- К сожалению, ты должна понимать, что я не имею права делиться с тобой всей информацией, тем более той, которая имеет исключительную важность, пока мы не придем к какому-нибудь компромиссу.
- Разумеется. Расскажи мне, почему "Валерио инкорпорейтед" вообще должно интересовать ваше предложение возобновить совместный бизнес. Последний раз, когда мы сотрудничали, твой дед стал причиной того, почему мы так рано потеряли сестру Пьера-Анри. Кроме того, мой дед не получил свою долю прибыли от прошлых сделок.
В корнях вражды между семьями крылась несчастная любовь Анны Валерио к лучшему в то время другу Пьера-Анри, Лоренцо Моретти. Он женился на девушке, но брак не принес ей счастья, так как сразу после свадьбы Лоренцо словно забыл о том, что у него есть жена, продолжая ухлестывать за другими женщинами.
Так длилось три года, пока Анна не оставила его. Лоренцо осознал это только спустя полгода после ее ухода. Именно отношение Лоренцо к сестре Пьера-Анри послужило первой причиной разногласий. Анна развелась с ним, но этот поступок заставил многих друзей и близких, людей глубоко верующих, отречься от нее. Лоренцо, узнав об этом, заявил, что прекращает выпуск "Валерио родстер", поскольку не может вести дела с семьей, которая его предала. Доходами он так и не поделился. Лоренцо считал, что удел жены - слушаться своего мужа, так как мужчина всегда прав.
- Ты заставляешь Моретти почувствовать себя чуть ли не Макиавелли. Конечно же, мы не такие ужасные.
- Верю тебе на слово, но боюсь, что остальным этого покажется недостаточно. Мне нужны факты.
- Как насчет того, что "Валерио инкорпорейтед" за последние двадцать лет не представила ничего нового и революционного на автомобильном рынке?
- Этот факт нам известен, - сухо откликнулась Натали.
- Не думаю, что вас это радует, иначе наша встреча не состоялась бы. В прошлом наши семьи расстались врагами. Нам выпал шанс похоронить все давние разногласия и претензии друг к другу и начать писать новую общую историю.
В этот прохладный весенний вечер Милан был по-прежнему оживлен. Оказавшись на улице, Антонио с удовольствием вдохнул свежий воздух и повел Натали к центру города, на пьяцца дель Дуомо.
Он знал, что необходимо заставить семью Валерио забыть то, что когда-то натворил его дед.
Если это ему удастся, то столь необходимый "Моретти моторз" контракт будет подписан. Начать налаживание отношений Тони решил именно с этой площади.
- Зачем ты привел меня сюда? - спросила Натали. У нее был слегка усталый и недоверчивый вид.
Антонио надеялся обернуть это в свою пользу.
- Я хочу, чтобы ты поняла, почему мы в "Моретти моторз" ценим историю.
- Я знаю, что отец не любит вашу семью, но, думаю, это лишь старая привычка, которую он унаследовал от деда. А привычки, как известно, очень живучи, - заметила женщина.
Натали слегка наклонила голову, и ее золотисто-рыжеватые волосы рассыпались по плечам, приковывая к себе взгляд Антонио и возбуждая в нем желание прикоснуться к этому живому шелковистому водопаду.
- Пьера-Анри, в общем, можно понять, но, очерняя нашу семью, он забыл обо всем хорошем, что нас связывало.
- Мне это не очень-то интересно, если честно. - Натали вздохнула. - И вообще я не понимаю, чего ты хочешь добиться. Неужели ты думаешь, это как-то повлияет на наше решение?
Антонио посмотрел на Натали, освещенную светом фонарей, и понял, что в любом случае хотел бы рассказать ей о своей семье. Должно быть, и она как дед и отец, считает всю его семью не заслуживающей ни единого доброго слова. Он просто обязан хотя бы попытаться изменить ее мнение в лучшую сторону.
- Когда я был мальчишкой и приезжал к деду в Милан, он каждый день ходил в тот собор. - Антонио кивнул в направлении храма. - Живя здесь, он не пропустил ни дня.
- Мой дед был таким же. Он говорил, что обязательно просит Бога благословить его и оберегать во время гонки, - сказала Натали.
Антонио улыбнулся про себя. Дед Лоренцо говорил ему, что Пьер-Анри был очень верующим человеком. Это было одно из немногочисленных качеств Пьера-Анри Валерио, которые его дед высоко ценил. Лоренцо Моретти с раннего детства верил в то, что Господь постоянно наблюдает за ним сверху, и поэтому, садясь в свою гоночную машину, он никогда не боялся, что с ним может что-нибудь произойти. Это наивная уверенность тем не менее позволяла ему творить на трассе самые безрассудные вещи.
- Вот видишь, у наших дедов было еще кое-что общее, помимо страсти к гонкам.
- Это что, довод, чтобы склонить нас к компромиссу?
- Так как ты объявила войну, я просто не имею права отказываться от даже самых незначительных вещей, которые в состоянии помочь компании.
- Странно только, что ты так сильно этого желаешь, - задумчиво протянула Натали. - Ведь ты же сам утверждал, что вам ничего не стоит переименовать новую модель.
- Ну, не то чтобы не совсем... Основная причина кроется в том, что "Валерио родстер" попрежнему чрезвычайно ценится настоящими коллекционерами по всему миру. А уж сейчас, когда нам удалось совместить легендарный дизайн спортивных машин прошлого, который наши деды разработали вместе, с современными достижениями, ей просто цены не будет.
- То есть иными словами, мы все-таки нужны "Моретти моторз".
- Возможно.
Антонио взял Натали за руку и потянул ее за собой к собору.
- Ты знаешь, что этот храм так до конца и не был достроен?
- Нет, - покачала головой Натали. - Я вообще мало что знаю о нем.
- Хотя его история очень интересна, я не буду ее тебе сейчас рассказывать. Хочу лишь заметить, что в нем постоянно идут работы, и вид часто меняется. Думаю, он никогда не будет закончен, потому что архитекторам всегда кажется, что какую-то часть можно усовершенствовать и еще больше подчеркнуть общую красоту строения. Точно так же и мы никогда не думаем, что вот наконец-то достигли совершенства. Нет, всегда найдется что-нибудь, какая-то деталь, которую можно улучшить. Гонки - это скорость не только на трассе. Наш бизнес сам по себе вечная гонка, и удержаться в группе лидеров задача непростая, но очень и очень увлекательная. Скучно с нами не будет. Мы предлагаем вам, Натали, а также вашим инвесторам принять в ней участие и вместе с нами не просто стремиться к будущему, но и строить его своими руками.
- Ты замечательный оратор, Антонио. Тебе известно об этом? - сказала Натали, освобождая свою руку.
- Да, - ответил он с улыбкой. - Думаю, такое качество должно тебе нравиться.
- Мне нравится в тебе не только это, Антонио, но это не означает, что Валерио хотят снова сотрудничать с "Моретти моторз".
- Почему нет?
Натали подошла ближе к входу в церковь. Статуи, стоящие по периметру, словно взирали на них сверху.
Эта церковь была известна во всем мире - вторая по величине после базилики Святого Петра в Риме. Каждый католик Милана гордился ею, и Антонио, пользуясь случаем, произнес про себя короткую молитву, чтобы Господь помог им решить их проблему.
- Дедушка часто говорил, что Лоренцо был способен заговорить зубы кому угодно и склонить на свою сторону даже врага, - заметила Натали. - Теперь я понимаю, что он имел в виду. Дар красноречия тебе, должно быть, достался от твоего деда.
- Тебе нужно познакомиться с моим отцом.
- Значит, не только ты обладаешь этим даром? А тебе известны таланты семьи Валерио?
- Ум и необыкновенная способность ездить невероятно быстро, - сказал Антонио.
- А также смотреть вглубь.
- Конечно, смотри, Натали, - предложил Антонио. - Ты не увидишь ничего, кроме правды и искренности. Все в "Моретти моторз" заинтересованы в росте и развитии обеих компаний. Мы хотим, чтобы и ваши, и наши имена остались в истории.
- Картина, которую ты только что нарисовал, очень даже симпатична. Я бы даже сказала, она так же красива, как этот готический собор, но кто знает, какие тайны скрывают его молчаливые стены? Поэтому прости, Антонио, но я не очень-то тебе верю.
- Даже после того, как я выложил все карты на стол? - поднял брови Тони.
- И в этом у меня тоже есть сомнения. Ты не новичок в бизнесе, и я не сомневаюсь, что ты припрятал что-нибудь про запас.
Антонио откинул голову назад и рассмеялся.
- Ну, допустим, одну-две карты я действительно припрятал.
- Как и я, - кивнула Натали. - И сегодня я не собираюсь вносить ничего нового в наше предложение, о котором сообщила еще в конференц-зале. Мое мнение таково: мы не достигнем никакого соглашения, потому что между нашими семьями стоит стена.
- Но не между нами, - возразил Антонио. - Что нам делить и из-за чего спорить? Мы в первый раз в жизни увидели друг друга. И ты, и я понимаем, что на свете существует не только борьба.
- Ты думаешь?
- Уверен. - Антонио обнял Натали. - Ночь только начинается. Мы оба молоды и хотим взять от жизни все, что сможем. Такой случай нельзя упускать.