Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Один из самых ярких трендов последнего десятилетия это движение в сторону социальной экономики. Похоже, что этот новый взгляд на экономику объединяет развитые и развивающиеся страны, левых и правых, либералов и консерваторов, частный и общественный сектор. Как вы считаете, насколько жизнеспособна эта система и можно ли говорить о светлом будущем социальной экономики?
Самой успешной политико-экономической системой XX века была социал-демократия, особенно в том виде, как она реализована в Скандинавии. Централизованное планирование не привело к успеху, но и англо-саксонская модель неолиберализма тоже находится в глубоком кризисе. Тем не менее, в XXI веке этика социал-демократии одновременно вызывает восхищение и находится под угрозой. Неравенство растет, особенно в США. Политическая система Америки находится в руках корпоративных лоббистов. У нас нет принятой глобальной модели. Китай стремительно достиг успеха в экономическом развитии, но тоже столкнулся с ростом неравенства и потому теперь экспериментирует с концепцией «всеобщего процветания». Я склонен поддерживать концепцию устойчивого развития, включающую в себя слияние четырех ключевых идей: 1) экономическое благополучие, основанное на внедрении навыков и технологий; 2) социальная справедливость, обеспеченная всеобщим доступом к общественным услугам, качественному образованию и распределению бюджетных средств; 3) экологическая устойчивость, в первую очередь направленная на сохранение климата, резкое снижение загрязнения окружающей среды и сохранение биоразнообразия; 4) глобальное сотрудничество в соответствии с Уставом ООН и многополярная мировая политика.
В продолжение темы: можем ли мы говорить о том, что противостояние между коммерческим и некоммерческим, государственным и негосударственным в будущем исчезнет, а в центре внимания окажется «общественное благо», достигаемое через индивидуальное благо и благополучие всей планеты?
Экономика будет смешанная, с отдельными секторами (коммерческий, некоммерческий, государственный, волонтерский, сектор сообщества и другие). Коммерческая составляющая не исчезнет и не должна исчезнуть, но она не будет подминать под себя всю экономику.
Какую роль вы отводите некоммерческим организациям (НКО) в продвижении устойчивого развития? И могут ли они эффективно работать с правительствами и другими заинтересованными сторонами для достижения положительных результатов?
НКО, если они действительно являются негосударственными, могут обеспечивать защиту прав человека, образование, занятость, волонтерскую деятельность, поддерживать культуру и человеческие отношения способами, недоступными государственным и коммерческим организациям.
Каков ваш прогноз, долго ли сохранится тренд на привлечение человека в качестве субъекта развития собственных территорий? Тренд, активирующий власть сообщества, и представленный на сегодня в парадигме инициативного бюджетирования, программах развития сельских районов по образцу южнокорейского «Движения за новую деревню» и других. Идея «субсидиарности» подчеркивает, что мы живем в пересекающихся сферах сотрудничества: семья, район, сообщество, город, государство, нация, континент, весь мир. Разные части нашей жизни естественным образом функционируют на разных уровнях взаимодействия. Некоторые на уровне семьи или района, а некоторые на глобальном мировом уровне. Конечно, многое происходит на уровне сообщества. Мы живем в сообществах. Но существуют и вопросы (например, глобальное изменение климата, защита биоразнообразия, загрязнение окружающей среды, миграция, войны и мир), которые необходимо решать на более высоких уровнях сотрудничества.
А какой вы видите роль сообществ в преобразовании городов в рамках трансформаций, направленных на достижение целей устойчивого развития?
К 2050 году 70 % человечества будет жить в городах. Мы стали урбанизированным видом. Это огромное изменение для человечества. Вплоть до XIX века на протяжении всей своей истории 90 % населения Земли жило в сельских районах[5]. Наладить эффективное устройство городов грандиозная задача: создать системы здравоохранения, образования, безопасности, обеспечить рабочие места, производства, удовлетворить культурные потребности. Города по всему миру принимают повестку ЦУР и перенаправляют свой курс на устойчивое развитие. Появляется запрос на новые методы государственного финансирования, чтобы городские власти имели средства для инвестиций в необходимые городу проекты. Это сложная задача и уникальная возможность улучшить качество жизни большей части человечества в обозримом будущем.
Как вы относитесь к феномену социального предпринимательства? Стоит ли брать его с собой в будущее и каков его потенциал для позитивных изменений?
Если мы будем действовать с умом, то развитие технологий позволит нам вкладывать больше личных усилий в волонтерскую деятельность, семью и комьюнити, а также заниматься решением местных проблем. Если отвечать коротко, то социальное предпринимательство должно взять на себя более важную роль в обществе, отчасти и потому, что базовые потребности (еда, вода, жилье и т. д.) уже удовлетворены за счет технологических решений и разумной государственной политики.
Как вы считаете, сможет ли развитие технологий (в том числе искусственный интеллект, развитие которого часто называют новой технологической революцией) стать фактором развития экономики и устранения неравенства в мире?
Цифровая революция, включая искусственный интеллект, робототехнику, передовые биотехнологии, суперкомпьютеры, 5G (и более поздние поколения цифровой связи) и другие технологии, может привести к быстрому улучшению благосостояния. Но при неправильном использовании она же может привести к реализации наших самых страшных кошмаров: эти технологии могут быть использованы для создания новых видов вооружения, ведения биологической войны, уничтожения конфиденциальности, распространения фейковых новостей и многого другого. Технологии сейчас намного умнее и развиваются намного быстрее, чем политические системы, которые должны найти способы регулировать их использование. Такое положение дел существует с момента наступления ядерной эпохи. Нам еще только предстоит научиться управлять передовыми технологиями. Искусственный интеллект должен быть в руках общества, а не военной промышленности. Но увы, мы все дальше уходим от реальных потребностей, от решения конкретных проблем.
Дождется ли мир конца бедности? И если да, то когда, при каких условиях и кто будет стоять во главе этих изменений? Мы располагаем технологическими и экономическими возможностями для того, чтобы покончить с бедностью. И располагаем мы ими в течение последних двадцати лет. Однако возможностями этими мы не пользуемся. Богатые оказались слишком жадными и недальновидными, а политики предпочли войну устойчивому развитию. Первой же целью устойчивого развития (ЦУР 1) мы ставили ликвидацию нищеты. Если бы мы сосредоточились на этой цели, а не на геополитической конкуренции и войне, то обнаружили бы, что конец бедности вполне достижим.
Наталья Гладких
Главный редактор журнала «Позитивные изменения»
We Have the Technological and Economic Means to End Poverty. Interview with Professor Jeffrey Sachs