Ксения Леонидовна Пашкова - Я, ты и черничный мохито стр 5.

Ромовый пряный мусс

Ингредиенты:

 Золотой ром 50 мл;

 Сахарный сироп 20 мл;

 Ананас 120 г;

 Молотая корица 1 г;

 Корица в палочках 5 г;

 Дробленый лед 60 г.

Понадобятся для приготовления:

 Рокс 1 шт. (широкий стакан с толстым дном);

 Совок для льда 1 шт.;

 Джиггер 1 шт. (мерный стаканчик бармена);

 Трубочки 2 шт.;

 Блендер 1 шт.

Рецепт:

1) Положи в блендер очищенный и порезанный кружок ананаса;

2) Налей 20 мл сахарного сиропа и 50 мл золотого рома;

3) Добавь в блендер совок дробленого льда и взбей ингредиенты;

4) Перелей получившийся коктейль в рокс и добавь щепотку молотой корицы;

5) Укрась кожурой ананаса и палочкой корицы.

Инга

Журналисты часто спрашивают, кто является моей путеводной звездой в спорте? На кого я равняюсь и к чьим успехам стремлюсь? И есть ли такой спортсмен, чья карьера вдохновляет меня на новые свершения?

Благодаря Мелиссе, моей сестре, мне всегда есть что ответить. Никто не удивляется, когда я называю ее имя, ведь за последние шесть лет они с Федей успели завоевать все титулы в парном фигурном катании.

В детстве мне даже не приходилось врать долгое время я жила и тренировалась с оглядкой на исключительные достижения Мел. Их пара всегда вызывала всеобщее восхищение, из-за которого во мне пробуждалось желание стать лучше, чтобы однажды превзойти не только своих прямых конкуренток в одиночном катании, но и родную сестру с ее партнером.

Все изменилось, когда малоизвестный и не подающий каких-либо надежд восемнадцатилетний фигурист выиграл свой первый взрослый старт и завоевал титул чемпиона страны. Мне тогда только-только исполнилось четырнадцать. За моими юными плечами были лишь несколько серьезных соревнованиях среди юниоров, во время которых я никак себя не проявила.

Накануне того чемпионата страны я подслушала, как мама обсуждает с тренером наличие дальнейших перспектив. Меня их разговор ничуть не удивил. Я знала, что к шестнадцати годам некоторые фигуристки уже завершают карьеру, а моя будто еще даже не началась.

Марина как могла успокаивала маму, уверяя, что у меня большой потенциал и прекрасная техника, а та продолжала забрасывать ее сотнями вопросов.

 Тогда что это? Недостаток мотивации? Нужно еще больше тренировок? Может быть, пригласить еще одного тренера? Или хореографа?

 У нее всего достаточно.

 Как же так? Она никогда не попадает на пьедестал, хотя у нее для этого есть все необходимое.

 Так и есть. У нее отличные элементы. Да вы и сами знаете, как ее любят зрители и судьи. Но грубые ошибки не позволяют дать ей то место, которое принадлежит ей по праву,  почти шепотом объяснила Марина.

 Думаю, ей нужен психолог. Потому что иначе это все просто не имеет смысла. Мы столько лет бьемся и все ради четвертых и пятых мест.

 Я уверена, что все ее медали впереди, но вы можете поступать как считаете нужным. У нас есть хорошие спортивные психологи.

 Запишите ее, пожалуйста.

 Хорошо.

После услышанного я проплакала всю ночь, а наутро, включив телевизор, увидела человека, который и стал моей путеводной звездой.

Меня поразило выражение его лица. Он прекрасно знал, что никто из присутствующих на трибунах не пришел на арену ради него. Он понимал, что к нему прикованы непредвзятые взгляды судей и что ему ни за что на свете не сделают поблажек. Таким, как он, после проката не дарят букетов и не бросают на лед игрушки. Но в полной мере осознавая свое положение, Лука подавал себя так, будто ему принадлежит каждый сантиметр льда. Меня очаровали его уверенные движения и то, с какой дерзостью он оглядывал присутствующих.

Когда он стал первым после короткой программы, многие сочли это везением, ведь основные фавориты турнира допустили ряд ошибок. Но я уже знала, что в день произвольной программы он будет кататься еще более мощно и ни за что не упустит победу.

В ту секунду, когда золотая медаль, оказалась на его шее, я вдруг поняла, чего мне не хватает. А точнее кого.

Последние пять лет Лука выигрывал соревнования не благодаря, а вопреки.

Вопреки конкурентам, которые списывали его со счетов.

Вопреки тренеру, сделавшему ставку на своих других учеников.

Вопреки зрителям, которые до последнего не принимали его в свое сердце.

Вопреки семье, не желающей оплачивать его тренировки.

Разглядев в нем себя, я поняла, что тоже должна научиться тренироваться и выступать вопреки всем, кто способен мне помешать.

Вопреки звёздной сестре, из-за которой я долгие годы нахожусь в тени.

Вопреки постоянно критикующей меня матери.

Вопреки конкуренткам, которые постоянно меня обходят.

И вопреки себе, не верящей в собственные силы.

Тот чемпионат страны стал настоящей взлетной полосой для спортивной карьеры Луки. Он выигрывал все соревнования, в которых участвовал, на протяжении трех лет. Многие из его программ вошли в историю и регулярно пересматриваются поклонниками фигурного катания по всему миру. Что до меня, то первое время я наблюдала за ним издалека, не рискуя подбираться ближе.

В моей идеальной картине мира он должен был заметить меня первый. Когда я вышла из юниоров и начала выступать среди взрослых, мои программы стали более женственными и изящными. У меня появились первые медали и незначительные, но все же титулы. На одном из городских соревнований мы даже выступали на одном льду, но так и не пересеклись.

Наше знакомство произошло сразу после моего восемнадцатилетия, на июньских сборах, где его вообще не должно было быть. Мне еще тогда следовало заметить, насколько он близок с нашим тренером, раз она взяла его с собой в поездку.

Все случилось не так, как я представляла. Он не оказался поражен в сердце моим катанием или безоговорочным чувством ритма. Нет. Его удивил цвет моих глаз.

Перед тренировкой на льду мы часто разминались на улице, и в тот жаркий день по воле случая Лука оказался рядом. Когда мое лицо осветило чересчур палящее солнце, он спросил:

 Это линзы?

Повернувшись, я заметила его неподдельный интерес.

 Что?

 Твои глаза, они янтарного цвета.

 Так может показаться при ярком солнечном свете,  сбивчиво пояснила я,  но на самом деле они зелено-карие. Больше зеленые, конечно, но при определенном освещении можно заметить их желтовато-коричневатую часть.

 Очень круто.  Его неуверенный кивок дал мне понять, что он не в восторге от моей болтовни.

 Я Инга. Не уверена, что мы знакомились до этого. Поэтому вот.

Неловко протянув ему руку, я думала, что ниже падать уже некуда, но он наградил меня странной усмешкой.

 Что-то не так?

 Вообще-то я знаю тебя, Инга Ким, и удивлен, что мы не познакомились раньше.

Когда наши ладони соприкоснулись, у меня подкосились ноги, ведь человек, вдохновлявший меня на новые свершения целых четыре года, стоял прямо передо мной и говорил, что знает, кто такая Инга Ким!

 Но откуда?

 Ты ведь основала группу поддержки в мою честь. Забыла?

И правда, забыла. После первого победного чемпионата страны Лука столкнулся не только с поздравлениями, но и с жесткой критикой, и мне захотелось сделать для него что-то важное.

На просторах интернета мне удалось найти несколько человек, которые, как и я, влюбились в его талант и силу воли. К каждому соревнованию мы готовили плакаты и кричалки, стараясь создать что-то оригинальное и запоминающееся. Через какое-то время наша небольшая группа разрослась, и мне просто не осталось в ней места. Я занялась собственной карьерой, лишь иногда выискивая на трибунах знакомые лица, с которыми нас некогда связывало общее дело.

 Точно, ты прав. Ее основала я, но это было довольно давно. Учитывая, сколько болельщиков у тебя сейчас, я удивлена, что ты помнишь тех, кто стоял у истоков.