Всего за 249 руб. Купить полную версию
Но когда песню предложили исполнить популярному певцу Марку Беренсу, то он возмутился: «Ну что это за песня, которая слышится и не слышится? А речка то движется, то не движется?» А от слов «Что ж ты милая смотришь искоса, низко голову наклоня?» он просто расхохотался и сказал: «Ну ребята, я бы от такого взгляда девушки тоже онемел!»
В общем, не повезло песне с исполнителем. Никто не брался ее лечить после такого диагноза. В итоге ее исполнил не певец, а актер театра Владимир Трошин.
Фильм популярности не обрел. Но фонограмму однажды прокрутили по радио для заполнения неловкой паузы. И пошли письма слушателей! Радиокомитет был просто завален тюками и пачками просьб повторить песню про речку из лунного серебра. После первого повтора, объем заказов утроился.
И уже только после этого «Подмосковные вечера» в 1957 году стала торжественной песней Московского фестиваля молодежи и студентов! А потом пошли премии и даже международное признание. А первые такты песни надолго стали позывным радио «Маяк» и даже вошли в книгу рекордов Гиннеса, как самые долгозвучащие позывные.
Чем же так зацепили слова песни слушателей всего мира? А давайте посмотрим:
Не слышны в саду даже шорохи,
Всё здесь замерло до утра.
Eсли б знали вы, как мне дороги
Подмосковные вечера.
Eсли б знали вы, как мне дороги
Подмосковные вечера.
Речка движется и не движется,
Вся из лунного серебра.
Песня слышится и не слышится
В эти тихие вечера.
Песня слышится и не слышится
В эти тихие вечера.
Что ж бы, милая, смотришь искоса,
Низко голову наклоня?
Трудно высказать и не высказать
Всё, что на сердце у меня.
Трудно высказать и не высказать
Всё, что на сердце у меня.
А рассвет уже всё заметнее.
Так, пожалуйста, будь добра.
Не забудь и ты эти летние
Подмосковные вечера.
Не забудь и ты эти летние
Подмосковные вечера.
Если вы вспомните предыдущую главу, то легко заметите, что слова этой песни на 90% можно «класть в тачку»! В ней отсутствуют такие заезженные темы, как «я люблю», «ты бросила», «он страдает», «Ильич, комсомол и весна». Зато весь текст полон образов, которые легко вспоминаются любым слушателем. Вполне естественно, что эти образы легко запомнились. А уж на контрасте с остальными текстами они просто гарантировано заставили слушателей сопереживать.
Кстати, таким же феноменом обладают и всплывающие из памяти куски шлягеров 80-90-х годов. Такие, как «Твоя вишневая девятка меня совсем с ума свела..» или «Три кусочека колбаски у тебя лежали на столе». А можно и военные песни привести примером. Когда слышишь «Бьется в тесной печурке огонь. На поленьях смола, как слеза.» То все сразу всплывает картинкой. Или «Синенький скромный платочек падал с опущенных плеч». И ведь эти песни не звучали на идеологических тусовках, но у костра или в теплой компании сразу приходили на ум.
Так какой вывод можно сделать из такой истории песни? Какой вывод какой вывод?! Да такой, что нужно срочно учиться искать конкретные образы, тренироваться заменять абстрактные рассуждения на конкретные примеры из жизни. В этом смысле очень хорошо помогает метод рассказа анекдотов. Талантливые учителя часто имеют большой багаж готовых рассказов из жизни и это с, одной стороны, облегчает задачу удержания внимания, а с другой стороны гарантирует то, что твои доводы запомнятся дольше и глубже.
Его величество глагол.
Умение описывать окружающие предметы это только первый этап. Кроме предметов нужно говорить и о действии. Ведь недаром в школе нам настойчиво прививают привычку искать подлежащее и сказуемое. А остальные члены предложения считаются менее важными. На самом деле в этом правиле о подлежащем и сказуемом заложена очень интересная и важная идея. Ведь сказуемое говорит о том, как происходит движение слова, вокруг которого строится все остальное предложение. Можно много перечислять предметы, которые вас окружают, но жизнь начинается тогда, когда появляется глагол. Движение это жизнь, и без глагола предложение становится мертвым.
Сравните два предложения: «Кошка» и «Кошка сидит на диване». Первое звучит, как предупреждение. И не больше. Простое привлечение внимания. А вот второе предложение уже дает полноценный образ. И дело даже не в том, что кроме кошки в этот образ помещается диван, а в том, что кошка обретает самостоятельность. Она оживает. И хотя она пока сидит без движения, но сразу чувствуется, что она способна что-то делать по своему решению. Может через секунду она поднимется и пойдет на кухню. Образ живет.
В хороших боевиках кадры идут один за другим, и постоянная смена обстановки заставляет зрителя каждую секунду ожидать изменения. Даже просто движущаяся картинка заметно больше затягивает внимание. Это вполне логично, ведь у всех животных движущиеся образы гораздо быстрее вызывают реакцию, чем просто статичная картинка. Что делает суслик, чтобы спрятаться? Он замирает. Становится неподвижным. Простое прекращение движения дает хорошую маскировку. В речи все точно также.
Почему это так? Когда вы слышите название какого-то предмета, то память вытаскивает кусок опыта. Это так даже если вы этого уже не чувствуете. А что происходит, когда вы слышите глагол? Чтобы почувствовать действие тело должно вспомнить собственное движение. Получается, что на существительном просто идет активация памяти, а на глаголе вы уже сопереживаете. Глагол активирует «зеркальные нейроны» гораздо сильнее. Именно поэтому, если вы хотите, чтобы человек легче согласился на ваше предложение, то глаголов в вашей речи должно быть больше!
Итак, полезный навык! Если вы говорите предложениями, где есть и подлежащее, и сказуемое, и дополнение, и определение, то воспринимать вас будут хуже, чем если бы вы ограничились одним подлежащим и сказуемым. В коротком варианте действия пропорционально больше.
Недаром в приказном варианте предложение чаще всего уменьшается до одного глагола. «Стоять»! «Молчать»! При чем «Бегом марш»! или «Кругом»! сильно проигрывают в исполняемости одному глаголу. Казалось бы, чем больше объяснишь человеку, тем лучше он поймет и сделает. Однако, если задача состоит в том, чтобы человек выполнил приказ, то лучше работают глаголы. Помните, чтобы мозгу осознать существительное, нужно работать с памятью, а глаголы заставляют тело снова прожить действие. Мозг даже не успеет включиться. Лучшая стратегия!
По традиции давайте проверим на опыте, переделав один текст из другого.
Хотелось бы обратиться к вам за советами по поводу усвоения марксизма-ленинизма и диаматического метода мышления. В вашей статье «Что бы поделать?» дается ответ на то, с чего вообще начинать. Однако не будет ли продуктивно попытаться человеку, который был знаком с марксизмом на очень поверхностном уровне, проштудировать сначала именно Гегеля, не боясь трудностей, тем самым заложить фундамент для верного и успешного усвоения теоретических работ Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина? Или следует поначалу читать относительно легкие работы классиков, не обладая еще диаматическим мышлением, как многие делают, с целью правильного распознавания идеалистических хитросплетёнок в работах Гегеля в дальнейшем, а затем вернуться к классикам со «свежим» взглядом и поставить всё на ноги?
Я не фанат коммунистических идей, просто взял текст из Дзен. Чаще всего у фанатов и находятся такие тексты. Чтобы заболеть коммунизмом, нужно потерять опору в словах из опыта. Ну давайте сократим текст до глагольно- мотивированного содержания. Заменяем причастия и деепричастия на настоящие глаголы и уменьшаем описания до минимума.