Юлия Узун - Клык стр 5.

Неожиданно я оказалась на земле, вокруг что-то происходило какая-то суета. Но я не могла поднять головы, громко ревела и желала уползти из этого места подальше. Я слышала глухие удары, рычание, писк слов не было. Или я их не разбирала.

Спустя время возле меня кто-то присел. Увидев знакомые ботинки, убрала ладонь с глаз и привстала.

Передо мной оказался Ронни.

***

Он помог мне встать.

 С тобой всё в порядке?

Я стряхнула с одежды сырую листву.

 А что с ними?

 Они ушли. Как ты?

Потянулась к голове и с шипением сказала:

 Висок болит. Кажется, они поранили меня. Посмотри, есть кровь?

Ронни быстро кивнул и отвёл взгляд в сторону. Наверное, он один из тех, кто не может видеть кровь.

 Есть, да?

 Немного,  ответил он, усиленно отворачиваясь.

Не успела я опомниться, как Ронни, схватив мою руку, повёл обратно к бару. Он шёл впереди и не оборачивался. А я тащилась за ним и боялась ещё куда-нибудь вляпаться. Когда мы прошли мимо «Ночного койота», я всерьёз забеспокоилась.

 Куда мы идём?

 Ты веришь мне? Я спас тебе жизнь, что ещё тебе будет?

 Но куда мы

 Ко мне домой. Это близко.

 И что ты там собираешься делать?

 Лечить твою ранку.

Мне, конечно, было интересно, почему нельзя обработать рану в баре, но потом я подумала, что Ронни просто не хочет объяснять своим друзьям, как так получилось.

 Эй, они тебя знают. Я даже имя одного запомнила Энтони. Кто они такие?

Тут Ронни остановился и посмотрел прямо в мои глаза, я вздрогнула, поскольку они неестественно блестели. На улице, куда мы свернули, не горели фонари. Темнота искажала черты парня.

 Бриелла, больше никогда не ходи одна ночью. Энтони и его люди опасны для тебя.

 Для меня? А для тебя?

 Я их не боюсь. Они боятся меня. Меня,  подчеркнул Ронни,  но не тебя. Если нет Криса или Стеллы, попроси нас проводить тебя.

 Я всего лишь хотела дойти до такси.

 Бриелла,  почти пропел он мягким голосом, а в моей голове будто прозвучала самая прекрасная музыка. Я внимала каждое его слово, мне хотелось его слушать. Вдруг он улыбнулся, и я просияла.  Есть телефоны. Такси можно вызвать к бару. Ты меня поняла?

Я молча кивнула головой и затянула полы куртки потуже. Не лето, холодно.

 Пришли.

Ронни открыл дверь и пропустил меня внутрь. Я ступила на старый коврик, в нос ударил запах пережаренной курицы и чеснока. Справа я заметила комнату. Свет мелькал от того, как сменялась картинка на экране телевизора. В кресле сидел старик в очках, но он не обратил на нас никакого внимания. Может быть, и вовсе не слышал.

 Сюда,  сказал Ронни, указывая на лестницу, ведущую вниз.

 Ты живёшь здесь?  спросила я, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в кромешной тьме. Ронни держал меня за руку и подсказывал, где встретится препятствие.  Это подвал, что ли?

 Не совсем.  Он отпер дверь и пригласил внутрь.

Зажегся свет, не яркий, а слегка приглушённый. По моему виску потекла капелька крови, я провела пальцем по щеке, и он тут же окрасился в красный. Ранка пульсировала, но я всё равно смогла сосредоточиться и осмотреться. Очень маленькая комната с кроватью в углу, столом и невысоким шкафом. На столе я заметила настольную лампу и много бумаги. Ронни проводил меня в ванную. Она оказалось очень тесной для двоих, так что мне пришлось присесть на край ванны.

Ронни открыл воду, достал аптечку из белого металлического шкафчика на стене и принялся что-то искать.

 У тебя нет окон. Чем же ты тут дышишь?  спросила я, наблюдая за тем, как он отбирает ватные диски, какой-то бутылёк и пластырь.

 Здесь хорошая вентиляция,  сухо ответил он.  Встань.

Я медленно поднялась, и мы оказались лицом к лицу. И теперь, когда он стоял так близко и все его внимание было обращено на меня, я вдруг почувствовала волнение, пульс участился. Я понимала, что краснею, но с места сдвинуться не могла.

 Закрой глаза,  шепнул он.

 Зачем?

 Мне так будет проще лечить тебя.

Невольно подчинилась. Некоторое время ничего не происходило, я слушала шум воды и ждала болезненных прикосновений. Внезапно сердце дрогнуло от непередаваемого ощущения. И я точно понимала, что происходит, но глаза не осмеливалась открывать.

 Зачем ты

 Ш-ш-ш Сиди смирно.

И снова я почувствовала щекочущее прикосновение кончика его языка. Он слизывал кровь с раны. И вместо того, чтобы испугаться, закричать, убежать, сидела неподвижно, наслаждаясь дрожью в теле и тяжестью внизу живота. Какое-то безумие! Я находилась в доме наедине с парнем, и мне это нравилось. До сих пор я не смотрела на Ронни так, как женщина смотрит на мужчину. Но с этой минуты всё изменилось. Он притягивал к себе, я пьянела от запаха, исходившего от него. Ронни вкусно пах хвойным одеколоном, собственным потом и кожей.

 Можно открыть глаза?

 Открой.

Поморгав, я повернулась к нему. Ронни облизнул губы, потом приклеил пластырь к ранке.

 Теперь быстро заживёт,  сказал он, стукнув кончиком пальца по моему носу.

 Необычное лечение,  заметила я.

 Зато действенное.  Он помыл руки, после чего мы вышли из ванной.  Ты вкусная, между прочим.

 То-то я думаю, почему меня так любят комары летом,  добродушно посмеялась я, а потом резко спрятала улыбку.  Спасибо.

 Отвезти тебя? Я могу взять у хозяина машину.

 Нет. Лучше вызови мне такси. Так будет лучше.

Глава 3

Со мной стали происходить непонятные вещи.

При мысли о Ронни и о его языке на моём виске на меня накатывало странное и ранее не испытанное чувство, которое меня слегка пугало. Самое неприятное, что я молчала об этом. В ту ночь я так и не призналась Стелле, откуда появилась царапина на виске. Отмахнулась от неё, сказала, что очень хочу спать. Наутро она забыла об этом, а я не напоминала.

Стелла давно познала мужскую любовь. Крис у неё не первый. Полагаю, что не последний. Имея шанс свободно уходить из дома по ночам и не возвращаться до утра, она рано начала половую жизнь. Сейчас и не припомню, но вроде лет с шестнадцати. Стелла на год старше меня и иногда заменяла мне старшую сестру, которой у меня нет и никогда не будет. Но при всём при этом я боялась рассказать ей о своих ощущениях. Мне было стыдно за свою неопытность.

«Секс это любовь, а любовь это секс»,  повторяла подруга раз за разом, на что я хмыкала. Для девушки, которая не умела даже целоваться, эти слова заставляли кривиться.

Целовалась я только однажды. Это было в старшей школе, когда на дискотеке мальчик пригласил меня на танец, а потом присосался к моему рту, за что получил коленом в пах. Я не драчунья, но в тот момент могла даже шею свернуть. После того случая одна мысль о поцелуях вызывала отвращение.

Стелла уверяла, что это пройдёт, когда организм сам начнёт себя проявлять. Кажется, это случилось. В голове всплыли такие моменты, на которые в тот момент я совсем не обращала внимания взгляды Ронни, подмигивания, мимолетные касания.

Я лежала в ванне с ароматной пеной, закрыв глаза, и вспоминала всё с момента нашего с ним знакомства. Разум вырисовывал черты его лица правильные и приятные. Мысленно воображала, как касаюсь пальцами его округлого и гладко выбритого подбородка, вдыхаю аромат кожи поразительно бледной; как смотрю в его тёмные и глубокие глаза. Фантазия завела меня в такие дебри, что я невольно начала покусывать губы, дыхание участилось, а руки стали поглаживать шею и грудь. И чем больше я думала о нем, тем острее становилось желание.

Там, у него дома, я будто находилась в слепой эйфории. Он загипнотизировал меня. Его шёпот снова и снова звучал очень близко, а дыхание щекотало щёку. Моя рука скользнула вниз к животу. Что я делаю? Но тело не слушалось разума. Я гладила свои бёдра, живот, грудь, представляя, что это делает он. А потом я коснулась того места, к которому никогда раньше не прикасалась с намерением удовлетворить себя.

И вдруг я села, расплескав воду. Сердце стучало как заведённое. Тряхнула головой, чтобы прогнать все глупые мысли о Ронни. Что я себе навоображала?..