Ковалев Валерий Николаевич - Защитник Донбасса стр 9.

 А вот и горячее,  появились в дверях Лика с Гликерией Николаевной, поставив в центр стола фаянсовую супницу, исходившую душистым паром. Ирина Павловна с женой Цивенко Жанной стали помогать, наполняя тарелки и передавая гостям.

 Что за произведение кулинарного искусства?  сделал умильную рожу Генка.

 Дагестанский хинкал,  улыбнулась Лика,  дядя Анзор научил.

Тот, подкрутив усы, многозначительно кивнул.

Под хинкал был озвучен очередной тост, а потом на террасе появились Максимка со своей подружкой и ушастый щенок немецкой овчарки. Его по просьбе сынишки родители купили у местного заводчика.

 Мама, Айк проголодался!  подбежал сынишка к Лике.  И мы тоже.

 Что будем кушать?  Она потрепала сына по вихрам.

 Арбуз!  закричала Света.

 И пирожки с компотом,  добавил приятель.

Детишек усадили за низкий столик с пуфиками в углу террасы, и вскоре те дружно уплетали заказанные лакомства. Айк, расположившись рядом, лакал розовым языком простоквашу из миски. Застолье продолжалось.

Разъехались гости вечером, когда жара спала и из сада повеяло запахом ночной фиалки. Лика с матерью отправились на кухню мыть посуду, Максимка со щенком смотрели в гостиной мультики, а тесть с зятем остались на террасе.

Тесть достал из карману пачку «Явы», вынув сигарету, протянул Найденову. Закурили.

 Ты нас с женой прости за прошлое, Максим,  Юрий Иванович глубоко затянулся,  нехорошо мы тогда поступили.

 Кто старое помянет, тому глаз долой. Не берите в голову, Юрий Иванович.

Оба замолчали, но в молчании не было неловкости. На море опускались сумерки, на дальнем мысе всплескивал лучом маяк. В связи с новосельем и приездом родни директор предоставил Найденову два дня отгулов. Их провели с толком. Посетили исторические места города, в том числе Генуэзскую крепость, и картинную галерею Айвазовского, совершили небольшой круиз на прогулочном теплоходе, вечерами купались и загорали на пляже.

Отдохнув неделю и тепло простившись, Зорины улетели в столицу. Ранним утром Максим отвез их в аэропорт. Дни потекли чередой. Максим погрузился в работу, Лика тоже.

В августе, как и обещал, приехал Бес с женой Олей, стройной симпатичной женщиной с грустными глазами, и семилетним сыном Димой. Встретили их в полдень с Генкой на вокзале.

 А Хазара почему нет?  поинтересовался Геннадий после дружеских объятий.

 Не смог,  развел Виктор руками.  Он сейчас в Алчевске на Луганщине. Восстанавливает с бригадой мартен.

 Жаль. Ну ладно, грузимся и вперед,  взял одну из сумок Генка.

Направились к стоявшему у вокзала «ягуару». Сумки поставили в багажник, уселись в салон, автомобиль вырулил с территории.

 Ну, как добрались?  обернулся назад Максим.

 Отлично,  улыбнулся Виктор.  Кстати, проезжали Крымский мост.

 И как вам?  включил поворотник Генка.

 Чудо,  сказала Оля, а Дима добавил:

 Великанский. Как в книжке про Гулливера. Взрослые рассмеялись. Миновав центр, въехали во двор дома Найденовых. Была суббота, гостей встретили Лика с сынишкой и его четвероногий друг. Перезнакомились во дворе, все вместе прошли в коттедж. Там гости умылись с дороги, а потом достали из сумок и вручили хозяевам подарок два объемистых бумажных свертка. Первый с салом, второй с домашней колбасой.

 Ой, зачем так много!  всплеснула руками Лика.

 Сала много не бывает,  развернув сверток с салом, нюхнул Генка.  Да еще такого. С прорезью и подкопченного на ржаной соломе.

 Чувствуется знаток,  шутливо толкнул его в бок Виктор.

 У ополченцев научился,  хитро подмигнул друг.

Вскоре все сидели на террасе за накрытым столом. Мужчины выпили за встречу по рюмке водки, женщины сухого шардоне, ребятишкам налили апельсинового сока. Подкрепились окрошкой, котлетами из телятины с молодым картофелем, отведали привезенных сала и колбасы. На десерт была клубника со сливками, в завершение к обеду Лика заварила зеленый чай.

Пообедав и захватив купальные принадлежности, отправились пешком на ближайший городской пляж, находившийся через две улицы. Под цветными тентами, на шезлонгах, а то и просто песке загорали отдыхающие. На мелководье в теплой воде резвилась и визжала малышня, взрослые покачивались дальше на голубых волнах. Вдали проплывал белый теплоход, в небе висели два воздушных шара с корзинами.

Отыскав свободный тент, расстелили под ним два пледа и переоделись в кабинках рядом. Первыми, радостно вопя, замелькали пятками к шуршащей пене мальчишки, Айк побежал за ними. Мамы направились следом. Их обогнал Виктор, забежав по колено в воду, нырнул вперед головой. Появился метрах в двадцати впереди, замахал саженками к буям.

Генка с Максимом, оставшись под тентом, закурили.

 А жена у Беса ничего, симпатичная,  выдул Генка вверх струйку дыма.

 Симпатичная,  согласился Максим.  Только грустная.

 А чего веселиться? У них в Донбассе война.

 Это да. Я вот не понимаю, почему до сих пор Россия его не присоединила, как Крым?

 Я тоже.

Оба замолчали, повздыхали, размышляя о превратностях политики

Блестя каплями на мускулистом торсе, подошел Виктор, уселся рядом с приятелями.

 Водичка класс! Почему не купаемся?

 Обрыдло, как икра в «Белом солнце пустыни»,  сморщил нос Генка.

Мужики заржали.

 Так ты, значит, уже капитан?  взглянул на Бессонова Максим.

 Ну да.  Отряхнув с ног песок, Бес растянулся рядом.  Командую в «Спарте» ДРГ.

 Как платят?

 Больше, чем прежде, и регулярно. Так что жить можно.

 Папа, папа!  донеслось от воды.  Смотри, как Айк плавает!

Щенок, смешно молотя лапами, резво двигался вдоль берега по воде.

 Сколько ему?  спросил Виктор Максима.

 Три месяца.

 Башковитый.

 У него родословная будь здоров. А папаша призер ряда выставок.

Накупавшись, женщины и детишки с Айком вернулись к тенту.

 Как водичка?  поинтересовался Максим.

 Во!  поднял большой палец Дима.  На все сто.

На пляже пробыли до вечера, вдоволь накупавшись и позагорав. Еще прогуляли ребятишек на верблюде, которого водил у кромки воды смуглый абориген, угостились мороженым в летнем кафе и покатались на «банане».

Когда же раскаленный шар солнца наполовину утонул в море, оделись. Прихватив вещи, вышли на набережную. Там звучала музыка, вдоль многочисленных магазинов, кафе и ресторанов, в тени деревьев гуляла публика. С набережной свернули на знакомую улицу, вскоре были дома.

Женщины занялись приготовлением салата из южных помидоров, пацаны с Айком убежали в сад. Максим же достал из холодильника кастрюлю с замоченным в маринаде шашлыком и вместе с друзьями отправился в палисадник. Там, у беседки, их ждал мангал, рядом вязанка сухих виноградных лоз. В развилке раскидистого ореха блестела связка шампуров.

 А не проще на древесном угле?  кивнул Виктор на вязанку.

 Не, командир,  повертел шеей Генка.  Лоза дает особый аромат и вкус. Оценишь.

Пока хозяин отлучился в гараж, Гена быстро разжег мангал и вместе с гостем принялся нанизывать на шампуры куски мяса.

 Баранина?

 Ага. Утром взяли на рынке у знакомого лезгина.

 Во,  вернувшись назад, поставил на стол оплетенную бутыль Максим.  Херес с нашего завода. Есть еще бочка муската, бывший хозяин подарил.

 Ну а как там у вас дела в Донбассе?  разложил Генка над малиновыми углями шашлыки.  По ящику показывают мало.

 Да что могу сказать?  уселся на скамейку Виктор.  Сидим, можно сказать, в блокаде. Укропы регулярно обстреливают из орудий с минометами. Как и прежде, отвечаем стрелковым.

 М-да,  переглянулись друзья.  Маразм крепчает.

 А предприятия как, работают?  присел рядом Найденов.

 Работают. Часть металлургических заводов, коксохимы, обогатительные фабрики и несколько шахт. Как у нас, так и в ЛНР. Только с зарплатой непонятки.

 В смысле?

 Продукция исправно отгружается, а с зарплатой регулярные перебои. Бывают месяцами.