Уразаева И. К. - Неизбранная стр 11.

Лицо Фиби побледнело.

 К чёрту. Барак, хватай Матео. Уходим отсюда!

Я вцепляюсь в руку разбойницы:

 Ты не можешь уйти! Я должна победить тебя!

Фиби грубо сбрасывает мою руку со своей, отправляя меня по спирали в дерево. И почему меня всё время толкают в деревья?!

 Ах, какая жалость,  выплёвывает она, пока я валяюсь на земле. Разбойники седлают лосей и исчезают в лесу, прихватив с собой бездыханное тело Матео.

Глава 8. Я умираю. Кто бы мог подумать?

Как только чёрные разбойничьи лоси исчезают за деревьями, я медленно поднимаюсь на ноги. Липкая тёплая кровь стекает по руке и капает с кончиков пальцев, перед глазами всё расплывается. В следующее мгновение я снова заваливаюсь на спину.

 Не волнуйся, попутчица!  воркует Фемус, поглаживая меня по плечу. Он отбрасывает палку в сторону, от волнения его уши быстро хлопают вверх и вниз.

 Подшруга тшвоя шлишком много крови потшеряла,  замечает девчушка-пленница, указывая на мою руку. Из-за сильного акцента кажется, словно она шепелявит.

У меня звенит в ушах и пульсирует в голове, когда она продолжает:

 Оцшепенела она поэтшому.

 Что же нам делать?!  Фемус срывается на крик.

Девочка поджимает челюсть. Длинные светлые волосы струятся по её плечам, выбиваясь из-под чёрной косынки. Странно. Почему она?.. Невольный крик прерывает поток мыслей. Это девочка стягивает мою руку моим же ремнём.

 Ты делаешь ей больно!  хнычет Фемус.

 Отш потшери крови штобы она умерла предшпотшитшаешь?  Фемус хмурится, но замолкает.  Тшак и думала я.

Девчушка опускается передо мной на коленки и водружает рядом небольшой котелок. Наверное, его она и бросила в Матео. Порывшись немного в котелке, она достаёт маленькую иголку и ещё какие-то принадлежности.

 Что это?!  спрашивает Фемус.

Вместо ответа девчушка снимает ремень с моей руки.

 Не шевелись.

Мягкой тряпочкой она протирает кровь вокруг пореза, а потом медленно сшивает края ранки. Это больно, но уже не так сильно, как когда нож Матео только распорол кожу. После такого кажется, можно справиться с чем угодно.

 Ух ты, её рука снова становится целой!

 Ага,  бормочет девочка. У неё большие яркие глаза, один из которых цвета лесной зелени, а второй льдисто-голубой. Мне кажется, я впервые вижу человека с такими глазами. И с такими волосами. У большинства солианцев волосы каштановые, а глаза карие. За исключением Коры. Папа говорит, это из-за её магии. То есть папа говорил. До того, как

 Готшово,  девчушка вытирает руки о край своего мехового плаща и поднимается.

 Попутчица, ты в порядке!  Фемус крепко обнимает меня.

 Ай,  жалуюсь я. Наконец он отпускает меня, и я поворачиваюсь к девочке.

 Спасибо

 Вэл.

 Спасибо за швы, Вэл.

 Меньшее этшо, што шделать могу я,  она складывает свои принадлежности обратно в котелок.

Вместо ручки в котелок продета длинная верёвка, благодаря чему Вэл легко перекидывает его через плечо, на манер сумки.

 Мешч прешде тшы в руках дершала?  спрашивает Вэл, нахмурившись.

 Ну, нет. Но в маминых историях

 Иштории это просто иштории,  огрызается Вэл.  Эффектшно появитшя прошто мало в поединке для победы.  Я пристыженно смотрю на свои ладони, покрытые грязью и мозолями. Похоже, я совсем не знаю, как правильно сражаться и побеждать. Но с чего мне начать? Никто из моих знакомых никогда не побеждал разбойников, мне не у кого просить помощи.  Поверь, ш рашбойниками этшими швяжыватша не штоит тшебе. Шлышала их тшы. По всей штране их тшонна. Ш одними швяжешьша, придётшся шо вшеми ими дело иметшь.

Она права. Я помню, как они говорили о шайках, похищающих детей по всей стране. И они даже упомянули парня по имени Костяной. Интересно

 Как думаешь, у них есть какой-то один главарь и план действий? Какая-то причина, по которой они похищают детей и жгут деревни?

 Не шнаю. И вшё равно мне,  Вэл пожимает плечами и отворачивается.  Я ухошу. Шпашибо жа шпашение.

 Ой-ой, это суперздорово!  взвизгивает Фемус, рассматривая сверкающий золотой свиток в своих руках. Я замечаю внутри чернильные наброски изящных птиц. Вэл замирает, а потом резко разворачивается.

 Моё этшо!  шипит она, выхватывая свиток у Фемуса. Засунув его в котелок, Вэл с облегчением выдыхает. Правда, ненадолго. Лось, тянущий к ней морду в попытке пожевать её волосы, заставляет её подпрыгнуть от неожиданности.  Што этшо?!

 Лось.  Я медленно поднимаюсь, стебли диких цветов колют мне лодыжки.  Будь осторожна, он знатный ворчун.

Лось кряхтит с явным неодобрением.

Вэл мотает головой, так что светлые пряди разлетаются во все стороны:

 Не лошь этшо. Большой он шлишком. И отметшины на его рогах. У лошей не бывает таких.

 У самцов бывают.

 У сшамок лосшей не  она замолкает на полуслове, глядя на свой свиток.  Похоже, жнаешь много тшы о том, обшеишвешно што?

 Конечно, поэтому оно и называется общеизвестным. Потому что все об этом знают.

 А я довольно много знаю о лесе!  подмечает Фемус, в очередной раз опускаясь на траву. Он переходит с места на место, обрывая цветы.

 Я думала, ты не знаешь, что такое листья,  ворчу я.

Фемус пожимает плечами:

 Зато я знаю, что находится под лесом. Это в десять раз важнее.

Я сощуриваюсь. Интересно, о чём он говорит?

Вэл прикусывает щёку:

 Помошь нушна тшебе мошет? В поишке ражбойников этших?

 Вторая попутчица!  От радости Фемус роняет все свои цветы. Лось же презрительно фыркает, сощурившись на Вэл.

 Не торопишь. Я шпрашиваю у неё.  Ледяной взгляд Вэл словно проникает мне в душу.  Помошь нужна?

Нужна ли? Если разбойники хорошо организованны и их гораздо больше, чем в ночь нападения на Валенд, было бы глупо отказываться. Кроме того, в компании с Фемусом мне пригодится кто-то здравомыслящий, чтобы не сойти с ума. Я пожимаю плечами:

 Помощь не повредит. Но объясни, почему ты передумала уходить?

Она разворачивает свиток. От него пахнет пылью и высохшими чернилами. Бледным пальцем она указывает на изображение размашистый рисунок птицы, летящей по небу. На кончиках её крыльев пляшет огонь, а голова устремлена ввысь, словно смертоносная стрела. Вокруг птицы надписи, которые я не могу прочитать. Я бросаю взгляд на Вэл. Наверное, она очень хорошо образованна. Совсем как Кора.

 Что это за птица?  спрашиваю я.

 Феникш этшо. Ражышкатшь его мне нушно. Но нешнакомы мешные края мне,  она кивает на лес.

Я хмурюсь:

 Как и мне. Не уверена, что я смогу провести тебя, куда нужно.

Вэл долго смотрит на свиток, перечитывая надписи в нём, и после качает головой:

 Не тшолько леш, но и деревни. Кто-то мне нушен, кто шнает вдоль и поперёк деревни.

Минуточку, почему ей не знакомы солианские деревни? И тут я понимаю. Ну конечно!

 Ты из Эвина, верно?  Моё сердце заходится от радости. Она из Эвина и хочет мне помочь. Это просто прекрасно!

 Ну  Вэл отшагивает назад.

Фемус выпрыгивает из травы, разбрасывая вокруг себя комки грязи. И Вэл отшагивает ещё.

 Ты из Эвина! Это вполне логично. У тебя светлые волосы, яркие глаза и акцент. И ты не знаешь ничего о Солии. Зато умеешь читать и разбираешься в лекарских штучках,  тараторю я.  Ты учишься в одной из этих престижных школ Эвина, так? В одной из тех, куда принимают одарённых детей, вроде Коры.  В одной из тех, куда Хорхе подавал заявление год назад.

Вэл упирается спиной в дерево.

 Верно,  энергично кивает она.  Мне, кхм, феникша нушно ражышкать, штоб шдать экшамен выпушкной.

 Экзамен?  хором спрашиваем мы с Фемусом, наклоняя головы.

 Тешт большой такой. Шдать ешли его, то жакончишь школу,  объясняет она.

 Значит, тебе нужно найти феникса,  подвожу я итог.  И теперь, когда ты вынуждена путешествовать по Солии в одиночку, ты понятия не имеешь, как тут всё устроено, потому что всё своё детство провела в школе. Даже не знаешь, что такое лось!

 Верно.  Её лицо раскраснелось.

Я хватаю Вэл за плечи и трясу:

 Это же потрясающе! Мой друг рассказывал мне об этих школах. Там учат практически всему: биться на мечах, стрелять из лука, даже лечить людей. Ты именно та, кто мне нужен!  Фемус радостно хлопает в ладоши рядом со мной.  Ты научишь меня сражаться с разбойниками, а я помогу тебе найти феникса, а Фемус сможет пообщаться с человеком из Эвина. Я уверена, ты знаешь, как делать потрясающие стулья!