованных людей, и назначили его, окончившего всего семь классов, учить начальные классы. Учеников было чуть больше двадцати. Школа была открыта в доме зажиточного крестьянина, которого раскулачили и отправили в тюрьму. В те времена дома строились вместе с хлевом, чтобы лишний раз не бегать в лютый мороз, ухаживая за скотом. Да в лихие года разбойники могли увести скот, ограбить незаметно.
В дальнем углу деревянного приземистого дома стоял смазанный глиной камелёк, который освещал и грел в холодные дни. Там же готовили и еду в железных котелках. Так как в школе не было скота, в просторном хлеву стояли нары для детей, которые жили далеко от школы и не могли каждый день ходить из дома. В очень холодные дни почти все дети оставались ночевать здесь. Учитель ночевал здесь в отдельной комнате, и с ним детям было не так страшно.
Все дети любили и уважали своего молодого учителя, поэтому на уроках сидели тихо, лишь поскрипывали перья ручек или шуршали страницы книг. Они ходили с ним в ближайший лес готовить дрова для камелька, ставить силки для зайцев. Была у них старая-старая, вся побелевшая лошадка, на ней ездили за провизией и мальчишки возили дрова, лёд. Лёд растапливали, и была готова чистая вода для питья. В огромных берестяных вёдрах таял белый снег. Девочки мыли полы, рубашки мальчишек и свои платья в редкие погожие дни, готовили простую бесхитростную еду. Девочки ещё мяли шкурки зайцев и делали из них тёплые куллуку что-то похожее на кожаные носки с мехом. Куллуку были очень тёплыми, и ноги детей не мёрзли от долгого сидения за столом. Все дети были одеты в летние торбаза, и эти меховые носки были очень кстати. Всему этому учил их учитель.
Осенью ходили в лес за спелой брусникой. Когда на озёрах стал крепнуть лёд, они ещё занимались рыболовством. Учитель сходил за неводом куда-то, и они смогли выловить карасей. Учитель иногда уезжал за провизией, родители и колхоз выделяли для них еду. Еды было мало, потому что была война. Ездил учитель иногда с детьми, чтобы они могли повидаться с родными.
Однажды, когда они ехали на санях от дальнего аласа, на дороге появился огромный волк. Дети испуганно притихли. Учитель попридержал захрипевшую кобылу одной рукой, а другой достал нож, который носил всегда с собой. Волк приготовился к прыжку, блеснул нож. Опомниться не успели, как окровавленный волк уже лежал в снегу, а учитель успокаивал лошадку. Из шкуры волка девочки сшили шапку для учителя и ещё для нескольких детей.
Еды становилось с каждым холодным днём всё меньше и меньше. И однажды учитель приехал с пустыми руками. Голодные, исхудавшие дети смотрели на него с надеждой. Он лёг на свои нары и уставился в потолок. Дети стояли вокруг и смотрели на него. Он посмотрел в их глаза, сел и поманил к себе двоих более крепких и старших мальчишек. Они оделись и вышли во двор