Всего за 40 руб. Купить полную версию
Сейчас ее разбирала злость на Тиграна и Ашота. Как они посмели вести дела у нее за спиной? А в том, что Ашот приложил к этому руку, Кира не сомневалась. Тигран на такое бы не решился.
Кира могла немедленно вызвать Ашота и учинить разнос, но это было не продуктивно. Она не действовала на эмоциях, она загоняла их внутрь себя. Что толку, Ашот запросто объяснит, почему так поступил, да еще и в ее интересах. Он знает, что она ему не поверит, и она это знает. Зачем же тратить на все это время? Сейчас ей надо закрыть проблему не внутреннюю, а внешнюю. С Ашотом она решит все потом и в нужный момент. Сейчас важно другое. Пойманный на «горячем» Тигран будет держаться и сумеет объяснить свою непричастность к «левой» икре. Вопрос только, сколько времени он выдержит давление дознавателей? Рассказывая о грядущих неприятностях, Ткаченко имел в виду неприятности не для Тиграна, а для неё начальницы Общепита.
***
Утром следующего дня Ашот сам явился к Кире. Он приехал заранее и поджидал ее в приемной. Икорное происшествие он объяснил весьма просто: работницы открыли пару банок, а там вместо сельди оказалась икра. Ментов вызывать он не стал. Мало ли как повернется. Дело гнилое. Хотел избавиться от ненужной проблемы. Попросил Тиграна купить таких же банок, а эти, непонятные, от греха подальше, увезти с общепитовского склада.
Вас, Кира Юрьевна, утром не было. Думал, придете, я все расскажу и решим, что делать. А какой-то чушь получился, развел руками Ашот, Тиграна надо только выручить.
Я уже этим занимаюсь, Тиграном твоим, а ты адвоката подключай. Знаешь кого? Кира в упор посмотрела на Ашота, но тот легко выдержал её взгляд.
Он ведь сказал начальнице правду, события изложил правильно и слукавил лишь о мотивах. О них он высказался фразой «от греха подальше», без уточнения, чей был грех и в чем он состоял.
Я Белкину позвонил, назвал Ашот фамилию адвоката, посетовав, что жена Тиграна второй день плачет.
Белкин хороший адвокат. Но оформишь его частным образом. Пусть жена Тиграна не ревет, а сделает заявку от себя лично. Общепит в это не впутывай, строго объяснила Кира.
Зачем впутывать? Я понимаю, объяснять не надо, пожал плечами Ашот, Производство причем? Здесь личный поступок. Хорошо бы как-то с партийной стороны за человека заступиться, заискивающе посмотрел он на начальницу.
Это ты потом Тиграну расскажешь, что хорошо, а что плохо, подвела Кира итог обсуждению дел.
Конечно, обязательно расскажу. Молодой еще, опыта нет, удовлетворенно согласился Ашот, вставая из-за стола.
Ответ начальницы его вполне устроил она подключит нужные связи для спасения Тиграна.
Ашот вышел из кабинета. Адвокат Белкин поджидал его возле входа в Общепит. Сидя на пассажирском сидении Жигулей, он читал газету.
Всё для тебя договорился, втиснулся Ашот за руль Жигулей, Какой надо будет оплата, я сделаю.
У меня стандартно. Сейчас штуку, весело отреагировал Белкин, и, заметив удивление Ашота, растягивая слова, уточнил, Это еще не мне. На текущие расходы. КГБ не ментовка.
Штука с собой нет. Ехать надо. Есть половина, а время дорого, посмотрел на адвоката Ашот.
Пусть будет половина, благодушно согласился Белкин.
Ашот выдал ему заготовленную пачку денег. Белкин положил ее в кейс.
Сейчас главное, Тиграна правильно настроить. Моя работа в чем? пояснил свою мысль Белкин, Мы, адвокаты, клиенту говорим: поймали тебя на трупе с ножом в руках, а ты им: шел, споткнулся, схватился за что-то рукой. Встал труп под ногами, в руке чей-то нож.
Ашот эту шутку слышал от Белкина раз в десятый. Он лишь хмыкнул, завел машину и отъехал от здания.
Признаваться ни в чем нельзя. Пусть менты все сами доказывают, пояснил позицию Белкин.
Ашот подвез его к зданию СИЗО, тот поправил галстук и вышел из машины.
Кира же начала действовать еще вчера, сразу после встречи с Ткаченко. Партийная поддержка высокого уровня вполне могла сработать. Сила партийных боссов состояла именно в их поддержке или отсутствия оной. Себе они оставили этот важнейший рычаг управления. Получить даже самую незначительную должность без рекомендации парторганизации было невозможно. Партия или выражала доверие, или нет. К мнению партийного начальства прислушивались все.
Сама Кира не общалась с партийной элитой напрямую, хотя ее там знали. Она действовала через мужа. По долгу службы Леонид Семенович вращался в этих кругах ежедневно, и как раз этим утром он поехал в Краснодар. Там проходило заседание партхозактива своего рода посиделки краевого начальства. Проводил их Секретарь Крайкома.
Кира попросила мужа обсудить в кулуарах её проблему: мол, КГБ вмешивается в хозяйственные дела сочинского Общепита, а сейчас идет подготовка к курортному сезону. Может пострадать качество обслуживания трудящихся. Да и каким боком кормежка людей относится к госбезопасности?
Пусть ваши надавят со своей стороны. Подозрениями по факту хищений должна заниматься милиция, а не госбезопасность, пояснила задание мужу Кира.
Это понятно, не объясняй, они сами сообразят, что и как, вопросительно поднял глаза на жену Леонид Семенович, давая понять, что он должен знать сколько она заплатит старшим боссам за помощь?
Мы хорошо отблагодарим, коротко объявила Кира, но конкретную сумму взятки называть не стала.
Она никогда не делала это первой, предпочитала услышать цифру от второй стороны. Логика в этом была простой: Если она назовет слишком маленькую сумму ей откажут. Если чрезмерно большую, то потратит лишние деньги. А еще, когда ей назовут сумму, то это будет уже не её просьба, а тех, кто её озвучил.
Адвокат Белкин в отличие от Киры во всем придерживался «правильных» с его точки зрения расценок. Он за годы работы в гос-структурах приобрел неформальные отношения на разных уровнях. У него были знакомства и в судах, и в прокуратуре, и в милиции. Стоимость таких отношений зависела от должности нужного человека. Как он сам говорил: «к высокой должности на низкой стопке купюр не дотянешься».
Белкин зашел в нужный кабинет Следственного изолятора, подал милиционеру адвокатское удостоверение. Предварительно он «начинил» его сторублевкой.
Милиционер «изучил» удостоверение, выслушал просьбу адвоката и вызвал сопровождающего. Тот проводил посетителя в камеру к Тиграну.
Привет, мой друг Тигранчик, Белкин на полсекунды приобнял заспанного Тиграна, и тут же отпустил.
Да, вот, вместо приветствия поднял плечи Тигран и с надеждой посмотрел на адвоката покрасневшими глазами.
Знаю. Говори, перешел на деловой тон защитник.
Я банки купил. Больше ничего не было. А они: откуда банки, и про Комбинат А я там не был. Я мимо ехал, хотел зайти, а вертушка вахтер запер. Я что, козел через вертушка прыгать? Постоял, ушел.
Тигран скрестил руки, опустил глаза в пол. Видимо, именно так он вел себя и с дознавателем.
Белкин на несколько секунд задумался, критически осмотрел Тиграна, и выдал ему свою рекомендацию:
Всё правильно. По существу ты ответил. Ты не воровал, не убивал. У нас твердая позиция. От нее ни влево, ни вправо, ни вперед. Потерпи Отпустят.
Тигран неестественно сжался. Он ожидал лучшего ответа, более конкретного.
Я понял Семья дома Я здесь, понуро объяснил он свое состояние.
Ну, подбодрил Тиграна защитник, от семьи бывает и неплохо отдохнуть. Ты не волнуйся, бить тебя здесь не будут, пытать тем более. Я договорюсь о передачах, голодать не будешь. Жди и больше ничего. Понял? добавил строгости в голосе адвокат.
Понял, без интереса ответил Тигран, подкрепив свой ответ кивком головы.
Вот и складно. На сегодня всё, вижу ты в порядке, взял в ладони его руку Белкин, потом встал, постучал в дверь.