Всего за 399 руб. Купить полную версию
А зачем лошади «Фанта»? спросил Булочкин.
Чтобы она блестела. Лошадей и собак перед соревнованием натирают напитками. Я об этом читал.
Где вы читали такую ерунду? спросил Колобок.
В «Медицинской газете» и в газете «День», ответил Углов.
Я вам настоятельно рекомендую читать «Огонёк» или другие более приличные издания, предложил ему Колобок.
Да при чём здесь «Фанта»?! Да при чём здесь «Медицинская газета» и прочая чепуха?! кричал Лука Лукич. Перед вами знаменитая картина художника Брюллова, Карла Павловича, «Всадница». Посмотрите внимательно. Это же просто гимн влюблённого в жизнь художника, пропетый им красоте, юности и радости жизни.
Колобок, Колбочкина и все остальные постояли пять минут, и действительно действительность показалась им значительно более интересной. Только Вася Углов ничем не наполнился, а просто сам захотел выпить стакан «Фанты».
Идём дальше, говорил ночной экскурсовод. Сейчас я вам покажу одну из своих самых любимых картин. Она называется «Московский дворик». Нарисовал её художник Поленов. Как вы думаете, образцом чего может служить этот маленький пейзаж, напоённый светом и теплом?
Этот маленький пейзаж может служить образцом бесхозяйственности в городском строительстве наших дней, сказал Углов.
Почему? в ужасе закричал Лука Лукич.
Как почему? ответил Вася. На переднем плане помойка. Значит, вывоз и уборка мусора не автоматизированы. Рядом, в антисанитарных условиях, вращаются дети. Значит, строительство детского садика ещё и не начато. А если посмотреть внимательно, что мы видим на заднем плане, напоённом воздухом и теплом?
Что? спросили Булочкин и Колбочкина.
Выстиранное бельё, которое сушится на верёвке. О чём это говорит?
О хорошей погоде, сказала Колбочкина, раз бельё сохнет.
О том, что люди живут аккуратные, сказал Булочкин.
Это говорит о том, что прачечная тоже не работает. Что она не сдана в эксплуатацию.
А что вы скажете? спросил Лука Лукич у Колобка. Вы-то, наверное, больше разбираетесь в искусстве.
Я могу сказать, что в этом районе хорошо поставлена служба наблюдения за порядком. Милиция и дружинники на высоте.
Это почему ещё? ахнул Лука Лукич.
Потому что окна в доме даже на первом этаже не обрешёчены. Значит, жуликов нет.
Да как вам не стыдно говорить об этой ерунде, когда вы видите перед собой одну из самых лучших картин Москвы. В интимно-лирической манере изображён кусочек старой Москвы с её неторопливым патриархальным укладом. Здесь есть ощущение светлой радости бытия. Солнечным светом и воздухом буквально наполнен каждый кубический сантиметр пространства. А сине-голубое небо, будто специально промытое к этому дню? Поленов работал над этой небольшой картиной около двух месяцев. А готовился к ней, как говорят в таких случаях, всю жизнь. Эх вы! А вы говорите, детский сад не построен.
И они переходили к следующему шедевру.
Что вы скажете об этой картине знаменитого художника Ге?
Эта картина знаменитого художника Ге изображает разговор большого человека, может быть, даже директора интерната, с его подчинённым, может быть, учителем младших классов, предположил Вася Углов.
Потрясающе! воскликнул Лука Лукич. А что вы можете добавить к этому блестящему наблюдению? спросил он у Булочкина.
Что разговор происходил в красном уголке, сказал Булочкин.
Почему?
Потому что скатерть красная.
А что вы скажете? спросил Лука Лукич Колбочкину.
А то и скажу, что этот директор очень похож на артиста Симонова Николая, который всегда Петра Первого в кино играл.
Уже теплее, сказал Лука Лукич. Потому что это и есть Пётр Первый. А картина называется «Пётр Первый допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе».
Я так и думал! сказал Колобок. Расскажите об этой картине поподробнее.
И Лука Лукич завёл рассказ на полночи о Петре Первом, о его неудачном сыне, об их конфликте, о побеге царевича за рубеж. И тут наступило утро, и Лука Лукич прекратил дозволенные речи. Третья ночь преступника Углова заканчивалась.
Прошёл день. Наступила четвёртая ночь. В эту ночь внимание Луки Лукича было остановлено на трёх картинах. Первая из них картина художника Максимова «Всё в прошлом». Он сказал:
Прошу высказываться.
Первым, как всегда, стал высказываться Вася Углов:
В картине художника Максимова, которую мы видим перед собой, в ярких фиолетово-розовых тонах пропет гимн пожилому возрасту в доме престарелых в светло-весеннее время. На переднем плане передний план, который изображает женщину в переднике. Это бывшая передовичка чулочной фабрики. Потому что она никак не может остановиться и до сих пор вяжет чулок.
Чудесно! Нечего сказать! воскликнул Лука Лукич. А что вы добавите? спросил он у Булочкина.
Что проживающие в доме недовольны. У них плохое настроение.
Это почему ещё?
Потому что на втором плане у них клуб на ремонте. Кино не показывают. Они скучают.
Ишь ты, скучают! сказала Колбочкина. А может быть, у них телевизор цветной всё показывает. А может быть, у них массовик-затейник из молодых, да ранний. А может быть, им художественную самодеятельность показывают, этим двум бабушкам.
Нет, сказал Колобок. Это не дом престарелых. Это старинная картина про помещиков. Тогда престарелых не было.
Шеф, спросил Булочкин, а как вы расследовали, что эта картина про помещиков?
Дом старинной архитектуры, стиля деревенского барокко. Медный самовар с серебряным кофейником, дулёвский фарфор на столе.
Почему вы видите только детали, а не видите картины в целом? Почему вы не видите настроения? закричал Лука Лукич. Ведь это картина не о кофейниках и самоварах. Это картина о прожитой жизни. О былом богатстве и беспечности, о жизни в окружении крепостных слуг и мастеров. Мы видим пожилую аристократку в чепце и длинном платье с интеллигентным и строгим лицом. А рядом с ней другую старую женщину в несколько уродливой позе. Одна из них погружена в мысли, а другая погружена в работу. А жизнь в лице зелёной травы и сиреневой сирени продолжает жить и бить ключом. Здесь налицо трагедия, а вы говорите «дом престарелых, клуб на ремонте»!
Вторая картина была «Неизвестная» художника Крамского. Об этой картине никто особенно не высказывался. Все просто смотрели на неё, выпучив глаза.
Вот это здорово! сказал Булочкин. Я бы тоже хотел быть художником!
Это зачем? удивилась Колбочкина.
Я бы нарисовал нашего шефа тоже в такой же коляске, в такой шубе и с таким же выражением лица: мол, преступники, я вас всех насквозь вижу!
А я эту девушку видел в «Огоньке», сказал Вася Углов. Я ещё тогда в «Огонёк» письмо написал: давайте переписываться, меня зовут Вася.
Ну и что? спросил Колобок.
Не ответила.
Эта картина буквально жемчужина Третьяковской галереи, сказал Лука Лукич. Многие люди едут сюда к нам из-за рубежа, чтобы посмотреть на неё. Одна эта картина сделала художника Крамского знаменитым. А ведь он написал много других шедевров. Но пора идти дальше.
Лука Лукич с трудом оторвал ночную экскурсию от «Неизвестной» и перешёл к картине художника Серова «Девочка с персиками».
Смотрите. Трудно назвать в русской и мировой живописи другое произведение, которое вызывало бы такие светлые, радостные чувства. Смуглолицая девочка-подросток с живыми глазами. За окном весенние тона. Чистый цвет, нежные переливы розовой кофточки. Всё это создает образ светлой юности. А эта девочка Вы знаете, чья она дочь?
Мне кажется, это дочь большого начальника.
Почему?
Вася Углов подошёл к картине и указал на персики:
Вот почему. Не догадываетесь?
Ни капельки! ответил Лука Лукич.
За окном весенние тона, а здесь персики. Ведь не сезон.
При чём тут персики?