Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
После занятия с оружием утомлённые спарринг-партнёры направились к себе, чтобы принять душ и переодеться на завтрак. В комнате их снова ждал сюрприз: на этот раз в виде директора, уютно устроившегося в мягком кресле. «Вот решил зайти посмотреть, как вы тут живёте, улыбнулся он. А заодно хотелось бы узнать, почему опаздываете на занятия и в столовую». Матвей сразу понял, что разговор обещает быть серьёзным. Ведь они и вправду всё ещё иногда опаздывали. В основном на завтрак. «Минуточку! остановил Клено заторопившуюся в душ Веронику. Кажется, я понял, в чём проблема. Ваши успехи в учебе меня радуют. Правда, есть одно «но». Когда мы знакомились, я сказал, что теперь вы команда, и вам придётся всё делать вместе». Последовала небольшая пауза, во время которой директор школы разглядывал мокрых от пота учеников. А им очень хотелось побыстрее освежиться и позавтракать. «За десять минут вам двоим физически невозможно принять душ по очереди и вовремя спуститься в столовую, продолжил Клено. Подозреваю, что Матвей как джентльмен всегда пропускает леди вперёд, и ему не хватает времени, чтобы помыться, поесть, как положено, и поспать».
Вероника вспыхнула, а её товарищ по учёбе лишь пожал плечами. «Отныне вы будете завтракать, обедать, ужинать и принимать душ вместе!» твёрдо проговорил директор. «Но господин Клено!» воскликнула Вероника и осеклась, увидев стальной блеск в глазах волшебника. «Марш в душ! Оба! В вашем распоряжении десять минут, рявкнул он, наблюдая, как ученики скрываются в ванной. Сегодня я сам отведу вас на завтрак». Вероника повернулась лицом к большому зеркалу, висевшему над умывальником. Ситуация была неприятной для обоих. Девочка молчала и краснела. Краснел и её напарник. Не то чтобы Матвей сгорал от стыда, всё-таки он был парнем, и ему было легче. «Я совершенно не хочу вылететь из школы только потому, что ты отказываешься принимать душ вместе, произнёс он примирительно. Клено отчасти прав». Вероника оглянулась, одарив юношу таким взглядом, что он понял: продолжать не стоит. «Не слышу шума воды!» раздался голос директора. Матвей вздохнул и начал раздеваться. Снял верхнюю часть костюма, потом штаны, повесив всё это на крючок, потом стянул трусы и скрылся за матовой дверью большой душевой кабины. Вероника всхлипнула. «Стоит ли плакать!» сказал Матвей, включая воду и надеясь, что та всё же примет правильное решение. Вовсе не потому, что хотел увидеть Веронику обнажённой. Да и не стал бы он на неё смотреть! Но пора было избавиться от напряжённости в их отношениях, которая исходила от Вероники. Если бы расписание построили так, чтобы у них нашлось двадцать свободных минут, то можно было бы успеть принять душ по очереди. Но тех двадцати минут не было! При этом в их просторной душевой кабине оказалось две лейки. А значит, других вариантов принятия водных процедур, по неведомой им причине, даже не предполагалось. Либо комната, в которую их поселили, предназначалась для однополых учеников, либо разнополые ученики в подобном случае должны были прийти к какому-то соглашению. Но Матвей не мог себе представить, что тут можно придумать, хотя понимал, что принимать душ вместе с ним Вероника, видимо, была ещё морально не готова. Сама мысль залезть в одну душевую кабину с парнем, да к тому же старше себя, казалась ей невыносимой. Смыв с себя пот, Матвей сначала слегка приоткрыл дверь кабины, а затем боком выскользнул оттуда и, запахнувшись в белый халат, приблизился к Веронике так, что та почувствовала его дыхание. «Если Клено из-за этой глупости вздумает нас выгнать», начал он, но, увидев, что напарница принялась со слезами на глазах расстёгивать пуговицы, замолчал и заторопился в комнату. Директор сидел на том же месте. Когда из ванной вернулась Вероника, Матвей был уже полностью экипирован и вместе с Клено вышел за дверь, дожидаясь, пока ученица оденется. Потом директор проводил своих подопечных до ресторана и исчез. Будущие маги сделали пару шагов к столу и замерли, увидев на нём вместо роскошного завтрака две тарелки с тостами и по стакану чая. С досады Матвей несколько раз хлопнул в ладоши, но никто к ним не подошёл. Партнёры по учёбе съели по тосту и выпили пресный чай. «Это того стоило?» спросил Матвей. Вероника лишь опустила голову. На занятие по белой магии они пришли голодные. Директору о завтраке не было сказано ни слова. Ученики готовы были пережить пару дней такого рациона, чтобы всё осталось по-старому. Как и раньше, душ принимали по очереди. Клено больше не почтил их своим присутствием. Матвей, не обращая внимания на девочку, первым занимал ванную комнату. Вероника ждала, а он не шёл без неё на занятия или завтрак. «Особые» уже не опаздывали на уроки. Разве что позже приходили в столовую: для того, чтобы проглотить скудную еду, много времени не требовалось. Первого блюда им на обед теперь не полагалось. На второе было только картофельное пюре с подливкой, без мяса. В довершение всего безвкусный чай. Ужин состоял из гороховой каши и стакана ягодного морса. Настроение портилось. Как-то после вечерней пробежки, на которую сил едва хватило, Матвей сказал: «Если завтра всё повторится, я сам тебя затащу в душ». Это прозвучало как угроза. «А как же твоё обещание? с вызовом спросила Вероника. Мы же договорились: вместе только учимся!» «Если нам урезали питание, то скоро вообще отчислят. И виновата в этом будешь ты, упрекнул её Матвей. Представь себе, скольким я пожертвовал, чтобы попасть сюда!» Вероника вспыхнула и замолчала. Подействовала ли на неё угроза напарника и сделает ли он на самом деле то, о чём предупредил, пока осталось неясным. Они легли спать, надеясь, что завтра всё наладится. Утром их разбудил стук в дверь. Матвей открыл глаза, но не спешил подниматься. Стук повторился. Юноша взглянул на часы. Они показывали 5.15. Можно было спать ещё целых пятнадцать минут. Когда постучали снова, Матвей надел штаны и подошёл к двери. Снаружи было тихо. Он повернул ручку и рывком открыл комнату. Ослепительная вспышка ударила по глазам, и следом что-то тяжёлое толкнуло юношу в грудь, так что он отлетел назад. Дверь с грохотом захлопнулась, после чего послышался топот удаляющихся ног. Ослеплённый Матвей повалился на пол. Было не столько больно, сколько обидно. Вероника проснулась от шума, удивлённо разглядывая разлёгшегося возле кресла товарища по учёбе.
Диверсия, тихо произнёс он в ответ на её вопросительный взгляд. И, уже вставая, добавил: Узнаю, кто это сделал, покараю!
Может, директор? без энтузиазма предположила Вероника.
Издеваешься?
А почему нет?
Я слышал сильный топот. Там явно был не один человек.
Тогда остаются только волшебники и некроманты.
Знать бы, кто именно.
Ты хорошо видишь? Нет проблем со зрением?
Матвей потёр глаза и ответил:
Вроде теперь всё в порядке. Надо попросить мастера артефакторики научить нас ставить защиту на комнату. Простым щитом тут не обойтись.
Завтрак повторился: те же тосты и чай. «Ещё неделя, и при таких тренировках мы умрём от истощения», подумал Матвей. Они стоически проглотили нехитрую еду и отправились учиться. Обед их тоже не порадовал. Спустившись после него в класс артефакторики, ученики увидели рядом со своим учителем незнакомца. Матвей, уже начавший разбираться в цветах и знаках различия, решил, что это некромант, притом не очень сильный. Возможно, третьего ранга. Конечно, и он мог как-то озадачить учеников первого года, поэтому после утреннего происшествия будущие боевые маги были начеку. Матвей не ошибся. Правда, ему показалось странным, что некромант пришёл на занятие по артефакторике, но очень скоро всё выяснилось. Учитель объяснил, что гость присутствует здесь в качестве зрителя и только. Некромант встал в сторонке, и о нём вроде бы все забыли. Урок обещал быть самым обычным. Однако стоило Матвею заикнулся о магической защите комнаты, странный гость встрепенулся. Его напряжение не ушло от внимания учеников. Паст в ответ заметил, что будущим боевым магам пока рано учиться подобным вещам, но всё же решил показать один приём, который мог им понравиться. По словам учителя, вряд ли с его помощью можно обезопасить комнату, но понять, что есть опасность и сигнализировать о ней вполне. Тем более что на уроках белой магии директор каждый раз заставлял своих подопечных развивать в себе ощущение присутствия чужого. Не опасности, а именно чужого. Почувствовать ловушку это одно, а близость живого нежелательного контакта другое. Сегодня утром Матвей ощутил что-то среднее.