Всего за 159 руб. Купить полную версию
Вот такая была занимательная история, сынок, потрепал парня по плечу старый морской волк. Как? Интересно?
Очень, умилился выпускник, а Александр Иванович до слез смеялся.
На следующий день после этого разговора Максим отослал в Морской корпус документы. Спустя еще два дня директор вместе с выпускниками на служебной «Газели» отправился в администрацию Балашихи.
Там в одном из кабинетов каждому выдали свидетельство о праве собственности на жилье, заставив расписаться.
Но когда поехали по адресу, указанному в свидетельстве, то обнаружили, что это были комнаты в общежитии одной из фабрик на городской окраине. Каждая по пятнадцать квадратных метров, а кухня, умывальник и туалет общие на всех на этаже.
Какое же это благоустроенное жилье? возмутился Муравин.
Поехали обратно. Однако чиновники городской администрации заявили, что другого жилья у города для детдомовских нет, и предложили или брать, что дают, или писать отказы. Писать отказные бумаги никто, конечно же, не стал, ребята были рады и такому. Не на улице же жить
Вернулись снова, каждый получил у коменданта ключи от своей комнаты. Максиму досталась угловая. С выходящим в парк окном, одинокой лампочкой на потолке и выцветшими обоями.
Главное, своя, запер на ключ дверь, а не общая спальня.
Он хотел сразу начать ремонт на те деньги, что выдали выпускникам в качестве подъемных, но Рыбаков отговорил.
Съездишь в Питер, а там будет видно.
Через две недели пришел вызов из Морского корпуса. Проезд до места поступления и обратно у Макса был льготный. К имевшейся сумме Александр Иванович добавил еще пять тысяч, сказав: «Вернешь, когда сможешь». А утром отвез на своей «Ниве» в столицу. Прямо на Ленинградский вокзал. Там посадил на поезд, крепко пожал руку, скупо пожелал «ни пуха ни пера» и растворился среди провожавших.
Соседями по плацкарту оказались преклонных лет пара, симпатичная девушка и братковского вида рыжий парень, с синими наколками на пальцах и золотой цепью на бычьей шее. Года на четыре старше Макса.
Куда едете, молодой человек, если не секрет? поинтересовался пожилой мужчина, когда поезд тронулся.
Не секрет. В Санкт-Петербург. Поступать в Морской корпус.
Ясно. А мы с женой до Бологого, домой возвращаемся. Навещали сына.
Познакомились мужчину звали Павел Алексеевич, его жену Татьяна Степановна.
Девушка на боковом месте читала книгу, ее сосед тупо пялился в окно.
Через полчаса проводник стал разносить по вагону чай. Все взяли по стакану, Максим тоже. Чай был с лимоном, такой Максим пил впервые, вкусный, ему понравилось.
Помои, прихлебнув из своего стакана, скривился рыжий. Эй, мужик, где тут у вас кабак? обернулся к проходящему проводнику.
В последнем вагоне, на ходу, неся очередные заказы, сказал тот.
Слышь, фифа, пойдем со мной. Угощаю, наклонился к соседке.
Благодарю, мне не надо. Она на секунду подняла от книги глаза.
Ну, на нет и суда нет, ухмыльнулся татуированный и не спеша покинул отсек.
Спустя час вернулся навеселе. Плюхнулся на свое место, сыто рыгнул и потянул из рук девушки книгу.
Что читаешь?
Отстаньте. Как вам не стыдно, не отдала та.
Молодой человек, нехорошо. Ведите себя культурно, приподнялся Павел Алексеевич, а его жена укоризненно покачала головой.
Ша! презрительно оглядел. А ты чего зыркаешь? ощерился на Максима.
Кончай бузить, а то будет плохо, сдвинул брови.
Это ты мне?
Тебе.
Ну, тогда давай выйдем, процедил сквозь зубы браток.
Молодой человек, не связывайтесь. Он же пьян, вмешалась Татьяна Степановна.
Рыжий между тем встал и сделал приглашающий жест рукой. Максим встал и вышел в проход, следом за ним по качающемуся вагону пошел дуэлянт.
Ну что, с-сука? Как только они оказались в пустом тамбуре, браток замахнулся, очевидно решив для начала мазнуть дерзкого пацана ладонью по лицу. Не успел, сразу получив апперкот в челюсть и боковой по корпусу.
Больше так не делай, наклонился над упавшим Максим.
Прикрыв дверь, вышел из тамбура.
Все нормально, сказал он соседям, вернувшись, и сел на свое место.
Минут через пять, кривясь от боли, появился блатной. Снял с грузовой полки свою сумку и прохрипел, обращаясь к Максиму:
Мы еще встретимся.
Как скажешь, равнодушно пожал Найденов плечами.
Повесив сумку на плечо, рыжий молча двинулся по проходу.
Быстро ты с ним, улыбнулся пожилой сосед. Повоспитывал?
Немного. Он взглянул на девушку. Она внимательно смотрела на него, отложив в сторону книгу.
Спасибо вам, сказала она, встретившись с Максимом взглядом. Не люблю хамов. Лика Зорина, представилась попутчикам.
А давайте-ка вместе перекусим, предложил Павел Алексеевич. Танюша, что там у нас есть? Доставай.
На столике, застеленном салфеткой, поочередно возникли жареная курица, пупырчатые огурцы, сыр и московский батон в нарезке. Лика добавила бутерброды с колбасой, пару яблок и оранжевый апельсин.
А у меня вот Максим достал из сумки пакет с беляшами, которые в дорогу дал Анзор. Жаль, остыли.
С шутками и веселым смехом вместе пообедали, заказав еще чаю. Затем чета прилегла на нижних полках отдохнуть, а молодые уселись за столик у противоположного окна.
Интересное у тебя имя, сказал Максим. Никогда такого не слышал.
Если полностью, Анжелика, улыбнулась девушка. Это меня мама так назвала.
Разговорились. Лика возвращалась из Москвы, где гостила у бабушки, в Питер. Была коренной ленинградкой, училась в Санкт-Петербургском университете на юриста.
А ты, значит, едешь поступать в Морской корпус? взглянула на Макса карими глазами.
Ну да. Еду. Хочу быть военным моряком.
А я знаю, где он расположен. Это недалеко от Большого проспекта. Я там живу вместе с родителями.
Проехали половину пути, распрощавшись с приятными попутчиками, пожилая чета, прихватив вещи, вышла на станции Бологое. На их места сели новые пассажиры. Поскольку рыжий так и не вернулся, Максим пересел на боковую полку, разговор продолжился.
Лика ему все больше нравилась. Невысокая, с миловидным живым лицом и стройной фигуркой. В детдоме на девчонок он особо не заглядывался. Общался в основном с мальчишками, да и времени не хватало.
Когда на следующее утро поезд втягивался на перрон Московского вокзала, они были друзьями. Девушка рассказала, что мечтает работать в прокуратуре, как отец, а Максим сказал, что он детдомовец.
Ну и что? пожала плечиками. Папа тоже рос без родителей, они погибли в тайге. Были геологами.
Лязгнув сцепками, состав остановился. Проводники, открыв двери, опустили подножки и пригласили пассажиров к выходу.
Ты в Питере раньше бывал? спросила Лика, когда они спустились на людную платформу.
Никогда, повертел головой Макс, поправив на плече сумку. Только в Москве, да и то не часто.
В таком случае провожу тебя до места, весело стрельнула глазами девушка. Мне не трудно.
Ну, если не трудно, проводи, с удовольствием согласился Максим.
Они нырнули в ближайшую станцию метро, спустились по эскалатору вниз, доехали до станции «Василеостровская», оставшуюся часть пути Лика предложила пройти по улице. Они вышли на поверхность и примерно километр прошли до набережной. Максим видел, конечно, картинки. Но картинки не передавали даже малой доли того впечатления, которое производила Нева с ее гранитными набережными. Максим вертел головой по сторонам, пытаясь разглядеть все сразу: затейливую архитектуру старинных зданий, золотые купола высокого храма и скользящие по фарватеру прогулочные суда.
А вот и Морской корпус, показала Лика на длинное в три этажа оранжевого цвета здание с колоннами в центральной части, выходящее фасадом на набережную. Вверху, на башенке, реял Андреевский флаг.