Гертье Катрин - Инстинкт выживания стр 6.

 А с каких пор я должна спрашивать разрешения, когда могу возвращаться домой?

Волна ярости резко накрыла меня, и, сжав кулаки, я тихо произнесла:

 Меня разве выселили из стаи? Я чем-то провинилась? Не припомню Попала в немилость или что-то нарушила? Я не чужая и разрешения просить не обязана. Особенно лично у тебя.

 Не дерзи,  скривился Рик, прищурился и за долю секунды оказался напротив, нависая надо мной.  Тебе не следовало возвращаться Сейчас.

Я сглотнула невидимый ком, забывая, как дышать. Пристально посмотрела на Рика, не шевелясь.

 Рик прошептала я.  Мне, правда, очень надо. Поговорить с тобой и навестить отца. И если все так плохо Обещаю, больше ты меня никогда не увидишь никто не увидит. Я исчезну и никогда не вернусь.

В этот миг входная дверь в доме напротив распахнулась, и на пороге появилась молодая девушка. Высокая, статная, рыжеволосая. Она удивленно посмотрела сначала на Рика, затем на меня.

 Что тут происходит?  Она стрельнула янтарными глазами туда-сюда, не понимая.

 Дина, познакомься,  Рик резко отошел от меня, и его губы растянулись в мягкой улыбке, стоило ему перевести взгляд на девицу.  Это Наира. Моя невеста.

Последние слова ударили обухом по голове, и мир в мгновение расплылся, теряя цвета. Я попыталась сфокусировать зрение на молодой волчице, но никак не получалось этого сделать. Дыхание становилось рваным, сердце билось столь учащенно, что готово было выпрыгнуть из грудной клетки, а ноги слабели. Пошатнувшись, я с трудом удержала равновесие.

Я не верила. Просто не верила. Всего два месяца А он уже помолвлен?.. Значит не ложь, не слухи.

Бред какой-то.

Неужели нас больше ничего не связывало? Эта новость подтверждала слова Алисы и очень больно ударяла хлеще острого ножа. Резала без анестезии. Так, словно Рик моя собственность. И сейчас на нее покусился кто-то чужой. Ревность? Нет. Слишком мелко. Злость. Ярость. Негодование. И полное непонимание происходящего.

Неужели он сам разрушил все, что было между нами? Сам оборвал связь? Сделал все, чтобы я не приближалась к нему?

Я не могу больше заявлять на него права? Сейчас это все казалось каким-то сюром!

Вновь моргнув, мне удалось вынырнуть в реальность и вернуть остроту зрения.

Наира осторожно спустилась по лестнице, полы ее зеленого платья в пол, идеально сидящего на точеной фигуре, волочились по каменным ступеням. Длинные волнистые волосы развивались на ветру. Легкий румянец на щеках, черная тушь на ресницах и губы, накрашенные персиковой помадой.

Она была полной противоположностью меня. И пришло четкое осознание, что Рик нашел в этой волчице. Настоящая красавица. Только идиот бы этого не признал. Наверняка хозяйственная и послушная, нежная и скромная, а не дикий необузданный звереныш, как всегда он называл меня.

 Дина дочь нашего медика. Моя хорошая знакомая. Приехала к отцу живет и учится в Бримсе,  Рик стал настолько доброжелателен, что просто диву даешься. И это отношение он излучал не ко мне. К ней.

«Лицемерная скотина»,  думала про себя я, чувствуя, как начинает щипать глаза. И до одури захотелось зареветь. А потом послать всех лесом: и Рика, и всю его стаю, и исчезнуть, ни секунды не терпя этого унижения.

 Привет, рада знакомству,  тоненьким голоском поздоровалась Наира и улыбнулась так искренне, что меня чуть не вывернуло наизнанку. Я лишь заторможено кивнула и отошла в сторону, пробурчав что-то невнятное под нос.

Тошнота подобралась к горлу, и я, отвернувшись, прикрыла веки. Глубоко задышала, избавляясь от мерзких позывов. Но никак не могла отделаться от липкой грязи, которой меня только что полил Рик. Он прекрасно все знал: о моих чувствах, отношении к нему. Знал и видел, как мне трудно, но все равно обижал, не щадя.

 Дина, что с тобой, тебе не хорошо?  вдруг раздался такой встревоженный голос Рика, что блевать захотелось. Послышались его шаги на хрустящем снегу, и его руки легли мне на плечи.

Хотелось послать его ко всем чертям, ударить, оттолкнуть, но я не могла. Боль в разбитом сердце мешала это сделать, не давала дышать полной грудью. Все силы уходили на то, чтобы сдержать слезы. Позорно не разреветься у них на глазах и не закатить скандал. Алиса была права не следовало пока приезжать. Нужно было послушать подругу. Может позже наш разговор был бы менее болезненным и не настолько показушным.

Рик только раскрыл рот, чтобы сказать что-то еще. Наверное унизить сильней, рассказать о том, что я нездорова, но я перебила его. Зашипела так тихо, чтобы слышал меня только он:

 Ни слова больше! За что ты так со мной, Рик? Что я тебе сделала?  я подняла на него взгляд и пронзительно посмотрела в его серые глаза с темным, почти черным, колечком вокруг радужки.

 Не надо было приезжать, я бы позже все объяснил. А теперь он говорил настолько спокойно, что не вызывал никаких подозрений со стороны.  К тому же я не заставлял Наиру выходить из дома, да и ты бы все равно с ней познакомилась. Позже.

 Ты мог бы просто рассказать мне о вас раньше. Объяснить.

 Наира беременна, я узнал об этом на днях эта новость стала последним гвоздем в крышке гроба наших погибших отношений.

Мои глаза округлились от шока. В горле вновь застрял ком. Это что же получается, он был и с ней, и со мной одновременно? Что вообще происходит?! Почему?! За что?!

 Ты сжала кулаки, желая изо всех сил ударить по самодовольной физиономии Рика, но в этот момент на пороге моего дома появился отец.

И я, вырвавшись из рук Брауна, бросив сдавленно: «Мне пора», поспешила к нему. Не оглядываясь, не сбавляя шаг, чувствуя, как по щекам уже текли слезы. Мысленно благодарила папу за то, что появился сейчас и освободил меня от мук, на которые я сама себя обрекла, явившись в стаю.

Глава 4

Лицо пылало от гнева и стыда, в ушах шумело. Перед глазами, застилающимися слезами, размывалась картинка. Я просто молча прошла в дом, стараясь сдержать всхлипы и накатывающую истерику.

«Не реви! Сама виновата!  Рычала я на себя.  Никто не просил тебя приезжать. Ты ведь знала, что тебя здесь ждет, а теперь ноешь. Прекрати!»

Сердце пропустило удар, как только в мыслях снова встало лицо Рика: грубая кожа, легкая щетина, горячее подкаченное тело, серые глаза И эта издевательская ухмылка, от которой бросало в жар. Я потрясла головой, развеивая наваждение.

 Что-то случилось?  спокойно спросил отец из-за спины, переходя сразу к делу, пропуская приветствие. Он уже зашел в дом вслед за мной и закрыл входную дверь. Я резко развернулась и хмуро взглянула на него.

 Ты ведь знал? Знал о Рике? Почему ничего мне не сказал?!  с обидой в голосе произнесла я.

Я сейчас была зла на всех. На весь мир! А папа он просто оказался рядом в этот жестокий момент. И я выплескивала негатив на него. Зачем? Сделать виноватым? Он-то тут причем?!

В ответ на мои претензии, отец недовольно поджал губы, замолк на несколько секунд и нахмурил лоб.

 Это не мое дело.

 Но ты мог хотя бы намекнуть!  выпалила я.

 Нет, не мог!  уже не сдержался он.  Я ведь предупреждал тебя не крутить с ним шашни. Предупреждал, что ваш роман ничем другим, кроме как разрывом, закончиться не может. Он тебе не пара! Ты не послушала. Все что я смог сделать для тебя сейчас это попросить альфу, чтобы он отправил тебя подальше от стаи, чтобы меньше травмировать твои чувства, но ты приехала сюда! Для чего?!  С каждым новым словом голос становился глубже и ниже, а светло-карие глаза отца темнели.  Не нужно было приезжать из-за Брауна. Тебе следовало проявить достоинство и не бегать за ним!

Отец меня отчитывал. Впервые читал нотацию и учил жизни гневным тоном. Такого никогда не было. Раньше он журил, ворчал, но никогда не кричал и не сердился до такой степени. Я для него всегда была благоразумной девочкой, умницей и самостоятельной дочкой. Сейчас я ощутила стыд. За то, что не оправдала ожиданий, за истерику и обвинения в его адрес. Я и правда чувствовала себя глупой, импульсивной.